Чтение онлайн

Через какое-то время он нашел в интернете человека, осуществляющего за деньги нелегальные перевозки, которыми обычно пользуются беженцы, преступники и контрабандисты. Связавшись с ним по телефону, Давид поспешно объяснял, что его ищут, и уехать нужно очень быстро, на что собеседник закрыл ему рот и назвал необходимую сумму и время отъезда. Давид согласился. До поездки оставалось около недели, а деньги еще нужно было найти. Давид решил продать что-то из отцовской оружейной коллекции. Он осматривал оружие и доспехи, пытаясь выбрать наиболее дорогие. Наилучшим вариантом ему показался английский меч, но он решил посмотреть еще.

– Может, восточный кинжал? – Давид подошел к витрине и взял клинок в руки. – Оружие из такого металла явно недешево, да и выглядит весьма раритетно.

Он с интересом осматривал кинжал, но в процессе внезапно впал в ступор. Что-то заставило его потерять дыхание. Сжав клинок покрепче, Давид побежал наверх. Поднявшись в гостиную, он взял в руки блокнот с зарисовкой знаков из книги и начал сравнивать их с выгравированными на кинжале иероглифами. Давид понял, почему он не мог их вспомнить, когда впервые увидел в книге: он перерисовал их вверх ногами. Все это время он рассматривал знаки в перевернутом виде. Повернув их, как нужно, он обнаружил, что это были те самые иероглифы, что и на кинжале. Немного исковерканные, где-то чуть-чуть искаженные и кривоватые, но, в сущности, те же самые.

***

«Стоило отвлечься от проблемы, как ответ сам пришел ко мне в руки», – думал Давид, радуясь небольшому успеху. Той ночью он долго сидел в интернете и выяснил происхождение кинжала. Оказалось, он был создан под конец средних веков легендарным восточным кузнецом, который ковал оружие для императорской армии. Этот кинжал он создал для неизвестного заказчика, чье имя выяснить не удалось, но с тех пор клинок передавался из рук в руки, из музеев в музеи, сотни лет, пока отец Давида не выкупил его в свою частную коллекцию. Предыдущим владельцем кинжала был некий предприниматель с трудно выговариваемым именем (Давид решил записать его, поленившись запомнить), продавший его отцу за баснословные деньги. Знаки, отразившиеся на берегу озера в книге и выгравированные на основании кинжала, означали его имя, переводимое как «Пожирающий души». Давид не знал, куда дальше могут привести его поиски, но одно он для себя уяснил: следующая его цель – поездка на восток.

Он сидел в машине напротив здания библиотеки. За английский меч в ломбарде дали вдвое больше, чем было нужно. Теперь необходимо было где-то переждать неделю. Домой возвращаться слишком опасно, полиция может объявиться в любой момент, а людей, которым он мог бы довериться, не существовало. Снять номер в отеле показалось ему слишком опасным: на регистрации спросят документы. Давид решил связаться с Ариадной. Он понимал навязчивость этой затеи и надеялся, что она не пошлет его ко всем чертям. Давид ждал в машине до самого закрытия библиотеки, пока не увидел выходящую оттуда Ариадну.

– Подвезти?

Он открыл окно, чтобы она его услышала. Она с недоумением взглянула на него.

– Что вы тут делаете?

– Проезжал мимо, увидел, что вы выходите, и решил подбросить вас до дома.

– Ну… ладно, поехали. – Она глядела на него, подозревая неладное, но все же села в машину. – Прямо так случайно меня увидели?

Машина тронулась.

– Если честно, не совсем так. Мне кое-что от вас нужно.

– Вот как? – Ариадна не скрывала удивления. – И что же?

– Я хотел попросить вас, чтобы вы приютили меня на недельку. Понимаю, как это звучит, но дослушайте. – Он ожидал, что она его перебьет. – По некоторым причинам, сказать которые я вам не могу, я вынужден уехать из дома. А помощи просить здесь больше не у кого, поэтому я решил обратиться к вам. Я могу поклясться вам, что я не сумасшедший, не подшучиваю над вами и не пытаюсь вас обмануть. Мне действительно нужна помощь, а вы действительно единственный человек, у кого я могу ее попросить.

Какое-то время Ариадна молчала, явно обдумывая услышанное.

– Мы виделись с вами единожды, и вы уже проситесь ко мне домой?

– Именно так. Я могу заплатить за аренду спального места и обещаю вам не мешать.

Давид старался ехать медленнее, чтобы она успела все обдумать и принять нужное ему решение.

– Да не в этом дело, просто… Вам не кажется, что это слишком нагло? – Ариадна не спускала с него глаз.

– Кажется. Но других вариантов у меня нет.

Она вновь на время замолчала.

– Хорошо, давайте еще раз все взвесим: вы, человек мне абсолютно не знакомый, просите меня приютить вас у себя дома и запрещаете спрашивать, по какой причине вы соизволили просить у меня об этом. Все верно?

– Не совсем. Я не запрещаю вам спрашивать, спрашивайте сколько душе угодно, просто отвечать я вам не буду.

– Ну отлично! – Открытое возмущение не мешало ей смеяться.

– Послушайте же. Это действительно очень важно. Я бы ни за что не опустился до таких просьб, если имел бы иной выбор. Если вы согласитесь, то окажете мне непомерно великую помощь. Клянусь, я не останусь перед вами в долгу.

Ариадна вздохнула и отвела от него взгляд.

– Не знаю, зачем я это делаю, но хорошо. Но только на неделю, не больше.

– Больше и не нужно. Спасибо вам. – Давид выдавливал из себя слова благодарности. – Когда приедем, я сразу же с вами рассчитаюсь.

– Да этого не нужно. – Ее опущенное вниз лицо спряталось под волосами. – Лучше пообещайте, что с вами не будет проблем.

– Я вам обещаю. Со мной не будет проблем.

Давид, гордясь своим даром убеждения, еще раз поблагодарил ее.

Темный подъезд был бы идеальным местом для убийства. Вытерпев тяжелые повороты ключа, дверь в квартиру распахнулась, осветив мрак серых стен. Не сказать, что Ариадна жила бедно, скорее экономно и скромно. Маленькая двухкомнатная квартира была аккуратно прибрана и буквально дремала: она была царством тьмы и тишины. Небольшая гостиная выглядела так, будто в нее не заходили несколько лет. Давид положил рюкзак с вещами у стены.

– Можете разложить диван, попозже принесу вам спальное белье, – в ее голосе слышалось то ли сожаление, то ли усталость.

Ариадна ушла в свою спальню и закрыла за собой дверь, а Давид пытался понять, как раскладывается диван. Вскоре она вернулась с простыней и пригласила его ужинать. На маленькой кухоньке между гарнитуром, холодильником и стеной еле уместился миниатюрный квадратный столик с двумя табуретами. Комната освещалась тусклой лампой, которая светила из последних сил, а запах свежеприготовленной пасты окутывал все вокруг.

– Почему вы не могли попросить о помощи коллег?

Ариадна была в коротких шортах и длинной рубашке. Ее темные волосы взлохматились, а усталые глаза просили сна.

– Среди них нет моих близких людей.

Давид опустил взгляд в тарелку и старался не поднимать его.

– Профессиональное сообщество психиатров неспособно к коммуникациям?

– Психиатров? – На секунду он забыл о своей легенде. – А, ну да. Типа того. Честно говоря, не знаю, я не особенно вовлечен в дела сообщества.

Ариадна улыбнулась.

– А как же ваша семья? Неужели никто из родственников не может вас приютить?

– У меня нет семьи.

– Да ну? – Давид кивнул. – А друзья?