Чтение онлайн

– Прошу, господин, не делайте этого! Как можно? На вас возлагает надежды все царство Демонов! Если вас что-то тревожит, ничтожный слуга с этим разберется! Вам нельзя умирать!

– Отпусти! Отвяжись! – Орхидея брыкнула, отталкивая ногой Скорохода. – Не собираюсь я умирать. Мне просто нужно увидеть Владыку Загробного мира.

Хозяйка говорила, что печать Трех Царств поддерживает мироустройство, перекрывая проход между Небом и Землей. Чтобы попасть в Загробный мир, смертный должен умереть, а бессмертный – лишиться телесной оболочки. Есть только один способ войти в Загробный мир в теле Повелителя демонов: разрушить печать Трех Царств. Возможно ли это?

«Жалкая Небесная башня меня не удержит. С этим массивом я могу сломать даже печать Трех Царств», – внезапно всплыла в памяти Ланьхуа безумная фраза. Верно! Ее произнес Дунфан Цинцан, пытаясь разрушить Небесную башню. Ланьхуа закатила глаза, стараясь припомнить, как Повелитель демонов создавал магический массив.

У нее всегда была отличная память. Прежде чем покинуть цветочный горшок, Орхидея часто наблюдала за тем, как хозяйка составляет натальные карты. Порой запись оказывалась такой длинной, что Сы Мин забывала начало. И тогда Орхидея, довольная собой, пересказывала написанное, а потом горделиво потряхивала листьями в ожидании похвалы.

В сознании Ланьхуа один за другим вспыхнули нужные символы, и она взволнованно схватила Скорохода за руку.

– Знаешь, где находится Ечэн? [12] Отведи меня туда!

Город Ечэн в царстве Людей ближе всех находился к Загробному миру и являлся средоточием энергии инь. Сломать печать Трех Царств проще всего будет там.

Пока Ланьхуа держала старика за руку, тот дрожал не переставая.

– Т-т-там! Вон там! Ничтожный слуга вас отведет! Отведет!

Они летели очень быстро и спустя половину стражи достигли цели. Уже наступил полдень, и по улицам сновали толпы людей. Чуткий нос Орхидеи уловил необычный аромат. Это был запах энергии инь. Она наводняла городские улицы даже в полдень, доказывая, что это и впрямь самое близкое к Загробному миру место.

После долгих поисков Ланьхуа обнаружила полуразрушенную усадьбу, двор которой был переполнен энергией Загробного мира. Здесь проходила граница трех царств. В темных трещинах стен скопились все нечистоты царства Людей: ненависть, гнев и пороки. Они обратились в уродливых тварей, пресмыкавшихся по углам, ожидая, что мимо пройдет человек, которого можно схватить, утащить и обглодать до костей.

Скороход спрятался за спину Повелителя демонов и потянул его за рукав.

– Господин, пусть мои слова прозвучат неуважительно, но давайте не будем приближаться к этому месту. По слухам, это самое нечистое место в городе призраков.

«Неужели среди демонов водятся трусы?»

Ланьхуа покосилась на старика, повернула голову и увидела, как из-за ветхой створки ворот выползают клубы серого тумана причудливой формы. Скороход, похоже, ничего не заметил, хотя настороженно озирался по сторонам, съежившись за спиной Орхидеи. Вероятно, подобное зрелище было доступно лишь взору Повелителя демонов. Он один мог разглядеть все уродство и зло этого мира.

Ланьхуа сглотнула и пробормотала про себя, что, если бы могла, ни за что бы не сунулась внутрь. Однако она не обладает силой легендарного Дунфан Цинцана, который, наверное, шутя мог сломать печать Трех Царств откуда угодно. Поэтому ей придется войти и построить массив заклинаний именно здесь.

Орхидея перешагнула порог, сжимая в объятиях свое бездыханное тело.

Пустая телесная оболочка притягивала нечисть, поэтому, когда Ланьхуа вошла во двор усадьбы, темная ци заколыхалась, а злые духи, затаившиеся в углах, с визгом и воплями кинулись к жертве. Их истошные крики резали слух, словно острые лезвия, почти разрывая барабанные перепонки. Нечисть жаждала завладеть мертвым телом.

Ланьхуа трепетала от ужаса, но ни хозяйки, ни Дунфан Цинцана рядом не было. Белобородый старик – еще более никчемный, чем она сама, – ждал за воротами. Орхидея могла полагаться только на себя.

Ланьхуа попыталась успокоиться и в сотый раз мысленно произнесла: «Я – Дунфан Цинцан». Она на мгновение прикрыла глаза, и в ее кроваво-красных очах вспыхнул свет. Орхидея вперила взгляд в черный туман, который несся навстречу. Пронзительный крик внезапно рассеял кромешную мглу. Ланьхуа твердо смотрела перед собой и решительно шагала по двору. Ее тело наполнилось силой, а сердце – отвагой. Больше всего на свете бедняжка боялась смерти и поэтому намеревалась сделать все, чтобы выжить.

Ланьхуа нарисовала массив заклинаний кровью Повелителя демонов и, прежде чем успела разбить о стену кирпич, почувствовала, как содрогнулась земля и пошатнулось небо. Кровь Повелителя демонов обладала невероятными свойствами!

Нечисть, наводнявшая двор, с визгом разлетелась, а Скороход за воротами пал ниц и горестно вскричал:

– Неужели господин решится оставить царство Демонов ради небожительницы? Ваш народ ожидал своего Повелителя десятки тысяч лет! Десятки тысяч лет!

Орхидея уже ступила одной ногой в созданный ею портал, ведущий в Загробный мир. Услышав вопли демона, она обернулась:

– Да, ради нее я сделаю все что угодно. Я думаю только о себе, а судьба обитателей царства Демонов меня не заботит. Поэтому нечего на меня надеяться. Смиритесь и прозябайте дальше в мире Девяти Глубин!

При этих словах белобородый старик разрыдался, а Ланьхуа со спокойной душой шагнула в Загробный мир, сжимая в объятиях свое тело.

Вдоль дороги, ведущей к Желтым истокам [13] , цвели красные паучьи лилии [14] . Вокруг было так тихо, что можно было услышать, как шумит вдалеке река Забвения [15] .

Молва утверждала, что Сань Шэн, жена нынешнего бога войны, в прежней жизни была камнем Трех Жизней [16] . Орхидея присмотрелась и разглядела перед мостом Найхэ [17] тот самый камень. Теперь его причислили к памятникам культуры, огородили веревкой и запретили душам оставлять на нем свои каракули.

Рядом с камнем перед мостом Найхэ скопилась тьма-тьмущая душ. Ланьхуа подошла ближе. Тетушки Мэн [18] нигде не было видно. Никто не раздавал душам отвар забвения, а без отвара они не могли пройти дальше. Само собой, со временем их набралась целая толпа.

Куда, интересно, подевались служители?

Орхидея прошла по дороге с криво установленными указателями ко дворцу Владыки Загробного мира. По пути она тоже никого не встретила, кроме блуждающих душ. Неужели служителям надоело работать и они объявили всеобщую забастовку?

– Здесь что-то не так, – пробормотала Ланьхуа, подходя ко дворцу Владыки Загробного мира.

Двери в главный зал были плотно закрыты, никто их не охранял. Орхидея огляделась по сторонам и осторожно толкнула створку. Та отворилась со скрипом, как будто нехотя. Ланьхуа просунула голову внутрь и остолбенела. Величественный зал был полон павших ниц и дрожащих служителей Загробного мира, а за судебным столом на высоком троне, попирая худосочного Владыку, как и следовало ожидать, восседала душа Дунфан Цинцана.