Чтение онлайн

Три дня я просидел дома, не вылезая дальше гостиной. Но становилось только хуже. Раздражительность и злость требовали выход наружу. Я ловил себя на мысли, что неплохо бы пойти погулять вечером и свернуть шею какому-нибудь залётному грабителю.

Больше часа лупил по тренажёрам на нашей тренировочной площадке. В итоге всё разнёс в бессильной злобе, сбитые кулаки горели, хотелось выть. Двери открылись, на площадку спустилась Мидори. Хмуро посмотрев на меня, лиса медленно обошла меня по кругу и снова встала напротив.

— Вижу, тебе нужен партнёр — сказала Мидори, вставая в стойку.

— Лучше не надо, милая — хрипло пытаюсь возразить — я плохо себя контролирую.

Кицуне молча наносит несколько ударов, я защищаюсь, не нанося удары в ответ. Мидори ускоряется, четвёртый хвост даёт о себе знать, в итоге пропускаю несколько ударов, кувыркнувшись назад.

— Ты можешь лучше — внимательно смотрит на меня лиса — и быстрее. Не надо себя сдерживать.

И снова идёт вперёд, выбивая из меня воздух. Спустя какое-то время я улетаю метра на три. С трудом встаю, внутри ярость бурлит и вырывается наружу. Мы снова сошлись, чтобы я снова улетел к стене.

— Как ты защитишь меня, Влад, если себя защитить не можешь — бесстрастно говорит Мидори. У меня падает планка, в голове пусто. Я встаю, зарычав как медведь.

Время останавливается в схватке, не знаю, как долго мы кружим по залу. Меня снова выкидывает в нормальный поток времени. Разумеется, ударом о стену.

— Где твоя сдержанность, Влад? — продолжает морально убивать меня лиса — где твой настоящий облик? — я снова встаю, с острым желанием убить Мидори — ведь я люблю тебя не за возможность лишить жизни любого. Ты ведь другой, вернись обратно.

Я тяжело дышу, не хватает воздуха, в глазах всё ещё мутнеет. Стараюсь расслабиться, но е могу. Мидори медленно подходит ко мне, встаёт возле стены и вопросительно смотрит на меня. Я размахиваюсь и бью кулаком.

Пробивая стену почти насквозь. Жутко болит рука, вся в крови. Зато становится чуть легче, я снова могу нормально дышать. Мидори улыбаясь, аккуратно берёт меня за руку, и усаживает на скамью. Взяв в руки кувшин с водой, садится мне на колени и начинает медленно промывать мне отбитую руку. Достав невесть откуда кусок ткани, делает перевязку. Я сижу не дёргаюсь, каждое действие приносит покой.

Мидори, обвив шею своими красивыми руками, долго целует меня. Встаёт и молча тянет меня за собой в гостиную. Там ставит на стол небольшую статуэтку, в которой я опознаю артефакт, создающий полог тишины.

— Сегодня ты охраняешь меня здесь — произнесла лиса, избавляясь от одежды.

Дальше только калейдоскоп желаний.

Не знаю, сколько прошло времени, очнулся я один на диване в гостиной. Чистая одежда нашлась рядом на стуле. Физически ощущал я себя хорошо, если на троечку. Зато морально спокойным. События последних месяцев отошли далеко назад, больше не тревожа меня.

Правда, как себя вести за пределами гостиной я пока не придумал. Испытывая стыд, как школьник перед борделем, я храбро выполз из дверей.

Никто не кинулся тыкать в меня пальцем, зато пожелали доброго утра, заодно снабдив чашкой горячего чая. Хотя Мери смотрит как-то с подозрением, периодически улыбаясь сама себе. Но всё хорошее быстро кончилось, а меня вылетели София, Мирра и Мидори. У всех нездоровый блеск в глазах, что пугало ещё больше.

— Влад, мы можем выкупить почти весь Красный квартал — София сразу зашла с козырей.

Меня хватило только простонать на русском.

— Это какой-то пи……

— Первое, я очень скоро стану седым со всеми вашими закидонами — с этой фразы началось наше неурочное собрание юных акул бизнеса. Для этих целей мы переместились в гостиную, где я снова почувствовал себя не в своей тарелке — второе, у меня нет миллиона золотых в загашнике, чтобы оплатить это счастье.

— Влад, я не совсем правильно выразилась — запротестовала София — мы можем его выменять.

— Разумеется, это меняет дело — вся эта ситуация разонравилась мне ещё больше — это ведь пара захудалых пирожочных посреди пустыря. Просто ты случайно в курсе, что через год тут будет оживлённая дорога, поэтому по случаю прикупим этот шлак.

— В этот раз я полностью соглашусь с Софией — взяла слово Мидори — на слух я тоже восприняла эту идею в штыки. Но я прошу тебя, Влад, углубиться в вопрос.

Лиса твёрдо смотрела мне в глаза, нисколько не смущаясь, с лёгкой улыбкой. От этого во мне взыграла гордость, а моральный дух выполз из-под плинтуса и расправил плечи.

— Хорошо, сдаюсь — я присел на стул, ожидая, когда мне присядут на уши — рассказывайте.

— А чего рассказывать — пожала плечами София — жди вечером гостей, они покажут и расскажут.

Мне ничего не оставалось, кроме как ждать развязки этой интриги.

Что противно, ждать пришлось далеко за полночь. Когда делегацию из пяти человек, наглухо завёрнутых в чёрные плащи, Феликс завёл в гостиную, я уже откровенно зевал с желанием пойти поспать. Гвардейцы бесцеремонно обыскали прибывших, не найдя даже захудалого перочинного ножика, что было одним из условий встречи со мной. Меня теперь берегут как лялечку, чтобы ничего не давило на воспалённый моск бывшего бойца спецназа, а ныне офицера королевской стражи.

Передо мной сидело пятеро далеко не молодых мужчин. Что сразу бросалось в глаза, все были сугубо гражданскими лицами.

— Вечер добрый, господа — начал я за здравие — кто я, уверен, вы в курсе, раз пришли повторно и без оружия. Не могу сказать то же про вас.

— Наши имена не скажут вам абсолютно ничего, барон — взял слово, сидевший по центру пятёрки — зато скажут наши дела.

— И чем вы занимаетесь в свободное от ночных похождений время?

— Считали и вкладывали в перспективные предприятия денежные средства боссов Красного квартала — после этих слов сидевшие справа и слева от оратора поставили на стол приличных размеров два саквояжа.

— Это золото?

— Лучше. Это долговые расписки владельцев одних из самых прибыльных заведений Красного Квартала или документы долевого участия. Золото, с вашего позволения, мы оставим себе.

— Очень интересно, но ничего не понятно. Простыми словами, чего вы хотите от меня. Если быть точным, что могу вам дать только я, раз вы сюда пришли с этими бумагами?

— Всё просто, барон, вы можете дать нам жизнь.

Я примерно понимал направление мыслей этих чёрных бухгалтеров, но все жду, когда они сами озвучат предложение.