Чтение онлайн

Если бы старый капитан был один, он после этих слов бросился бы в ту сторону, откуда доносился голос. Но он сдержался, потому что должен защищать принцессу. Та сначала испугалась, но в ее жилах текла южная кровь. Поэтому герцогиня, услышав ответ капитана, не могла не улыбнуться и сказала Барадеру:

— Этот негодяй неглуп. Мне было бы любопытно его видеть.

— Желания такой очаровательной особы, — произнес голос, — будут всегда законом для ее покорного слуги. Но поскольку я хочу, чтобы с головы принцессы не упал ни один волос, сделайте одолжение, господин капитан, прикажите своим солдатам опустить ружья, а я прикажу моим «кротам» сделать то же. Так как все их ружья нацелены на принцессу, я дрожу от страха. Несчастье так близко! Это будет нечто вроде перемирия, мы поговорим дружески, как дворяне.

— Дворяне! — воскликнул Барадер.

— Опять! — вскрикнул разбойник. — Я вам уже доказал, что преимущество на нашей стороне. Опустите ружья! — обратился он к «кротам».

— Опустите ружья! — сказал в свою очередь Барадер своим егерям.

Тотчас над стволами деревьев появился высокий человек в маске, укрытый широкими складками черного плаща.

— Вы вожак «кротов»? — спросил Барадер.

— Нет, я не имею чести называться Кадрусом. Я не осмелюсь даже сказать, что я его правая рука, потому что его правая рука славно заявляет о себе, когда он дерется, но я его помощник, его левая рука, если угодно.

— Слушай, негодяй! — сказал потерявший терпение Барадер. — Долго ты нам будешь надоедать своей дерзкой и бесполезной болтовней?.. Где твой вожак?

— Там, где вам будет угодно, — ответил помощник Кадруса. — Я понимаю ваше нетерпение, милостивый государь, и потому прощаю ваши не совсем вежливые выражения.

— Комедия затягивается, — сказал Барадер. — Будьте так добры, скажите, что вы от нас хотите?

— О! Почти ничего, — ответил Фоконьяк. — Перед герцогиней де Бланжини на подушке лежит шкатулка с драгоценностями ценой в миллион двести девяносто шесть тысяч франков…

Не получив ответа, гасконец продолжал:

— Уж не ошибся ли я в цене этих драгоценностей? Не думаю. Кадрус сам справлялся с реестрами ювелиров.

Дерзкий тон «крота» вывел Барадера из себя. Одним прыжком своей лошади он очутился возле Фоконьяка. Две пули пробили кузов кареты принцессы и просвистели мимо бедной женщины, которая не могла не вскрикнуть. Другим прыжком старый дворянин оказался рядом с герцогиней де Бланжини.

— Стой на месте, старый слон, — засмеялся помощник Кадруса, — мы играем в шахматы. Королеве сделан шах. Старайся же оставаться на своей клетке. Первое правило шахматной игры требует, чтобы слон защищал королеву!

— Чего же вы хотите? — раздраженно спросил капитан.

— Я не стану мучить вас загадками. Герцогиня знает, в чем дело. Доказательством служит то, что она положила футляры возле себя.

— Как, вы хотите?..

— Да! — перебил Фоконьяк. — Мы хотим, чтобы вы вручили нам эти бриллианты, и только за ту цену обещаем сохранить жизнь и вам, и вашему отряду.

— Никогда! — гордо ответил старый граф.

— Однако нам очень жаль убивать такого храброго воина, — возразил помощник Кадруса с печальным видом. — Такие благородные сердца, как ваше, милостивый государь, нынче большая редкость. — Нет ничего постыдного в том, чтобы отдать, когда невозможно победить…

— Вы забываете, что можно еще и умереть!

— Вы говорите прекрасно, капитан, было бы великолепно, если бы ваша смерть принесла герцогине какую-нибудь пользу, но ваша гибель будет бесполезной.

