Чтение онлайн

— Завтра мои люди к тебе подъедут, – низким сексуальным голосом прохрипел он. – Не боись, надежные. Нормальный ствол привезут. А то с этим и пораниться недолго. А я не хочу, красивая, чтобы ты поранилась…

— Что ты несешь, сумасшедший! – разозлившись, воскликнула Света и стукнула его кулаком в грудь. – Я прокурор по ТВОЕМУ делу! А ты приходишь ко мне, как к себе домой, да еще и оружие решил подарить?! Ты псих?!

— А че ты хочешь, чтобы я тебе подарил, а?! – зарычал Панкрат, одним резким движением руки выхватил пистолет и откинул его подальше в сторону. А потом схватил ее за плечи, потянул на себя и впился сверлящим, опьяняющим взглядом в ее раскрасневшееся лицо. – Чтобы хоть на пару часов забыла, кто ты и кто я?! Чего ты хочешь, Светик?! – его руки нагло, без спросу стянули ее пальто. Одним резким движением разорвал на ней блузку, потянулся к застёжке на юбке, дернул вниз и упоительно сладко ласкал ее бедра, быстро пробираясь к трусикам. – Только слово скажи, все твое будет! – порывисто шептал влажными губами, скользя по ее шее. – Давай, красивая! Чего ты, мать твою, хочешь? Чтоб моей стала?! Сегодня... сейчас... хотя бы на три часа…

НАСТОЯЩЕЕ

— В чем его обвиняют?! – Свете показалось, что она ослышалась, когда ей предъявили бумаги по делу Панкрата. Она помчалась в КПЗ и подняла на уши всю оперативную группу, которая задержала подозреваемого. – Ребята, вы чего – с дуба рухнули?! – засмеялась Михеева. – Мужики, вас работать учить надо, что ли?!

— У нас есть заявление от потерпевшей, – ответил опер Антон Рябинов, пожимая плечами. – Дело отдано в прокуратуру. Все пучком.

— В каком месте у тебя все пучком, Тоха?! – воскликнула Михеева. – Где Панкрат и где изнасилование?! Вы че, мужики?! Ну, хотели его засадить, ладно, но не по этому же обвинению! Бред сивой кобылы! Ребята, на первом же заседании суда, я его вытащу.

— Вот чего вы бучу поднимаете, Светлана Михайловна?! – скривился Рябинов, потирая затылок. – Людей Панкрата мы уже отпустили. А он пойдет по статье. У меня приказ, – судя по тому, как опер отводил глаза и бурчал себе под нос, Света догадалась, что ему самому вся эта ситуация не нравится. Антон был отличным сотрудником, Света была с ним знакома еще со времен ее работы в прокуратуре. По слухам, Рябинов взяток не брал и честно выполнял свой долг. Но над ним имелось руководство, против которого он не имел право пойти.

— Тоха, по старой дружбе, приказ его повязать кто отдал?!

— А вы на имя прокурора по этому делу гляньте, Светлана Михайловна, – ответил опер. – Сами все поймете. Отпустить его не имею право.

Когда Михеева увидела подпись прокурора Игоря Колесникова, она побледнела. Ее бывший жених давно мечтает отомстить ей, а Панкрату тем более. Из Министерства юстиции, где он работал пока встречался со Светой, при очередной смене власти, его поперли. А честолюбивый карьерист Игорь быстро женился на дочери заместителя министра, но и здесь прогадал. Его тесть вышел на пенсию, и зятя не сильно жаловал. Колесникову ничего не оставалось кроме как, скрипя зубами, идти служить в прокуратуру. Он метил в генеральные, поэтому брался только за громкие дела. А Света знала не понаслышке: никого нет опасней неудачника, который углядел свой шанс.

Михеева потребовала немедленной встречи со своим клиентом. Пока она шла по длинному холодному коридору, ее стало потряхивать от нахлынувших воспоминаний. Десять лет не видела его наглую бандитскую рожу. Интересно, как он теперь выглядит? Постарел? Изменился? Она нервно одернула ворот платья и прокашлялась. Черт! А ведь она уже тоже не девочка. Возрастные изменения малые, но они есть. И что-то Света перед входом в допросную слишком уж разнервничалась, будто зеленая глупая школьница. Ненавидела себя за слабость перед ним и ничего не могла с собой поделать.

