Чтение онлайн

Я плачу, а он гладит меня по волосам.

– Я люблю тебя, дорогая. Ради нашей любви... Чтобы ты была уверенна, для страховки, я поеду за тобой. Если он на конспиративной квартире на Пресне или Ленинградском шоссе, то буду внизу у дома, на всякий случай. А сейчас возьми себя в руки. Приведи в порядок лицо.

Машина отвозит меня на Ленинградское шоссе. У двери квартиры, скучающие охранники, ради конспирации делают вид, что они алкаши и пьют на подоконнике водку. В квартире чистота и порядок. На столе цветы и в большой вазе фрукты. Андропов расслаблено сидит в кресле и не поднимаясь, кивает головой.

– Там в буфете есть хорошее вино. Хочешь, налей себе.

– Не хочу.

Я разворачиваю стул и сажусь напротив него.

– Давно вас не видела, Юрий Владимирович.

– Постарел?

– Не очень.

– С этой жизнью постареешь. Ты не представляешь, что я на себя взвалил. Это мерзкая, жуткая клаока. Куда не ткнись, везде отъявленные негодяи и ворюги.

– Вам с ними не справиться...

– Врешь, пол страны перестреляю, но приведу их в чувство. В Союзе можно навести порядок только палкой и пулей.

– Сколько при этом невинных пострадает...

– Пострадает, но зато мы построим настоящий коммунизм, без этих... Устал я, Надя. Так иногда хочется покоя.

– С вашими планами, его не будет.

Он смотрит на меня задумчиво.

– Как там Громыко поживает?
– вдруг спрашивает он.

– Ничего, работает.

– Опять это старье плетет паутину. Начали создавать новую платформу: Черненко, Громыко, Кузнецов и другие. Все неймется, паразитам.

– Юрий Владимирович, можно вас попросить об одной вещи?

– Говори.

– Не убивайте моего хорошего друга, он работает теперь охранником в ЦК, его звать Игорь Афанасьевич...

– Замолчи, - вскрикивает Андропов.
– Это не твоего ума дело.

Он задумывается и нервно теребит полу пиджака.

– Хотя, - он вдруг изменяет тон, - я смогу сохранить ему жизнь только... если ты со мной...

– Нет.

– Дура, ляжешь как миленькая. Раздевайся...

– Нет, - почти кричу я.

Он приподнимается и тут я поняла, все бесполезно... Меня все равно изнасилуют, Игоря убьют, потом расправятся и со мной. Проклятые мясники, что Андропов, что Цвигун, почему мне не везет, почему я попала в эту мясорубку.

– Хорошо. Я согласна. Давайте без рук. Я буду вашей, только... пусть все будет нормально, как у людей.

Андропов сразу же пришел в себя. Он расслабился и опять повалился в кресло.

– Я знал, что ты очень благоразумна. Пусть будет, как ты хочешь.

Я поднимаюсь, руки трясутся, их надо чем то занять.

– Юрий Владимирович, давайте организуем стол.

– Сделай это пожалуйста... На кухне всякие припасы. Я позову охранника, пусть тебе поможет.

– Пить, что будете?

– Там, на кухне, соки, приготовишь мне... сама можешь и вино, здесь в буфете полно бутылок, выбирай, что хочешь.
– Он приподнялся подошел к телефону и позвонил.
– Андрющенко, мне. Зайди сюда, помоги молодой хозяйке приготовить что-нибудь такое легкое, на быструю руку. Давай.

Я поняла меня ни на минуту не хотят выпустить из поля зрения. В квартиру без звонка входит смуглый парень, видно у него были ключи. Он входит в комнату и кивает мне.

– Пошли.

Андропов возвращается в кресло, и берет с тумбочки бумаги, а я с поникшей головой иду на кухню. Андрющенко оказался золотым мужиком, у него все вертелось в руках и кипело. Различные салаты вылетали один за другим, здесь рыбные, колбасные, мясные, помидорные и еще, черт знает из чего.

– Помогите мне приготовить соки Для Юрия Владимировича, - просит он. Вон соковыжималка, здесь апельсины, режьте их пополам и на этот конус.

– Хорошо, я вымою руки.

Он подозрительно глянул на меня, но все же кивнул головой. Я зашла в ванну и включила воду. Отчаяние толкнуло меня на риск. Я залезла под юбку выдернула пробирку и две таблетки вылетели на ладонь. Тут же их зажала между пальцев, а пробирку зашвырнула в узкий тапочек, стоящий в общем ряду под вешалкой. Вернулась на кухню.

– Я готова.

Охранник кивнул на стол.

– Давай.

Режу пол апельсина, включаю машинку и на вращающийся конус давлю

половинку фрукта. Сок заливает пальцы, Андрющенко одобрительно смотрит, потом обращает внимание на свои руки, которые удивительно быстро режут лук. Тут то я разжала пальцы и встряхнула прилипшие таблетки с руки. Схватила другую половинку апельсина и опять жму на конус. Мысль бьется одна, растворятся ли таблетки в соке, если нет - я погибла.

Охранник и я вносим салаты, какие то удивительные блюда и соки в комнату. И здесь Андрющенко перепрыгнул свои возможности, он как опытный метрдотель рассортировал блюда, приборы и рюмки на столе, красиво их разложив. Я подошла к буфету и вытащила первую попавшуюся бутылку, это оказалось "Алиготе" и поставила ее на стол. Андрющенко словно из воздуха достал штопор и мгновенно ее открыл.

– Юрий Владимирович, у меня все, - почтительно доложил он.

– Спасибо. Можете идти.

Теперь мы остались вдвоем. Андропов встал и подошел к столу.

– Садись, Надя, будем пировать.

Он вино не пил, чокался со мной с рюмками, наполненными соками. Мило улыбался и уже не говорил о делах, а вспоминал, смешные моменты из прошлой жизни за границей, когда там был послом. Я чего то охмелела и расслабилась. Через два часа он поднялся.

– Надя, у меня очень мало времени, пойдем.

Я уже поняла куда, но поднялась и послушно пошла за ним в спальню. Это судьба, от нее не уйти.

Утром, меня разбудил стон. Я вскочила. Полуголый Андропов сидел на кровати и держался за низ живота.

– Что с вами, Юрий Владимирович.

– Живот. У меня рези... здесь внизу.

– Надо вызвать врача.

– Может позвать кого-нибудь из охраны.

– Ты лучше уходи. Будет скандал, если узнают, что ты со мной.

Я не заставила себя ждать, быстро оделась и погладив его по голове выскочила из квартиры. Увидев на лестнице охрану, окликнула их.

– Ребята, срочно вызовите врача. Юрию Владимировичу плохо.

Ребята всполошились и бросились в квартиру, а я спокойно спустилась вниз и мне так хотелось плакать...

На шоссе полно стремительно несущихся машин. Я в отчаянии. В это время скрипят тормоза и я вижу лицо Игоря.

– Скорей, - кричит он и открывает двери.

Влетаю в машину и мы уносимся в поток транспорта.

– Что произошло? Почему так долго?

– Я бросила две таблетки в апельсиновый сок.

– Так. А что с Андроповым?