— Это мы еще посмотрим… — угрожающе начал старик. — Ну, господа разбойники, покажите нам ваши лица. «Кроты», выходите из ваших нор! Смотрите, как умеют драться честные люди!

Зов старого воина словно прозвучал приказом: более двухсот человек как будто выросли из-под земли. На всех были маски и шляпы с широкими полями, надвинутые на глаза. Все были вооружены до зубов.

Увидев их, герцогиня забилась в угол кареты, но очень скоро усилием воли смогла взять себя в руки.

— Капитан, — обратилась она к старому графу, подавая ему свою шкатулку, — сопротивляться нелепо, в такой ситуации в сдаче нет никакого позора.

— Вы правы, — произнес человек, вдруг показавшийся на краю дороги. — Кадрус — это я. Свидетельствую, что всякое сопротивление бесполезно.

Глаза всех устремились на знаменитого вожака «кротов». Разбойники громкими криками приветствовали его. Кадрус показывался своим «подчиненным» крайне редко. Его присутствие обычно предвещало веселье и кутеж, поэтому «кроты» всегда восторженно встречали его.

Герцогиня успела рассмотреть человека, появившегося так внезапно. Под длинным бархатным плащом скрывалась изящная, но сильная фигура. Лицо его было спрятано маской, а на обнаженной в честь принцессы голове развевались шелковистые волосы.

Принцесса, Барадер и свита словно остолбенели при виде знаменитого вожака разбойников.

Герцогиня, не отрываясь, смотрела на эту живую легенду. Ей вдруг овладело безотчетное чувство, похожее на восторг и симпатию, и она захотела как можно быстрее разрешить сложившуюся ситуацию. Схватив шкатулку, она подала ее капитану.

— Возьмите! — воскликнула она. — Эти несчастные побрякушки не станут причиной смерти людей! Передайте их господину Кадрусу, который в свою очередь должен дать нам спокойно проехать. Вы не сдались, граф, — прибавила она в утешение старику, — это я вам приказала.

— Никогда не соглашусь, — с твердостью ответил капитан.

Однако это «лесное стояние» не могло продолжаться вечно. Кадрус разбирался в людях и заранее знал, что капитан не захочет сдаваться. А Кадрусу нельзя было терять времени.

— Граф де Барадер! — позвал Кадрус. — Сделайте одолжение, подъезжайте, я желаю поговорить с вами с глазу на глаз.

Де Барадер встал в трех шагах от вожака «кротов».

— Капитан, — сказал Кадрус, — офицер, осознающий свой долг, дворянин, уважающий свое имя, — словом, Барадер не должен сдаваться. Вы должны драться, граф.

— Вот добрые слова, молодой человек, благодарю вас, — сказал старый граф.

Кадрус продолжал:

— Но ваше положение очень невыгодно. Вы не можете вступить в бой, не подвергая герцогиню риску получить пулю. Я предлагаю вам поручить мне ее на время боя как священный залог, который я клянусь вернуть вам, если вы выйдете победителем. Я хоть и разбойник, но пользуюсь репутацией человека чести. Даю вам честное слово, что герцогиня будет вне опасности. Вы согласны, капитан?

Не дав графу ответить, герцогиня высунулась из кареты и сказала Кадрусу:

— Я вам верю. Прошу подать мне руку.

Кадрус подал руку молодой женщине и помог ей выйти из кареты.

— Благодарю вас за доверие, — сказал он. — Еще минуту перемирия, — обратился он к графу. — Я только провожу герцогиню в безопасное место.

— Позвольте! — сказал граф. — Герцогиня, — обратился он к молодой женщине, — мы сейчас будем сражаться с этими людьми. От имени всех нас я торжественно прощаюсь с вами. Мы все просим вас засвидетельствовать, что мы мужественно исполнили свой долг. Если вы попадете в руки… этих господ, в этом не будут виновны ни граф де Барадер, ни его егеря.