Чтение онлайн

Лошадь пустили чуть ли не в галоп, в проклятой телеге меня болтало во все стороны и она подскакивала на дороге так, что чуть не лязгали зубы. Единственное, что я смогла сделать за оставшееся время, так чуть ослабить веревки, потому что страшно боялась, что через два часа начнется отмирание тканей, как говорили когда-то медсестры на учениях по ГОиЧС. Эти два гада время от времени заглядывали за полог, но, убедившись, что я не улетела и не провалилась в щель на дорогу, довольно переглядывались и мчались дальше. Наверняка прикидывали, как они потратят свои денежки, полученные за мою поимку. Как-то слишком быстро мы преодолели этот путь, пешком, я помню, шла куда как дольше!

Телега пошла медленно, копыта цокали со странным звуком и я поняла, что это мы уже едем по подвесному мосту, прозвучало гулкое эхо — телега въехала в ворота Штальзее.

— Здорово, Ульф, здорово, Хоган, — приветствовали снаружи. — Долго вас не было! Как все прошло?

— Успешно! — довольство в голосе Ульфа брызгало во все стороны даже через толстый полог. — Пусть герр Рихтер денежки готовит, привезли мы ему подарочек!

— Да ну! — удивились снаружи. — Покажи-ка хоть, за чем гонялись столько времени! Густав тоже порадуется, что вы ее притащили, а то неделю на задницу сесть не мог!

— Сам виноват, — послышался еще один голос, — нечего было командовать не по чину. Захотелось показать, что он самый умный, вот и получил кнутом, впредь думать будет! Ну, чего стоите-то, вытаскивайте ее оттуда!

Полог откинули и чьи-то руки вытащили меня из-под тента и поставили на землю. Вокруг воцарилось гробовое молчание. Я осторожно огляделась — вокруг стояли пятеро здоровых мужиков, трое стражников в кольчугах и кожаных куртках и двое моих похитителей. Все они были не сколько высокими, сколько широкими в плечах и по сравнению с ними я смотрелась тощим цыпленком. Кто-то фыркнул, кто-то присвистнул, а я опустилась на землю и захныкала, тряся связанными руками:

— Ну развяжи…больно же… — подавила слезу и зашмыгала носом, наклонив голову, — уй…руки боля-а-ат…ну развяжи-и-и…

— Слушай, Ульф, — осторожно спросил один, — а ты не ошибся? Это действительно она? Та, вроде, поздоровее была да повыше…

— Чего-то я не пойму, Ульф, — сказал второй, — это чего ты привез-то? То говорили, что та ножом махала, да из арбалета била без промаха, а эта и арбалет не подымет, не то что на себе его таскать будет… может, перепутал чего?

— Чего я перепутал? — зарычал Ульф, доведенный до крайности реакцией стражников. — Да мы с Хоганом в том трактире, где она служанкой пристроилась, с одним разговорились, так знаете, что он про нее рассказал? Что она в первый же день драку учинила и двоих избила ногами, и ему лично кружкой в лоб засветила!

— Двоих? — недоверчиво протянул кто-то над моей головой. — Ногами? В трактире?

— Да точно, так все и рассказал, — подтвердил Хоган, — и дружок его тоже про это слышал.

— И в какое место она им била? — засмеялся кто-то рядом. — В коленку?

— Нет, — ответил ему другой, — в пятку!

Мужики заржали, а Ульф засопел, как медведь.

— Если она такая опасная, как это вы вдвоем ее умудрились притащить, а? Ну-ка расскажи нам! Или пусть она расскажет, если ты не можешь, вот посмеемся-то! Эй ты, как там тебя, будешь рассказывать, как эти двое тебя сюда везли?

— Ру-уки развяжи-и-и… — чуть ли не в голос заревела я от обиды.

— М-да, Ульф, плакали твои денежки, когда ты этого воробья герру Рихтеру покажешь! Эй, кончай реветь, давай, я развяжу тебя…

Острый нож наконец освободил руки и я принялась их растирать, всхлипывая погромче и скрючившись на земле. Мужики веселились от души, прикидывая, сколько золота я могла бы утащить на спине, если там уже висел бы арбалет и мешок с болтами. Пока они развлекались, я оглядывала двор, прикидывая обстановку вокруг и не забывая шмыгать носом.

