Чтение онлайн

Этот расстрел я не забуду никогда, да и российские коллеги, лежавшие рядом, тоже. Спасли ополченцы, принявшие бой на улице и подбившие из РПГ два танка. Один взорвался сразу, другой взлетел из-за боекомплекта.

Грузинские танкисты, успевшие выскочить из объятого пламенем танка, не успевают убежать. Их прикладами добивают до смерти ополченцы, на глазах которых эти танкисты расстреляли «Жигули» с семьей и двумя маленькими детьми. На соседней улице вовсю идет бой. Там три танка бьют по школе, в которой забаррикадировались югоосетинские солдаты. Две машины подбивают, третья вместе с грузинской пехотой отходит».

14.28. Мэр Тбилиси объявил о захвате 70 % Цхинвала и объявлении на три часа моратория на ведение огня. Интересно, но за полчаса размер контролируемой грузинами территории Цхинвала как бы сократился на треть.

В городе шли ожесточенные бои. Участник обороны Цхинвала Роберт Бетеев прорвался с группой пехотинцев в район телевышки: «Танки прорвались со стороны 12-й школы и двинулись по улице Героев к центру города. А рядом со школой в убежище прятались женщины и дети, в том числе и моя жена на седьмом месяце беременности. Я собрал своих ребят, и мы двинулись навстречу грузинской колонне. По дороге к нам присоединялись другие ополченцы. Добежали до телевидения. Здесь огнем из автомата грузин сдерживал мужик по имени Георгий, работающий водителем на ТВ, а молоденький парень снимал бой на камеру, проявляя при этом чудеса храбрости. Мы бросились вперед и через маленький «Шанхай» (квартал Цхинвала) прорвались на территорию завода «Эмальпровод». Дома были объяты пламенем. Убедившись, что с людьми все нормально, мы снова вышли на улицу Героев и продолжили бой с противником. Один танк уже горел, но по нас стреляли еще два танка, которые сосредоточились около 12-й школы».

15.05. Российские военные самолеты проникли в воздушное пространство Грузии со стороны Тедзами к югу от Гори и сбросили две бомбы на военный аэропорт Вазиани.

Российские миротворцы тем временем продолжали отбивать грузинские атаки. Журналистов, прибежавших из соседних домов осетинских женщин и часть солдат командование отправило в овощехранилище, где под прикрытием легких бетонных перекрытий и небольшого слоя грунта можно было избежать осколочных ранений. В разгар дня одна журналистка неосмотрительно решила связаться с редакцией по мобильному телефону, и хранилище было накрыто артударом. По счастливой случайности прямых попаданий не случилось и оно не было разрушено.

Находившаяся в соседнем здании санинструктор младший сержант Зухра Трамова вспоминала: «Было принято решение перебираться в помещение бани. Под прикрытием дымовых шашек мы двумя партиями перебрались туда. Я перебегала во второй группе. Уже на месте оказала помощь раненному в ходе передислокации комбату: перевязала ему ногу. Вслед за этим последовало несколько прямых попаданий в баню, так как грузины поняли, что мы перебрались именно туда. Рухнул потолок, нас завалило… Откопавшись, мы перебрались в находящуюся напротив котельную. Туда же перетащили раненых и убитых. В ней же стали оказывать медицинскую помощь продолжавшим поступать раненым. Их было очень много с самых первых часов боя, так как грузины накрыли нас таким шквальным огнем, что все происходящее кругом казалось адом. Котельная нас немного прикрыла… Оттуда я видела, как от прямого попадания загорелась медицинская машина, в которой остался убитый наблюдатель с НП на крыше казармы… Он сгорел вместе с машиной».

С 14.00 по позициям грузин начали активно работать вышедшие к Цхинвалу российская артиллерия и авиация, а к 15.00 передовые танковые подразделения 58-й армии, сбив оборону грузин, блокировали район Тамарашени с севера и востока и начали обстрел позиции грузинской армии. Грузины предприняли попытку перерезать заурскую дорогу, направив туда усиленный танками пехотный батальон.

Между тем в Цхинвале осетинские войска и добровольцы успешно уничтожали грузинскую бронетехнику. Первый танк был уничтожен майором спецразведки Амираном Багаевым и его подчиненным, капитаном Азаматом Джиоевым. Оба они погибли в том первом столкновении с грузинскими танками.

Командир 6-го батальона югоосетинской армии Таймураз Цховребов, лично знакомый автору, рассказывал журналистам: «Если бы без «Града», проблем бы не было. Но мы все равно преодолели «градовый» шок. Мой батальон стоял на севере города, а самые тяжелые бои с танками шли на юге. Я отправил своих ребят с гранатометами на помощь. Смотрю, через час они возвращаются. «Почему?» – спрашиваю. «Да там так много ребят… Они спорят друг с другом, чья очередь подбивать танк». Представьте: стоят человек двести и ждут, когда подойдет следующий танк. Все умоляли командиров: «Пусти меня сейчас!» Некоторые бойцы иногда заходили домой – проведать родных, покушать. Смотрят, а дома уже нет. Где старики – не знают. Это всех очень злило. Ребята были готовы на все. Очень скоро появились добровольцы: «Дайте оружие!» У меня его не было. «Дайте хотя бы гранату! Мы пойдем на танк». Ребят не надо было воодушевлять – их приходилось сдерживать».

