Чтение онлайн

Монтескье

Ага! Вы наконец открываете занавес!

Макиавелли

Совершенно верно! Ведь в изнаночной стороне власти существуют тайны, которые вызывают у нас страх, когда предстают перед нашим взором. Я пощажу вас и не стану рассказывать о вещах еще более мрачных, чем те, о которых вы уже услышали. С помощью системы, которую я организую, я настолько полно буду информирован обо всем, что смогу с терпением относиться даже к некоторым преступным действиям, поскольку обладаю властью воспрепятствовать им в любую минуту.

Монтескье

А почему вы намерены проявить терпение по отношению к подобным вещам?

Макиавелли

Из тех соображений, что абсолютный монарх в европейских государствах не должен слишком назойливо пользоваться своей властью по той причине, что в обществе всегда имеются подводные течения, совладать с которыми можно лишь тогда, когда они явно выходят на поверхность; поскольку следует тщательнейшим образом избегать беспокоить общественное мнение тем, что безопасность правительства расценивается как находящаяся под угрозой; потому что партии вполне удовлетворяются ворчанием и безобидными уколами, пока они лишены всякой силы, и было бы глупостью обезоруживать их настолько, чтобы они пришли в ярость. Таким образом, следует спокойно выслушивать их жалобы, время от времени раздающиеся со страниц газет и книг. Они попытаются в некоторых своих выступлениях и речах намекать на правительство. Они под разными предлогами будут приводить скромные доказательства собственного существования. Все эти попытки будут крайне робкими, это я вам гарантирую, и если общественность их услышит, они вызовут лишь насмешку. Меня будут считать достаточно сильным, чтобы относиться к этому спокойно. Меня лишь будут считать слишком терпеливым. Поэтому я во всех этих вопросах проявлю терпение — само собой разумеется, лишь к тому, что мне не покажется опасным. Я не хотел бы, чтобы о моем правительстве говорили, что оно чрезмерно подозрительно ко всему относится.

Монтескье

Ваши суждения напоминают мне о том, что в ваших законах и инструкциях осталась брешь, и при этом очень серьезная.

Макиавелли

Что вы имеете в виду?

Монтескье

Вы не затронули личной свободы.

Макиавелли

Я и не буду ее касаться.

Монтескье

Вы уверены, что вам это удастся? Если вы оставили за собой возможность терпимо относиться к каким-либо вещам, то вы в принципе оставили за собой право препятствовать всему, что вам кажется опасным. Если этого только требуют интересы государства или какая-либо срочная мера безопасности и в вашем государстве предстоит немедленно подвергнуть аресту человека, — как это можно осуществить, если в вашем законодательстве будет что-либо вроде законов habeas corpus [42] , если для ареста необходимо соблюсти соответствующие формальности, если с этой целью необходимо дать соответствующие гарантии? Пока вы начнете процесс, пройдет достаточно много времени.

Макиавелли

Позвольте заметить следующее. Если я уважаю свободу личности, я тем самым не отказываюсь вовсе от некоторых полезных изменений в организации судопроизводства.

Монтескье

Я об этом как раз подумал.

Макиавелли

Ваше торжество преждевременно. Речь идет о совсем обычной вещи. Кто в общем и целом регламентирует свободу личности в ваших государствах с парламентской системой правления?

Монтескье

Это компетенция Верховного суда, состоящего из судей, число которых и независимость гарантируют подсудимым соблюдение их прав.

Макиавелли

Это, вне всякого сомнения, довольно неудачная организация. Как при той медлительности, с которой этот Верховный суд принимает решения, юстиция сможет осуществлять с необходимой быстротой аресты преступников?

Монтескье

Каких преступников?

Макиавелли

Я имею в виду людей, совершивших убийство, кражу, преступление и иное деяние, подлежащее осуждению на основе уголовного законодательства. Судебным властям такого рода необходимо придать единство действий, которое им необходимо. Я заменю ваш Верховный суд одним единственным судьей, в задачу которого будет входить выдача разрешения на арест преступника.

Монтескье

Однако здесь вовсе не идет речь о преступниках. Учреждением такого порядка вы угрожаете свободе всех граждан. Будут ли, по меньшей мере, сообщаться основания для предъявляемого обвинения, являющегося причиной ареста?

Макиавелли

Именно это и нежелательно. Если кто-либо предпринимает какие-либо действия против правительства, он столь же, и даже в еще большей мере, виновен, как если бы он совершил преступление или уголовно наказуемый проступок. Некоторые проступки подлежат более мягкому осуждению, если учитывается тяжелое положение или страдания, приведшие к этому проступку. Но что толкает человека к занятиям политикой? Поэтому я хочу, чтобы не делалось различия между уголовными и политическими преступлениями. Куда подевался рассудок у нынешних правительств, когда они предоставили своим хулителям что-то вроде кафедры, с которой те могли бы произносить свои преступные речи? В моем государстве зарвавшийся журналист будет сидеть в тюрьме вместе с обычным воришкой и тем самым будет к нему приравнен. Того, кто ведет агитацию против правительства, в уголовном суде посадят на ту же скамью обвиняемых, что и фальшивомонетчика, и убийцу. Это будет отличное и примечательное изменение в законодательстве, поскольку общественное мнение, в конце концов, будет относиться к тем и другим с одинаковым презрением, увидев, что с обвиняемыми в политическом преступлении обходятся так же, как с обычными преступниками.

Монтескье

Вы окончательно уничтожаете правосознание. Однако вас это не беспокоит. Меня удивляет лишь, что вы сохраняете суд присяжных.

Макиавелли

В государствах с централизованной системой правления, каким будет мое государство, присяжных назначают государственные чиновники. В случае обычного политического преступления мой министр юстиции всегда имеет возможность назначить для участия в суде тех присяжных, которые выбраны, чтобы вынести решение относительно этого определенного случая.

Монтескье

Ваше законодательство в самом деле безупречно. Мы можем перейти к какой-либо другой теме.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Монтескье излагает: принцип общественного контроля за государственными финансами устраняет возможность их использования для создания деспотического режима

Монтескье

До сих пор вы рассматривали лишь формы организации вашего правления и те строгие законы, которые нужны для сохранения этих форм. Это немаловажно, однако само по себе это практически не имеет никакого значения. Вам ведь предстоит разрешить тяжелейшую из проблем, существующих для монарха, намеренного установить абсолютную власть в европейском государстве, основанном на системе представительства.

Макиавелли

И что же это за проблема?

Монтескье

Это проблема финансов.

Макиавелли

Этот вопрос относится к моим рассуждениям, поскольку я вам уже сказал, что в конце концов все сводится к экономической задаче.

Монтескье

Отлично! Однако само существо предмета будет сопротивляться вашим намерениям.

Макиавелли

Должен признаться, что это меня беспокоит, поскольку я — сын того века, который был еще непросвещенным в области государственной и экономической, и я довольно мало разбираюсь в этих вещах.

Монтескье

То, что вызывает у вас беспокойство, меня успокаивает. Вы позволите, надеюсь, задать вам один вопрос.

О средствах к существованию абсолютной власти в современном обществе. Обращаясь к прошлому, я совершенно ясно вижу, что подобная власть может существовать лишь при следующих условиях. Во-первых, абсолютный монарх должен быть и главнокомандующим своей армии. Вы с этим наверняка согласитесь.

Макиавелли

Совершенно верно.