Когда сопровождающий опер отворил двери камеры, Света взглянула на обвиняемого и застыла на месте.

— Аверин, а че так долго? – возмутился он, даже не обернувшись на посетителей. Панкрат нервно расхаживал по комнате взад-вперед. – Моих парней еще два часа назад выпустили!

Сволочь… такой же, как и десять лет назад. Словно время над ним не властно. И только редкое серебро кое-где сверкало в его коротко стриженных смоляных волосах. Панкрат повернул голову. При виде Светы его кадык дернулся, он расплылся в нахальной усмешке, и, черт его дери, тигриный взгляд сверкнул ослепительным янтарем. Всегда на нее так смотрел… насквозь, словно вгрызаясь жгучим взглядом до самых костей, до адской боли, оставляя обжигающие следы, выворачивая наизнанку внутренности, заставляя ее душу жаждать чего-то… Так на нее смотрел только ОН…

— Опа… Светик, Светик, семицветик… – нахально захрипел Панкрат. Он тут же поднял свои руки, показывая на наручники. Опер вопросительно уставился на нее.

— Не снимать, – ответила она, с трудом сглатывая. – Но предупреждаю, Тоха, еще пара синяков на лице моего клиента, и я засвидетельствую превышение полномочий оперативников, понял?

Опер кивнул, недовольно вздохнул и вышел из камеры, оставив Михееву один на один с ее ужасным кошмаром наяву.

— Все-таки боишься, – тихо засмеялся Панкрат, облизывая пересохшие губы.

— Тебе предъявляют…

— Да пофиг, красивая, – отмахнулся он, спокойно сел на стул. – Как живешь, Светик?

— До этого момента жила потрясающе. Благодарю, – съязвила Света, уселась напротив и стала раскладывать документы.

— Брось, не чужие ж люди! – цокнул языком и нахальным взглядом указал на стул рядом с ним. – Красивая, ты не туда села. Ты ж теперь на моей стороне. И как только такую честную-то угораздило?!

— Иван Иванович, паясничать заканчивай! Дело серьезное!

— Не могу. Само вырывается. При виде тебя млею, – протянул Панкрат, продолжая придуриваться. – А чего ты за мной приехала, а не Аверин? Соскучилась, красивая? Так вытаскивай меня скорей. Презумпция невиновности, неприкосновенность или как там у вас… и съездим, отметим встречу. Я новый ресторан открыл. Там хоть поедим нормально.

— Я не принимаю заказов. Я тебе не диджей, – отрезала Света железным тоном, смущенно опустив голову в документы и не желая смотреть на него. – Твое дело буду вести я, а не Аверин. Тебе предъявляют… – Света не успела договорить, потому что в комнату влетел прокурор. – Да елки-палки! У меня встреча с клиентом!

Игорь Колесников в идеально сидящем костюме вошел внутрь, многозначительно остановился у дверей и надменно глянул на них, явно хорохорясь. Только сейчас, когда Света увидела своих бывших любовников в одном месте, она поняла, что ее всегда раздражало в Игоре. Напыщенность, лощеность, излишняя педантичность. То, чего у Панкрата и в помине не было.

— Нормально! – злобно усмехнулся Панкрат, потирая подбородок. – Муж меня сажает, а жена вытаскивает! Ребята, вы охренели?! На лицо конфликт интересов, нет?!

Света вопросительно посмотрела на Панкрата. Какой муж? Чей муж? Что он несет?! Но кое в чем он был прав…

— Игорь Николаевич, ты затеял личную вендетту, – заявила Света, откидываясь на спинку стула. – Плюс незаконное задержание, вдобавок нанесение моему клиенту тяжких телесных. До суда мы не дойдем. Я тебя быстро с дела сниму.

Лицо Игоря кроме раздражающего самодовольства не выражало ничего, и Света снова ощутила необъяснимое тревожное чувство. Словно Колесников знал то, чего не знала она. О гнусной дотошности Колесникова и его мерзких поступках против обвиняемых в прокуратуре уже слагали легенды! А значит, вытащить Панкрата будет не так легко, как ей показалось изначально.