Чтение онлайн

– Я смотрю, наш новый хранитель дареных книг собрался нас покинуть? – И за спиной девушки ярко вспыхнул свет.

Злата медленно обернулась. Посреди комнаты, в одном из кресел разместилась небольшая черная фигура. Бель Озем, усмехаясь уголками тонких губ, не сводил холодных мертвых глаз со стоящей на подоконнике девушки.

– Ну что же ты молчишь, служитель второго круга?! – продолжил бель Озем свои расспросы, сохраняя принятый насмешливый тон. – Чем мы так не угодили маленькой белле, что она решила разбить себе голову о мостовую двора, выпрыгнув с третьего этажа? Вон даже груз припасла, чтобы, видимо, быстрее падать…

Внезапно бель буквально выпрыгнул из своего кресла и, пригнувшись, как приготовившийся к броску хищник, спросил совершенно другим тоном:

– Или белла решила просто улететь из дворца Великого ханифа к себе на север? – Он сделал мягкий, крадущийся шаг в сторону подоконника, на котором замерла Злата, и прошипел: – А может быть, вовсе и не на север?…

Тут Злата пришла в себя и с отчаянием безысходности крикнула прямо в черные мертвые глаза беля:

– Да! Я решила сбежать!

Она спрыгнула с подоконника и сделала шаг ему навстречу. А тот, распрямившись и как-то расслабившись, спросил:

– Почему?

– Потому что мне стало страшно! – резко ответила Злата и сделала еще шаг в сторону беля Озема. Тот пожал плечами, отвел глаза от лица девушки и спокойно вернулся в свое кресло.

– В этом дворце многим страшно. И гораздо более страшно, чем может быть страшно тебе. Но никто не пытается его покинуть. А что, собственно, тебя так испугало? – Тон беля Озема стал совершенно спокойным, даже ласковым и озабоченным. Казалось, заботливый хозяин пытается успокоить свою не в меру нервную прислугу.

– Прошлая ночь! – не желала успокаиваться Злата. Она почему-то чувствовала, что бель Озем прекрасно знает не только то, что с ней происходило, но и то, что она собиралась сделать. И еще. Она прекрасно понимала, что находится в совершенно безвыходном положении и спасти ее может только чудо.

– И что же произошло прошлой ночью? – ласково поинтересовался бель.

– Меня пытались с помощью магии заставить перейти в другое место.

– Да? И куда же?…

– Не знаю. Эта попытка не удалась, но я не хочу, чтобы она повторилась. Мне прекрасно известно, что могут сделать во дворце с молодой девушкой, поэтому я сочла за благо убраться отсюда, пока со мной не случилось ничего… непоправимого!

– Ну да, ну да, – покивал головой бель Озем. – А пару-тройку книг захватить как память о страшном дворце Великого ханифа?… – И он кивком указал на сверток в руке Златы.

– А Великий ханиф обещал мне подарок! – дерзко ответила та. – Ты же не торопился выполнить обещание повелителя!…

– Ну хватит! – резко оборвал ее бель Озем. Он откинулся на спинку кресла, выпрямившись во весь свой небольшой рост. Теперь перед Златой сидел истинный повелитель Великого ханифата. Всезнающий, всемогущий и беспощадный.

– Я прекрасно знаю, что твой дядюшка… – при этих словах губы беля презрительно скривились, – …послал тебя ко мне специально. Еще когда он только просил за тебя, я уже знал, что приму на службу шпионку. И теперь ты мне расскажешь, зачем явилась во дворец и чего хочет Серый Магистр. Ты мне все расскажешь! А потом я бы с удовольствием отдал тебя своим гвардейцам и полюбовался тем, что они с тобой сделали бы. А они замечательные выдумщики!

Бель гнусно улыбнулся, обнажив кривые верхние зубы, и быстро провел по губам языком.

– К сожалению, я не могу этого сделать. Им может понравиться баловаться со служителями второго круга, а это приведет к падению дисциплины. Так что тебя просто сожгут. Да, тебя сожгут на центральной площади! Ты же воровка, хоть и служитель второго круга.

Бель снова улыбнулся, и Злата поняла, что он сделает именно то, что говорит. Мертвые, ничего не выражающие черные глаза стеклянно поблескивали в лицо девушке. Длинные бледные пальцы вынырнувших из черных рукавов ладоней неспешными, завораживающими движениями перебирали каменные зерна ониксовых четок, словно отсчитывая последние секунды ее жизни, а из-под края черного бархатного халата выглядывали сапоги, почему-то со шпорами.

– Нет… – еле слышно выдохнула она.

И Озем сразу понял, что родило этот обреченный выдох.

– Да! Тебя сожгут. – Он с наслаждением повторил, словно догадавшись, какой ужас охватывает его жертву при этих словах.

– Нет! Ты не посмеешь, – тонко взвизгнула девушка. – Серый Магистр тебя уничтожит!

Бель заливисто расхохотался, а потом, резко оборвав смех, наклонился вперед и прошипел:

– Да как раз этого я и хочу. Пусть этот недоумок появится в городе, я с удовольствием размажу его по его собственному серому халату. Он даже не подозревает, что такое Большой Круг!

Озем снова откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и совершенно спокойно проговорил:

– Ладно. Я довольно наговорился. Теперь твоя очередь. Рассказывай. И имей в виду, что чем длиннее, подробнее и интереснее будет твой рассказ, тем дольше ты проживешь.

Злата стояла перед ним, положив одну руку на свой узелок с книгами, лежавший на подоконнике, и молчала.

Несколько секунд в комнате висела тишина. Потом бель открыл глаза и с усмешкой произнес:

– У тебя что, язык отнялся?… Рановато еще. Ну хорошо, я тебе помогу.

Озем прищурил глаза, так, что те превратились в узкие щелки, и уставился на Злату. И в ту же секунду она почувствовала, как ее разум оплетают жесткие, безжалостные путы. Злата не раздумывая мгновенно поставила блок. По губам у беля пробежала довольная усмешка.

– Ты, девочка, думаешь, что если смогла отбить магическую атаку Великого ханифа, то и со мной сможешь справиться?… Ты заблуждаешься. Сейчас ты будешь рассказывать все, что знаешь, что помнишь. Даже то, что ты давным-давно забыла, всплывет в твоей памяти и ты с наслаждением поведаешь эти тайны мне.

Злата чувствовала, как ее блок рассыпается под чудовищным давлением чужой магии, как трескается ее личность под чужими жесткими пальцами и распадается окровавленными осколками. И тогда она последним усилием воли вскрыла канал экстренной связи и, захлебываясь, бросила в него свой отчаянный вопль:

– Меня собираются сжечь. Меня собираются очень скоро сжечь!!! Вытащите меня отсюда!!!

После этого она вслух произнесла одно заветное слово, начисто стирая свою личность, свою память.