15.30. Грузинские СМИ с грустью сообщили, что «осетинские сепаратисты уничтожили три грузинских танка на Знаурской обходной дороге». На самом деле было потеряно 4 танка – еще один осетины просто захватили. Позднее осетинские добровольцы рассказывали автору, что захваченная грузинская техника, модернизированная в Израиле и странах НАТО, оказалась их военным специалистам просто незнакома. Осетинам не удавалось даже завести модернизированные Т-72, поэтому они очень образовались, когда взяли в плен грузинский экипаж. Экипаж был немедленно возвращен в танк и под дулами автоматов послушно повел огонь по своим, добившись нескольких удачных попаданий.

Об этом случае в красках рассказал 22-летний студент Алан Кочиев, приехавший в родной город из России, чтобы защитить собственную землю: «Пленный грузин сказал, что вчера из 500 танкистов выжило только 100. Он сам механик на танке. Их танк ребята отняли, его посадили за штурвал и поехали стрелять в грузин. Пленный сражался изо всех сил».

С менее покладистыми пленными натерпевшиеся за долгие годы неприятностей осетины не церемонились. Вечером российский корреспондент пришлет в редакцию путевые заметки из соседнего Хитагурова: «Оператор Тимур выходит из машины и в свете фар снимает танк, грузовик и прочий металлолом… В натовском грузовике лежит грузинский офицер с перерезанным горлом. Знал бы я, что через несколько дней только на этом участке соберут 22 грузинских тела…»

К 16.00 около 40 офицеров грузинской военной полиции и резервистов попали в окружение в здании Знаурской школы. Им пришлось отстреливаться весь день.

15.30. Командующий миротворцами Марат Кулахметов заявил, что Цхинвал практически уничтожен, а секретарь Совбеза Южной Осетии Александр Баранкевич подтвердил информацию о выходе грузинских войск из города и вступлении в него российской бронетехники.

Тем временем группа Роберта Бетеева отбила грузинские атаки и вынудила противника отойти на юг: «Мы били по танкам из гранатометов, выстрелы подносил Арсен из Владикавказа. Приехав на помощь к своим южным братьям, он не смог получить оружие, но бросался в самое пекло. По рации нам передали, что на помощь уже идут русские танки. Сразу стало легче. Но до их прихода погибли три человека из наших, пятерых раненых мы смогли вынести из-под обстрела. Тем временем к грузинам пришло подкрепление, и по нас уже стреляли пять танков. Но наступление наших заставило противника отступить. Убедившись, что противник отброшен до Никози, я еще раз проверил женщин и детей в убежище, после чего пошел в сторону вокзала по улице Героев. Всюду лежали трупы грузинских солдат, дома вокруг были разрушены, но я чувствовал себя победителем. Я был горд и восхищен отвагой наших ребят».

Севернее три батальонные тактические группы 19-й мотострелковой дивизии развернулись в боевые порядки в районах Джавы, Гуфты. К исходу дня им предстоит очистить объездную дорогу и высоты в районе Квернети, Тбети, Дзари, выйти к западной окраине Цхинвала.

16.30. Российская авиация производит бомбардировку военно-воздушных баз в Марнеули и в Болниси, расположенных в 20 и 35 километрах к югу от Тбилиси соответственно. Было уничтожено два военных самолета, находившихся на базах. В течение последующего часа Марнеули подверглась еще двум авианалетам. В результате бомбардировки погиб один человек и четверо получили ранения, также были уничтожены стоявшие на базе три самолета АН-2 и там же припаркованные военные машины.

16.19. Минобороны Грузии сообщило, что ВВС РФ нанесли бомбовые удары по военно-воздушной базе Грузии в Вазиани. Правда, там не было ни одного грузинского самолета, зато были расквартированы американские военные консультанты и специалисты.

16.30. Командир осетинского батальона миротворцев Казбек Фриев заявил о прекращении обстрела Цхинвала.

16.41. Грузия сообщила о двух сбитых самолетах ВВС РФ.

К 17.00 в югоосетинской столице оставались отдельные очаги сопротивления грузин, в основном это были потерявшиеся бойцы и отколовшиеся мелкие группы, которых периодически поддерживала грузинская артиллерия. Количество подбитых только осетинами грузинских танков возросло до шести, еще не менее двух машин было оставлено экипажами и досталось осетинам в качестве трофеев.