— Что происходит, почему такое веселье? — подошел еще один. — Ульф? Хоган? — в голосе появилось удивление. — Откуда? Нашли?

— Так точно, герр Миллер, нашли и доставили в Штальзее! — отрапортовал Ульф. — Вот она тут!

— Она? Хм…

Подошедший потянул меня за плечо и пришлось подняться, опустив голову. Признает же, сволочь…

— Что-то я ее не признаю… — протянул Конрад с сомнением. — Ты ничего не перепутал, Ульф?

— Да ничего я не перепутал! — в сердцах выкрикнул стражник. — Еще не раз присматривался, пока она в трактире бегала, а уж когда ругаться начала, как очнулась, то и подавно признал! И сбежать она хотела не раз, едва поймал!

— А от тебя все девки сбегают! — заржал кто-то сбоку, — Не только эта!

Тут уже стали хохотать все, даже Конрад изволил хрюкнуть.

— Все, закончили веселье, всем разойтись по местам! — скомандовал он. — Она, не она, вот и допросим сейчас, пока герр Рихтер не вернулся. Приедет, а мы уже все выясним, кто она и откуда. Прекрати ныть! — прикрикнул он на меня, но я затряслась еще сильнее, как будто от плача и он легонько толкнул меня вперед к дверям.

— Привез черт знает кого, — ворчал Конрад сзади, когда я спотыкаясь и волоча ноги по земле, едва двигалась в заданном направлении. — Освальд, где тебя черти носят?

— Да тут я, герр Миллер, — раздался бас сбоку, — запоздал немного. Парни веселятся, я и послушал, о чем болтают.

— Потом слушать будешь, — Конрад тяжело вздохнул. — Притащил этот Ульф какого-то заморыша, утверждает, что это та самая Марта и есть. Пропили наверняка с Хоганом деньги, а эту откуда выкопали, непонятно… иди давай, — подтолкнул он меня в спину.

Та дверь, куда они меня так упорно подталкивали, навевала не слишком приятные мысли — Освальд приоткрыл ее и мы повернули направо, прошли по полутемному коридору и дошли до лестницы, ведущей вниз. На площадку перед ней с другого конца коридора приближался еще один человек, окликнувший Конрада и тот пошел к нему навстречу, неопределенно махнув рукой Освальду. Тот замешкался, рассматривая подходившего и отвернулся от меня, а я неожиданно для себя с силой ударила сапогом ему в колено сбоку, пнула сзади Конрада так, что тот не удержался на ногах и начал валиться вниз на лестничный пролет и побежала в сторону входа по коридору. Сзади неслись непонятные звуки, а я уже толкнула дверь и слетела с высоких ступеней прямо в руки мужчины, который намеревался по ним подняться и уже поставил одну ногу на первую из них.

— Простите…извините… — я изо всех сил выдиралась из неожиданных объятий, но он не отпускал меня, рассматривая с веселым изумлением.

— Я, конечно, не против, чтобы женщины кидались ко мне в объятия, но чтобы с такой силой…фройен, ваша страсть мне чрезвычайно приятна…

Бархатный голос, который звучал сейчас в мой адрес, был ни чем иным, как голосом самого герцога Эрсенского, которого я видела два месяца назад в тюремной камере!

Последний раз я дернулась изо всех сил, но герцог оказался крепче, чем я думала, а сзади уже хлопнула дверь и топот трех пар сапог остановился на крыльце, с которого я так и не успела никуда убежать. Поодаль, за спиной герцога стояли те самые стражники, которые еще недавно потешались над Ульфом и жалели меня, только теперь они были собраны и сосредоточены, прикидывая, сразу им выхватывать мечи или все же можно подождать, пока начальство разберется, что делать.

— Герр Миллер? — вопросительные интонации в голосе сменились стальными во втором слове. — Что происходит, потрудитесь объяснить!

— Ваша светлость, — голос Конрада за спиной был спокоен так, как бывает в крайней стадии бешенства, — эта женщина доставлена моими людьми в Штальзее по приказу герра Рихтера. Она бежала отсюда тогда…два месяца назад и мы разыскивали ее, чтобы до конца разрешить конфликт с Айзенштадтом. Помните тот отряд, который мы взяли на границе? Четверо солдат, бежавших из наемного полка и трое арбалетчиков. Она из той тройки.