Чтение онлайн

Иден содрогнулась при мысли, что потеряла не только честь, но задето доброе имя семьи – в тот самый момент, когда в лице вернувшейся Иден должен быть воплощен образец добропорядочности.

Девушка склонила голову, плечи тяжело ссутулились.

У Констанции защемило сердце – она только хотела заставить Иден взять себя в руки. Но и тут таилась опасность: если не удастся убедить дочь выйти замуж за лорда Рэмсея, то что ее ждет в будущем? Горькая участь старой девы, отрекшейся от всех благ жизни из-за греха, совершенного в юности? Нет, только не ее дочь! Констанция про себя дала клятву – Иден выйдет замуж, и ее брак должен быть удачным, даже если девушку доставят к алтарю связанной.

Иден вновь вспомнила невероятные события, приведшие ее к падению. Этот змей соблазнил ее в саду, а потом прокрался через окно в ее комнату, в ее постель! И вновь добился своего. Чувство унижения, словно волна, окатило Иден. Но превратилось в гнев, когда она подумала о подлом предательстве Рэма. И глубина его непорядочности теперь понятна – чтобы избежать последствий, он заявил, что любит ее! Пытается на свою похоть навесить ярлык чистой страсти!

– Я должна сказать, что когда он ПОПРОСИЛ твоей руки, отец и я были столь же удивлены, сколь и почувствовали облегчение, – Констанция боялась предоставить Иден время для размышления.

– Облегчение? – выдохнула девушка, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Слово «попросил» запечатлелось в мозгу. Рэмсей ПОПРОСИЛ ее руки? Заявил о своей любви перед всей семьей и действительно готов жениться? Иден пыталась осознать новость. Это слишком неожиданно. В саду его слова были подобны потоку – он говорил о чувствах мужчины, которыми воспылал к ней. Неужели он действительно хотел сказать…

– Да! – твердо произнесла Констанция. – Облегчение. Не каждый джентльмен в его положении почувствовал бы себя обязанным. Нетрудно понять – его мужественность произвела на тебя впечатление. Он образованный, сильный, красивый, благородный. И окончив школу миссис Данливи, ты, конечно, могла увлечься подобным кавалером.

Констанция села рядом с дочерью, положив руки на колени, напустив на лицо выражение печали.

– Я разочарована. Очень разочарована, потому что ты, Иден, не доверяешь мне. Мы могли бы спастись от больших проблем, от того унижения, что тебя застали в постели с человеком, с которым ты встречалась ТАЙНО.

Она сделала ударение на последнем слове, от чего у Иден закололо в груди.

Нет смысла отрицать, она сама позволила себе обмануться, и ее чувственная женственность привела к тому, что она в какой-то мере ответила на его… посягательства. Стоило ему протянуть руку, и что-то упрямое, чувственное откликнулось в ней. Так что же еще подумать, кроме того, что в глубине души она хочет встреч с ним? Рэм прокрался в ее комнату не без некоторой уверенности, что ее тело потянется к нему. Неужели так может быть – мужчина любит женщину и в то же время готов похотливо обладать ею при каждой встрече?

– Иден, единственный верный путь ясен, – голос Констанции стал жестче. – Свадьба может состояться не раньше чем через две недели. Нужно сделать оповещение в церкви. Какое-то особое разрешение на брак вызовет комментарии, хотя без них все равно не обойтись.

– Свадьба? – Иден подняла на мать свои страдающие глаза и встретила ее успокаивающий взгляд. – Выйти за него замуж? Как я могу вообще встретиться с ним? – слезы потекли по щекам, голос дрожал. – О, мама, – девушка закрыла лицо руками. Констанции показалось, что Иден дрожит.

– Дорогая моя доченька! – она обняла Иден, стараясь не расплакаться сама. Рыдания сотрясали хрупкое тело. Констанция коснулась щекой шелковистых волос дочери, с болью вспомнив, как пять лет назад девочка покидала Бостон. И сердце было готово разорваться, поскольку теперь любимая дочь может покинуть дом не на пять лет, а на всю жизнь.

