Разменная монета
Шрифт:
Проснулся Халинков. Он на удивление бодро поднялся на ноги, разгладил волосы и тут же подсел к компьютеру, запустив системник и тупо уставившись в монитор. Сергей мог видеть его нелепо скроенную фигуру через дверной проем кухни.
Самым главным, что не давало покоя Сергею, было то, что он не помнил, как вчера приехал сюда. Это было редкое для него состояние. Управляясь с яблоком, Сергей предполагал, что Наташа уехала в общежитие. Обычно она предупреждала его, а в этот раз явно не поставила в известность, и это означало, что или они расстались навсегда по какой-то пока неведомой ему причине, или то, что Сергей перестал вообще что-либо запоминать под действием кокаина.
С похолодевшим от волнения сердцем он предположил, что она все-таки бросила его. Оставалось только гадать, за что же именно. Скорее всего, он сам вел себя непотребно, вот она и убежала. В его жизни не раз случалось, что он даже бил своих подруг, если находился под кайфом. Либо, и об этом не хотелось даже думать, ее обидел кто-нибудь из присутствующих…
Халинков активизировал какую-то игру, за стеной забубнил осточертевший Сергею рок. Он поднялся со стула, чтобы заорать, перешел в коридор, но заметил бодрствующих на балконе людей и, забыв о Егоре, решил перебраться к ним. Он все еще слегка пошатывался и очень невнятно говорил, будто его разбил паралич.
Сергею хотелось знать что-нибудь конкретное про то, как он расстался с Натали. На балконе он обнаружил мирно беседующих Михея и Шапито.
– Мужики, давайте побазарим? – предложил Сергей и невольно ужаснулся звукам собственного голоса.
– Базарь, – мгновенно переключил на него внимание Шапито.
– Слышь, мужики… Это… А куда подевалась моя Натали?
Шапито удивился его вопросу.
– Какого рожна тебе тут нужно, дружок? – высокомерно спросил он. – Смойся и не рисуйся тут, не мешай людям разговаривать.
– Может, ее надо встретить из института? – словно и не слыша, спросил Сергей.
Его сильно качало из стороны в сторону, и он медленно начал доставать из брюк пачку сигарет.
– Надо, надо. Иди, встречай, – бросил ему спокойно Михей, вонзив в Сергея буравчики глаз.
– Я сейчас пойду к ней, да? – Сергей немного постоял, и мысли его потонули в неконтролируемом бреду. Ему вдруг показалось, что он так и не спросил самого главного, поэтому через полминуты он опять раскрыл рот: – А вообще-то, куда подевалась Натали? А? – тут его осенило самого: – Ну, конечно, – он даже потряс при этом головой, засмеялся и пожал плечами, – она ушла на занятия… Может, ее надо встретить?
Шапито молчал, не зная чего ожидать от этого типа.
– Почему она меня не разбудила и ушла? – спросил Сергей.
Он наконец достал сигарету и прикурил.
– Слушай, Серый, шел бы ты куда подальше, – брезгливо сказал Михей.
– А почему она от меня так ушла? – продолжал гнуть свою линию тот, словно оглох. – Может быть, она ушла от меня навсегда? – начал он философствовать. – Почему она ушла? А?
Не выдержав издевательства над своими нервами, Шапито чуть развернулся и пнул Сергея ногой в бедро.
– Смойся, урод! – жестко произнес он.
– Но ведь я же люблю ее! – заявил Сергей, теряя равновесие и падая обратно в жилую комнату.
– Любитель, – зло бросил ему вслед Шапито.
Сергей рухнул на пол, больно ударившись о паркет спиной, и тут его осенила страшная догадка. А вдруг к его Натали приставали эти подонки, и она убежала от них, чтобы они ее не мучили и не домогались? А вдруг ей наговорили разных глупостей о нем, о Сергее, и она поверила? Она ведь такая доверчивая… Он не знал, что теперь делать, как быть в такой ситуации.
Самым неприятным было то, что он не мог спросить об этом ни у Шапито, ни у кого другого. Ничего не объясняя, он поднялся и начал медленно одеваться. Напялил кожаную жилетку, которая валялась в кресле. Рядом сидел на полу Славик со страдальческим видом. Парень оторвал от стены спину и спросил:
– Ты куда?
Сергей, оглянувшись на Шапито, зло прошептал:
– Хотите иметь проблемы – вы их получите, – и, очевидно, для собственного успокоения добавил: – Я не угрожаю, я просто предупреждаю.
Он долго вставлял замок в молнию на своей куртке, и, когда наконец попал в желобок, снова пригрозил. Впрочем, не злобно, и от того не внушая никому особых опасений. В кармане Сергей обнаружил тускло мерцающую мобилу. В ней почти села батарейка. Он проверил входящие вызовы, но звонков от возлюбленной не обнаружил, что было еще более странным, потому что по утрам обычно она всегда звонила. Взглянув на часы, он немало удивился: дата была совершенно нереальной. Если верить тому, что показывали часы на его мобильнике, Сергей пробыл под кайфом никак не меньше, чем три дня.
Он подошел к телевизору, взял лежавший на нем пульт дистанционного управления, долго тыкал в направлении экрана устройством, но потом включил его вручную. Опасения Сергея полностью подтвердились. Он ошалело пялился на убористые цифры часов, встроенных в меню телевизора, потом гнусаво заорал:
– А что это такое? Я не пойму, – он глупо хлопал глазами. – Блин! Сколько же дней я торчу?
Для гарантии он заглянул еще и в раздел СМС-сообщений на своем сотовом телефоне, но и тут от Натали ничего не было.
– Странно, – сказал он и пошел на балкон в надежде, что Шапито снова даст ему нюхнуть маленькую дозу. Деньги у Сергея были.
Шагая к выходу на балкон, он наступил на наушники и раздавил их. Это обстоятельство расстроило его еще больше, потому что наушники были подарком Натали. Сергей оглянулся на них, подобрал, сложил, как сумел, и сунул в карман, реально понимая, что они уже не работают и надо будет покупать теперь новые, чтобы гонять плеер. И тут его осенило еще раз. А вдруг с Натали что-нибудь случилось? Что-нибудь плохое, непоправимое?
– А где моя Натали? – в очередной раз спросил он, нарисовавшись с перекошенным от злости лицом перед Шапито, который не на шутку начал на него злиться.
– Серый, ты мне надоел, в натуре, – стиснув зубы, прошипел Шапито. – Сгинь, чтобы я тебя не видел, пока не схлопотал по шарам.
– Вот что, мужики, – строго сказал Сергей, хотя ему сейчас очень хотелось, чтобы ему просто предложили кокаина. – Если с ней что-нибудь случилось, то я вас изувечу. Вот.
– Хорошо, – улыбнулся Шапито. – А пока ты этого не выяснил, поспеши, чтобы тебе самому не наваляли. Договорились?