Разбитый
Шрифт:
— Чтобы мы всегда помнили, когда именно это произошло, — сказал тогда Брайан. Этот парень был таким романтичным.
Что ж, не было ничего памятнее Рождества.
Мы вместе посмотрели несколько «инструкций» в интернете, что было одновременно забавно и до сумасшествия горячо, только от мысли о том, какие будут ощущения. Мы знали основы, что куда идёт, как избежать боли, и как достать до точки удовольствия.
Сидя голыми на кровати, на всякий случай заперев дверь, разложив рядом с собой все принадлежности, мы подбросили монетку.
Брайан подбросил четвертак в воздух и словил на руку.
— Кто будет снизу? Выбирай.
— Решка, конечно же, — усмехнулся я.
Он поднял руку. Это был орёл.
— О-о-о, посмотри, что принёс мне Санта. Твой сладкий зад, — поддразнил я, наклоняясь вперёд и целуя его.
— Мне подходит. Нужно будет только лежать и выглядеть красиво, — Брайан перевернулся на живот и с напускной скромностью посмотрел на меня через плечо.
Он дразнился, но от вида его загорелой спины, круглой задницы и красивого лица мой пульс буквально трепетал. За секунды мой член из полутвёрдого стал каменным. Я наклонился и поцеловал одну ягодицу.
— Как мне так повезло? Не могу поверить, что мы делаем это.
Мы медленно подготавливались, поначалу нервно смеясь, но затем он начал ахать, и внутри него было горячо и тесно, и это было совсем не смешно. На его лице было выражение чистого блаженства, когда я нашёл пальцами его простату. Он издал более глубокий и громкий стон, чем когда-либо раньше. И я не мог больше ждать ни минуты.
Он лёг на спину, пока я входил в него. Он напряжённо наблюдал за мной горящими глазами, будто хотел видеть каждую вспышку того, что я чувствовал. Мне тоже нужно было видеть на его лице, какие у него ощущения, каждое напряжение его челюсти и дрожание его губы.
Мы двигались медленно, единственными звуками в комнате было наше резкое дыхание. С того дня в столовой связь между нами была сумасшедше сильной и с тех пор только выросла. Когда я смотрел сейчас в его глаза, казалось, будто мы один человек, которому достаточно повезло обладать двумя телами, чтобы совершить этот акт. К тому времени, как я погрузился в него до конца, ощущения были головокружительными.
— Я люблю тебя, — сказал я. Я не собирался первый раз говорить это посреди секса. Но не мог сдержаться.
Лицо Брайана осветилось ослепительной улыбкой.
— Я люблю тебя, Лэндон Хьюз. Теперь сделай так, чтобы я увидел звёзды.
Полагаю, окупились все те дни наблюдений за его лицом, пока мы касались друг друга. Потому что мы не спешили, растягивая удовольствие, продляя его. Мы кончили вместе, будто занимались так любовью миллион лет.
И может быть, в какой-то части наших сердец так и было.
***
Умывшись, мы спустились на кухню в своих новых халатах и приготовили горячий шоколад. Мы сели в гостиной рядом с елью. Мы с Брайаном сохранили свои подарки друг для друга, желая открыть их, когда будем наедине.
— Открой сначала свой, — сказал я.
Он с энтузиазмом разорвал упаковку. Я надеялся, что он не посчитает подарок дурацким.
Он открыл маленькую белую коробочку и нашёл амулет. Он был на тяжёлой серебряной цепочке, с чёрно-серебряным кругом в форме пончика. Спереди на круге был крохотный алмаз, а на заднем стороне буквы: «Б & Л».
— Я и себе такой взял, — сказал я, доставая свой амулет из-под халата. — я думал взять амулеты с двумя половинками сердца, но этот дизайн был круче.
— Мне нравится, — сказал он с нежной улыбкой. Он наклонился и поцеловал меня.
— Ты не обязан его носить, если не хочешь. Если ты не любишь носить украшения, можешь держать его в рюкзаке или где-то ещё.
Он достал амулет из коробки.
— Дурак. Конечно, я буду его носить. Никто не сможет его с меня снять. Помоги надеть.
Мы сделали селфи, надев амулеты. Я посмотрел на фотографию на телефоне и, увидев её, снова поразился тому, насколько Брайан красивый. Как обычный парень вроде меня оказался с кем-то вроде него? Это было сумасшествие.
Когда я поднял взгляд, Брайан смотрел на свой амулет с грустным выражением лица.
— О чём ты думаешь?
— Прости. Это первое Рождество, которое Джейк пропустит. Но…
Он остановился. «Но не последнее».
— Вы проводили время вместе на Рождество? — спросил я, поглаживая его бедро через халат.
Брайан кивнул.
— Обычно он приходил к нам на ужин, а я к ним, так что в основном мы весь день объедались. Если погода была приличной, мы бросали мяч в кольцо на его подъездной дорожке. Или, если выпадало немного снега, как сегодня, играли в футбол. Нет ничего лучше тачбола в снежном парке, — он улыбнулся от воспоминания. — Иногда другие парни тоже присоединялись.
Я почувствовал боль грусти. Во многих семьях Сильвер Фоллса сегодня не хватало детей.
Брайан покачал головой.
— Давай. Открывай свой. Должен тебя предупредить, он стоил мало.
— Мне всё равно, — я устроился на диване со своим подарком, который был завёрнут в зелёную бумагу с белым бантом. Я чувствовал себя по-дурацки взволнованным от желания увидеть, что там. Я понятия не имел, что он мог мне купить. — Я должен угадать?
Он закатил глаза.
— Просто открой!
— Ладно, ладно.
Пока я открывал, он закусил губу, явно нервничая. Внутри была рамка для фотографий. А в рамке был короткий стих под названием «Лев», напечатанный на толстом пергаменте, с нашим селфи внизу. Строчки стиха будто танцевали у меня перед глазами.
«Может быть, наступит день, когда я смогу сказать тебе: это испуганное сердце — твоё».
— О боже, Брайан, ты меня убиваешь, — я вытер глаза.
— Я написал это до начала наших отношений, но время казалось подходящим, чтобы подарить его тебе. Надеюсь, тебе нравится.
Я провёл большим пальцем по стеклу, моё сердце так переполнилось эмоциями, что было больно.
— Это идеально.
— Да? — он выглядел неуверенным.
Я кивнул.
— Без сомнения. Это лучший подарок, который я когда-либо получал.
Я осторожно поставил рамку на кофейный столик, затем перевернулся, чтобы мы лежали одинаково. Мы вместе валялись на диване. Я взял тарелку печенья со стола и поставил её на прикрытый халатом живот Брайана, и мы лежали в тишине, поедая печенье.