Разлом: Хаос и Порядок
Шрифт:
— Здравствуйте Ласка, Тим.
Я сразу узнал этого голос.
— Вельсиор? — переспросил я.
Внезапно за спиной ярко вспыхнуло, я оглянулся струя огня прошлась рядом со мной спалив орков что пытались меня схватить.
Мой взгляд поднялся на небе. На нем виднеются десятки драконов, что пикируя обрушивают струи пламени то в одном квартале, то в другом. Затем я глянул на короля демонов взгляд которого источает и страх и ненависть.
— Я как новый правитель королевства драконов решил сам повести их в бой, а заодно дать ответ людям. После долгого раздумья и дебатов, драконы приняли решение вступить в войну против хаоса на стороне сил порядка. Да поможет нам всем Сол!
Глава 29
Начало хаотической войны.
За 15 минут до прибытия драконов
Чума в мгновение ока переместилась к Трюку. Меч обрушился сверху, парень вскинул щит. Раздался тяжелый звон. Ноги Трюка подогнулись, он упал на одно колено, меч же частично прорезал щит. Девушка направила руку на парня. Шестерня налетел на нее слева, используя ускорение встроенное в перчатки он нанес стремительный удар. Чума поморщилась и исчезла. Молот лишь с воем пронесся сквозь пустоту.
Позади вскрикнула Вишня, раздался звон. У Шестерни сердце ухнуло где-то в район пяток. Он резко обернулся ожидая худшего и с облегчением увидел что Вишня ранена, но жива, а вот Чума в удивлении застыла в воздухе окруженная сферой абсолютного отрицания.
— Я смогу продержать ее секунд сорок. — прошептала Вишня.
«На самом деле не больше двадцати секунд, она невероятно сильна, как физически так и магически, как вообще такое возможно». — появилось сообщение от нее в чате группы.
«Тим рассказывал, как однажды в него вселилась душа одного из воинов порядка прошлого и на некоторое время его характеристики сильно увеличились, видимо за счет каких-то качеств этой души. Наверное сильные при жизни души способны наделить полной или частичной силой носителя. Будучи некромантом Чума смогла собрать души убитых ею в специальное хранилище, а сейчас использовать впитав в себя. Вопрос только в том, какое ограничение у этого заклинания».
«Десять секунд».
Чума зло смотрит то на меня, то на Ласку, кажется она будто потеряла человечность или личность, что не исключено учитывая сколько душ в себя впитала. Сколько их было? Десять, двадцать? При этом она не только получила физическую силу и возможность быстро передвигаться, но и научилась применять боевую магию. Возможно так как она некромант, то она может на продвинутом уровне использовать души. Тим только получил усиление статов, Чума же видимо получила еще и возможность использовать боевые навыки и магию тех душ которые впитала.
Чума тем временем ткнула мечом в стенку заклинания. Оружие оттолкнуло. Она поморщилась и вновь с гневом стала смотреть на них.
«Пять секунд»
— Ну ладно осталось двадцать четыре секунды. Двадцать три, двадцать две, — стал нарочито громко отсчитывать Шестерня и размахнулся кувалдой.
Лицо Вишни покрылось басенками пота, она закусили нижнюю губу.
Чума прекрасно поняла о чем мы говорили и тоже замерла в ожидании когда барьер пропадет, только она даже не догадывается, что это случится раньше чем думает.
— Двадцать один, двадцать!
И когда он только произносил двадцать, резко ударил молотом. В тот же самый миг сфера пропала и молот не встретив препятствия ударил прямо в Чуму. Мощный удар отправил колдунью в полет. Шестерня даже почувствовал себя бэттером сделавшим хоум-ран. Чума пролетела несколько метров кувыркаясь в воздухе, затем вокруг нее поднялся ветер и она остановилась. Внезапно из нее тело выскользнуло несколько душ.
— Стойте, куда! — прокричала она, хотела ухватить их, но души разлетелись.
Чума плавно приземлилась.
— Ты поплатишься за это. — прохрипела она.
«Похоже ей тяжело было контролировать столько душ и из-за твоего удара, она на миг потеряла концентрацию и часть душ покинули тело».
«Надеюсь теперь она будет не столь могущественной как раньше».
Чума выбросила руку вперед, с нее сорвалась молния. Шестерня отпрыгну в сторону, он заклинание извернулось, ударило в него. Тело на миг окаменело. Боль кажется проникла в каждую клеточку организма. Но внезапно парень почувствовал легкое тепло что обволокло его и ослабило боль. Потерянные очки жизней стали восстанавливаться.
Тем временем за спиной Чумы появился трюк, его меч ударил быстро и точно, но девушка пусть и не такой феноменальной как раньше скоростью, но достаточно быстро отпрыгнула, развернулась и нанесла резкий и сильный удар. В очередной раз раздался звон щит еще больше раскурочило. Шестерня рванул во весь опор, взмахнул кувалдой.
Чума почувствовала опасность, отпрыгнула в сторону и оружие опять прошлось лишь по пустоте.
Трюк вскочил и атаковал, но тут в него прилетел огненный шар.
Битва разгорелась в полную силу. Шестерня и Трюк атаковали Чуму, но та ловко уклонялась, и периодически то била мечом, то использовала заклинания. Трюк атакует рискованно, бьет с ожесточением и злобой. Его мертвый брат, а точнее тело его аватара исчезло. Видимо из-за смерти, произошел автоматический выход из «виртуала». Но даже не видя мертвого тела брата, он испытывает невероятную ярость, возможно образ бездыханного тела самого близкого к нему человека, до сих пор стоит перед его глазами.
Да Чума стала явно слабее, уже не может использовать даже те ассасинские навыки, позволявшие ей стремительно перемещаться, но вот магией боевой она все еще владеет, да и удары мечом не то чтобы сильно слабее стали. А потому то заклинаниями, то ударами ей удается ранить то Шестерню, то Трюка. Вишня лечит их, но противница слишком быстро и часто наносит урон, так что очки жизни обоих парней все снижаются и снижаются. В какой-то момент они упали меньше половины, а полоска из зеленой стала желтой. И ведь когда Вишне удалось поймать Чуму, они приняли зелья лечения.
Бой все еще продолжается на стенах, помощи ждать не откуда, силы и очки жизни постепенно тают.
«Что же делать?» — спросил сам себя Шестерня лихорадочно пытаясь придумать выход.
' Держитесь, я не могу поспеть за тем уроном что вы получаете'. — написала в отчаянье Вишня.
На миг, когда удалось выбить из Чумы несколько душ и она перестала быть такой быстрой, у Шестерни затеплилась надежда, что можно будет победить ее, но сражение быстро вернуло его к реальности.