Чтение онлайн

– Ты о чем? – удивилась Иден.

– О том, что рассказал мне Рэмсей. О чем ты с ним говорила?

– Ни о чем особенном. Он предложил обращаться к нему по имени, а я отказалась, – Иден густо покраснела.

– И все? Нет, дело в чем-то другом. Дене, я видел его лицо. Не стоит быть такой бессердечной по отношению к другим.

У Иден открылся рот.

– Твой сиятельный друг не является моим другом. Я считаю его грубым, высокомерным, просто ужасным. И не собираюсь включать его в круг своих друзей и выходить за рамки светского общения.

– Боже, какая ты отвратительная снобка! – он всплеснул руками. – Я знал, что ты слишком совершенная, чтобы быть непосредственной. Обычная английская леди-сноб. Он – шотландец, варвар, деревенщина, мужлан. Дело в этом? – не дожидаясь ответа, Джеймс продолжил: – Никогда не думал, что моя сестра дойдет до такой степени идиотизма, – он погрозил ей пальцем. – Я искренне разочарован в тебе.

– Разочарован, – повторила Иден, пораженная его выводом. – Послушай, Джеймс, я не должна отчитываться перед тобой за мои симпатии и антипатии. Или за свое поведение. И не обязана падать в обморок, хихикать или лебезить перед неким «благородным» прощелыгой, чтобы поддержать твой статус! – ее глаза метали молнии.

– Мой статус? О чем ты?

– Разве не ясно, что ты пресмыкаешься перед ним из-за его титула, весьма сомнительного титула!

– Иден… – лицо Джеймса потемнело от гнева, он с трудом мог говорить. – Я… я никогда бы не поверил, если бы не слышал собственными ушами…

Кулаки Иден сжимались, глаза сверкали гневом. Как осмелился Джеймс обвинять ее в снобизме, в неблагородном поведении по отношению к кому-либо! Она собралась с духом, чтобы дать достойный ответ, но в этот момент в каюте раздался низкий раскатистый голос, действующий девушке на нервы.

– Что случилось? Проблемы?

Ворвавшись в каюту Иден, Джеймс оставил дверь открытой. И сейчас в дверном проеме высилась фигура Рэмсея Маклина, сияли его голубые проницательные глаза.

– Ничего, – Джеймс резко повернулся, разгладил жилет, пытаясь успокоиться. – Небольшая ссора брата и сестры, – он сделал Иден предупреждающий знак, но она холодно встретила его взгляд.

– Надеюсь, действительно, ничего, – лицо Рэмсея украшала обаятельная улыбка, которую, Иден могла поклясться, он адресовал ей.

– Мне пора, – Джеймс глянул на сестру. – Здесь очень душно.

И удалился, уведя за собой лорда. На палубе Маклин решил ненавязчиво выяснить причину ссоры любовников, но не успел даже рта раскрыть, как Джеймс сказал:

– Мы ссорились из-за вас. По непонятной причине вы ей не нравитесь.

– Странно, – промурлыкал Рэм с притворным равнодушием. – Я питаю к ней самые теплые чувства.

– Иден может быть такой милой… иногда, и такой невыносимой, когда сердится.

– Она мила с вами, – губы Рэма скривились, он сел на бак, вытянув свои длинные ноги.

– Я буду рад, что сбуду ее с рук, когда доберемся до Бостона. Пусть кто-нибудь еще ею занимается, – пробурчал Джеймс и встретил удивленный взгляд Рэма.

Море было спокойным, дул теплый ветер, и пассажиры «Лампы Гидеона» после ужина собрались на палубе. Лорд Рэмсей спустился вниз раньше других, и Иден почувствовала себя бодрее. Глядя на пурпурный закат, она облегченно вздохнула и подошла к Джеймсу, стоящему у перил. Их ссора мучила ее со вчерашнего дня.

– Уже скоро конец пути, – начала она разговор.

– Да, – отозвался Джеймс после непродолжительной паузы. Он исподлобья глянул на сестру, затем вновь устремил взгляд вдаль.

– Пожалуйста, не сердись на меня, – Иден прикусила губу.

Джеймс тяжело вздохнул и повернулся к ней лицом.

– Дене, я не сержусь. Ты же не можешь изменить себя, я понимаю.

– Что бы ты ни думал, я не снобка. Но антипатия по отношению к одному из твоих друзей не должна влиять на нашу любовь и привязанность. Я не требую, чтобы ты обожал моих школьных подруг, так почему этот «друг» мешает нам…

– Дело не в нем, Дене, а в том… – он задумался. Как объяснить, что ее чрезвычайные элегантность и утонченность кажутся ему неприятными? Она настоящая леди, хорошо воспитанная, образованная, которую должны удачно выдать замуж. Без сомнения, через два-три года его Иден станет законодательницей мод и манер в Бостоне, и он, Джеймс, вряд ли сможет примириться с ее законами, он станет «правонарушителем», потому что не может жить по этим правилам. Именно такой станет Дене, и с его стороны нечестно упрекать ее.

– Все в порядке, сестричка. Давай забудем плохое и будем вместе наслаждаться путешествием – тем, что от него осталось.

Он взял ее руку в свои ладони и почувствовал, что у него комок подкатил к горлу: в глазах Иден стояли слезы – словно жемчужины переливались в лучах заходящего солнца.

Джеймс проводил ее в каюту.

– Я помогу зажечь лампу.

– Спасибо, – она опустила глаза. – Я без труда справлюсь сама.

Иден умиротворяюще улыбалась брату.

– Спокойной ночи, – он поцеловал ее в подставленную щеку, но Иден словно обожгло – Джеймс больше ее не любит.

Она зажгла фонарь и, чувствуя себя совершенно опустошенной, начала раздеваться. Сняв кружевную шаль, по привычке аккуратно сложила ее и хотела убрать в сундук, но с криком отскочила.

В углу, за сундуком, на стуле развалился Рэмсей Маклин. На нем были килт, рубашка, чулки, а плащ лежал на сундуке. Лицо сияло удовлетворением, всегда возникавшим при виде Иден. Рэм демонстративно рассматривал испуганную девушку.

– Что вы здесь делаете? – Иден прижала шаль к груди. Она была не готова к встрече с этим человеком, да еще в собственной каюте.

– Я пришел поговорить с вами.

– Вы можете поговорить со мной в кают-компании или на палубе. Пожалуйста, покиньте мою каюту!

Рэм не шелохнулся, и сердце Иден тяжело забилось.

– То, что я должен сказать, лучше вам выслушать здесь, – он скрестил руки на груди, одним пальцем медленно поглаживая подбородок. Иден показалось, что это ее щеки касается шотландец. Она ощущала дрожь во всем теле, глаза тревожно раскрылись.