– Дене, все будет хорошо.

– Мама, что это будет за брак? – Иден вздохнула, стараясь говорить спокойно. – Как он сможет забыть? Как я смогу забыть, что наш брак порожден обстоятельствами, а не любовью?

Сердце Констанции сжалось.

– Он любит тебя, малышка, – она погладила дочь по голове, уверяя себя, что говорит правду. Боже, пусть он окажется порядочным человеком.

– Но разве он сможет любить женщину, которую оскорбили в глазах всей семьи? – рыдания возобновились.

Констанция закрыла глаза, стараясь думать о том, как избавить дочь от сомнений. Нужно срочно что-то делать…

– Дене, – она отстранилась от дочери и подняла ее подбородок, заглядывая в глаза. – Ты не должна так думать! Мужчины совсем по-другому воспринимают мир, не так, как женщины! Мужчины гордятся своим… э-э… мужским достоинством. Какая ему разница, если в результате он обрел милую, прелестную жену, чтобы украсить жизнь? А ты, Дене, безусловно, украсишь его жизнь, в этом нет сомнения.

– Но мама, я же… падшая…

Констанция застонала про себя, видя, что явно перестаралась.

– Иден, послушай. Никакая ты не падшая. Ты по-прежнему изящная, красивая, юная леди, которой была до всех этих событий, – она протянула руку и сжала ладони дочери. – Ты вполне можешь счастливо и спокойно выйти замуж за лорда Рэмсея.

– Но я… я уже не невинна, – Иден вновь закрыла лицо руками.

– Иден, – Констанция застонала уже в открытую, поднялась и зашагала по комнате. – Вижу, что должна выдать тебе мой секрет, даже если ты перестанешь уважать меня, перестанешь любить. Но если это поможет тебе унять боль в сердце, значит, все правильно, – она остановилась перед дочерью, сжимая руки. – Я… тоже не была девственницей, когда выходила замуж.

Иден раскрыла рот и подняла голову, чтобы понять, не ослышалась ли она. Глаза широко открылись.

– Не, – девушка сглотнула, – девственницей?

– Именно так.

– Ты хочешь сказать, что ты и отец…

– Да, – Констанция видела, что ее признание поразило дочь. Мысль Иден напряженно работает. Но отчаянная ситуация требует отчаянных мер. Правды. Хотя и не всей. – Я позволила ему. До свадьбы. И с тех пор мы прожили долгую счастливую жизнь. Боже правый, я ни о чем не жалею.

Констанция расправила плечи, чувствуя легкий укол совести. Ах, как она была молода! И не могла не подозревать, что ее прошлое, связанное с Гаскеллом Маклином, сыграло свою роль в судьбе дочери.

– Ты и папа, – Иден задумалась, казалось странным, что ее родители были любовниками до свадьбы, но известие принесло немалое облегчение. Они действительно живут счастливо, их брак гармоничен. Но все же одно облачко омрачало ее гордость – хотя Рэмсей признался в своей любви перед лицом всей семьи, они не были любовниками по-настоящему, любовниками, страстно желающими друг друга.

– Пусть все будет так, как ты скажешь, мам-ма, – она постаралась придать голосу прежние элегантные нотки. – Если я должна выйти замуж, то попытаюсь быть хорошей женой. Дай мне знать, когда я должна быть готова.

Констанция смотрела, как ее милая, совсем юная дочь идет к двери, видимо, надеясь спрятаться где-нибудь в укромном уголке и поплакать.

Через две недели и два дня Иден в последний раз спустилась по главной лестнице Марлоу-Хаус как незамужняя женщина. Она чувствовала себя марионеткой, которую принарядили в элегантный ансамбль из желтого и розового шелка и такого же цвета вуаль, спускающуюся с изящной шляпки. В десятый раз Иден поправила пуговички на лайковых перчатках, судорожно сжала букетик из розовых и желтых роз. Каждое ощущение казалось значительным – как мягок ковер, как ярко сверкают люстры. Голубые и малиновые цвета, в которых была выдержана гостиная, казались особенно яркими.