Чтение онлайн

— Куда ты собралась?

— Я... эм. Ну, я подумала, что ты не хочешь, чтобы я оставалась. Тебе не о чем беспокоиться. Я не буду какой-то приставучей девственницей или что-то в этом роде, сейчас, когда ты лишил меня девственности.

Тремя, или, может быть, четырьмя шагами он пересекает комнату и вырывает у меня из рук одежду.

— Раньше ты меня слушала?

— Что?

— Я не отпущу тебя. Ты охотно залезла в мою кровать, подарила мне эту сладкую киску. Ты не уйдешь.

Моя мечта о переезде в Калифорнию продолжает вертеться на краю моих мыслей.

— Ты серьезно?

— Да, черт возьми.

— А как насчет...

— Афина, я устал. Ты остаешься. Мы можем продолжить это завтра? — он подходит к комоду и бросает мне футболку. — Надень это, иначе проснешься с моим ртом на твоих сиськах.

— Мне бы это понравилось.

— Ты моя нахальная маленькая сучка, не так ли?

У меня отвисает челюсть.

— Ты только что назвал меня сучкой?

Он улыбается одной из тех своих улыбок, что заставляет мои девчачьи прелести покалывать.

— Да, блядь, я сделал это, — говорит он, совершенно не извиняясь. — Теперь. Мы все выяснили. Ты остаешься.

Вместо слов я просто киваю, хотя и не понимаю, почему беспокоюсь об этом. Он ведь не спрашивал.

Как только мы устраиваемся в постели, я кладу голову ему на грудь, но мой разум не может успокоиться.

Я чувствую, что только что дала обещание, которое не смогу сдержать.

Глава 3

Ромео

Верьте мне или нет, но проснуться, ощущая мягкий вес женщины в своей постели, не совсем обычное явление для меня. Афина не ошибалась вчера ночью. Обычно я предпочитаю спать один. Черт, в половине случаев, девушки даже не заходят в мою спальню.

Мне нравится мое пространство.

Самое смешное то, что единственная девушка, с которой я, действительно, хочу проводить ночи, была готова вылететь из моей комнаты примерно через пять секунд после того, как я вытащил из нее свой член.

Ощущение того, что меня использовали в качестве личной подушки для тела, не ужасает меня.

Интересно.

Запустив палец в спутанные светлые локоны, я убираю волосы с ее лица, чтобы лучше рассмотреть. Ни следов от туши под глазами, ни других следов размазанного макияжа. Спящая красавица со свежим лицом.

Какого хрена я делаю с девушкой вдвое моложе меня?

Прежде чем успеваю об этом подумать, Афина шевелится. Ее дыхание меняется. Ресницами она щекочет мою кожу. Наконец, она поднимает голову с моей груди и несколько раз моргает.

— Ты что, пялишься на меня?

— Да. Ты красивая девушка.

Самая красивая девушка из тех, с которой я просыпался в течение долгого времени. Но я держу это при себе, потому что сомневаюсь, что она сочтет это лестным.

Ее глаза расширяются, как будто никто никогда раньше не делал ей комплиментов. Как такое вообще возможно?

Я не могу перестать гладить ее пальцем по щеке.

— Как ты себя чувствуешь?

— Счастливой, — не задумываясь, отвечает Афина.

Не знаю, что я ожидал от нее услышать. Прямота этого слова несет в себе простую невинность. Я хочу, чтобы она каждый день просыпалась счастливой. Я хочу быть тем, кто будет заставлять ее просыпаться счастливой.

— Я имею в виду, тебе еще больно?

— О, — она морщит нос и смещается, что призывает мой член к жизни — не то, чтобы он уже не был начеку. — Немного.

Я большим пальцем провожу по ее нижней губе.

— Сегодня мы можем заняться другими вещами.

Она хватает губами мой палец.

— Правильно. Ты пообещал прошлой ночью, что расцелуешь все мое тело, но до этого так и не дошло.

Смех вырывается из моей груди. Афина ухмыляется и приподнимается вверх, нечаянно задевая мой член рукой.

— Ох, — она с любопытством смотрит на меня. — Утренний стояк реальная тема, да? Это не миф?

— Не миф, — я, действительно, жалею, что прошлой ночью потрудился дать ей футболку, чтобы она могла в ней спать. Ощущение ее теплой, нежной кожи напротив моей сделало бы это утро идеальным. Сегодня она будет спать без одежды.

Я наклоняюсь, чтобы притянуть ее к себе для поцелуя, но она уклоняется. Ее щеки окрашиваются розовым.

— Мне нужно в туалет.

Черт, она заставляет меня смеяться.

— Иди. Я и мой утренний стояк будем ждать тебя.

— Самоуверенный ублюдок, — бормочет она, перелезая через меня. Это только заставляет меня смеяться еще сильнее.

Пару минут спустя Афина стоит в моем дверном проеме, на лице у нее замешательство и, может быть, боль.

— Почему у тебя на полу валяется футболка девушки?

Вот мое наказание за то, что я был таким неряхой.

Ладно, может быть, я и не поощряю много цыпочек в своем личном пространстве. Но это не значит, что некоторые не проводили здесь немного времени. Но после вчерашней ночи, единственная девушка, которая будет проводить здесь время, это Афина. Это уж я знаю наверняка.

— Это Д.А.

— Что, черт побери, это значит?

— До Афины, — объясняю я, и перевожу взгляд на нее, чтобы увидеть, купилась ли она.

— Фу. Пожалуйста, скажи, что ты не трахал здесь кого-нибудь вчера, прежде чем пришла я.

Мне, действительно, нужно подумать об этом.

— Нет.

— Значит, ты просто свинья, которая не убирает за собой?

— В значительной степени.

Она ворчит и уносит футболку обратно в ванную. Затем подходит к кровати и смотрит на меня сверху вниз.

— Ты собираешься меня покормить?

— Да, своим членом.

Ее челюсть отвисает в такой милой сексуальной манере, что мне хочется сказать больше неприличных вещей.

— Ты серьезно только что это сказал?

— Ага, — нет смысла скрывать, кто я на самом деле есть, если я хочу, чтобы она ошивалась рядом.

Ее рот изгибается в ухмылке, и я думаю, она пытается не засмеяться. Я тянусь к ней и скольжу пальцем по ее голому колену, и вверх под футболку к бедру.

— Ну, по крайней мере, ты прямолинеен.