Чтение онлайн

Подскочившая к почти уже пробравшемуся внутрь японцу Доброслава, успевшая принять боевое обличье, взмахом когтистой лапы сломала самураю шею. Однако пусть голова его и свесилась на бок, но это не помешало телу попытаться вонзить свою когтистую ладонь в грудь кащенитки-изгнанницы… И разбить её напрочь о синий металл древнего доспеха. А после наконец-то дорвавшаяся до драки оборотень схватила своего противника за плечо и принялась им как дубиной колошматить следующего японца, который лез в проделанную первопроходцем дыру несмотря на удары сабель, обрушиваемые на него жандармами. Клинки тупо вязли в плоти, словно в литой резине. А все же нанесенные ими раны норовили сомкнуться, сшиваемые изнутри черными нитями. Росшие за окном ресторана терновые кусты давно уже оказались разорваны на клочки, а всякая другая растительность, создаваемая Долгоруким, не успевала даже как следует вырасти, прежде чем её вырывали с корнем. Запущенный с улицы веер огненных стрел накрыл двух посетителей и официанта, а заодно поджег барную стойку и Олег был вынужден отвлечься на то, чтобы потушить и бегающие туда-сюда кричащие факелы, и начинающийся пожар. Повинуясь воле волшебника, пламя быстро угасло, а отправленные его жертвам чары анестезии вернули их в условно боеспособное состояние. Нормально вылечить людей в данной ситуации он к сожалению не мог, поскольку был слишком велик риск самому оказаться без головы, если отвлечься от ведения боевых действий.

Бьющий из рук Святослава непрерывный поток электрических разрядов, к которым пиромант жандармов присовокупил струйку жидкого и цепкого пламени, наконец-то свалили одного из нападавших, маячивших у давно лишившегося стекла оконного проема. Вот только для этого двум далеко не самым слабым магам потребовалось превратить врага даже не в уголь, а практически в пепел. Чем бы ни были их сегодняшние противники, но стихийное волшебство или, по крайней мере, уже использованные его разделы действовали на них из рук вон плохо. Внезапно от стоящего перед окном самурая отделились две его призрачные копии, и прошли прямо сквозь решетку, занося для удара полупрозрачные копии явно трофейного стрелецкого бердыша. Вот только раны это оружие оставило вполне себе настоящие, в чем убедился один из жандармов, которого благодаря эффекту внезапности почти разрубили наискосок, оставив рану от правого плеча до левой подмышки. К счастью, иных жертв этой атаки не было: один фантом рассеялся после попадания ему в голову запущенной кем-то из клиентов ресторана табуретки, второго выстрелом зачарованной пули уложил другой страж порядка.

— До чего же они упорные, — выругался Олег, накрывая создателя боевых проекций волной пламени, раскалившей решетку в окне чуть ли не до каления. Вот только тот сгорать просто отказывался, чародей чувствовал, что большая часть его атакующей магии просто соскальзывает с плоти врага, как капли воды с владельца плаща-дождевика. А та часть разрушительных энергий, которая все же не проходила мимо, причиняла самураю слишком мало урона, чтобы тот умер мгновенно. Или по крайней мере быстро. Боевой маг даже задумался о том, чтобы пустить в дело свои козыри в виде вшитых в теле артефактов, но потом отбросил эту идею. Для атак ближнего боя и конуса холода серьезной помехой стала бы преграда между ним и целью, а копье света относится примерно к той же части спектра энергетических атак, что и огонь и молния. Вероятнее всего оно тоже окажется малоэффективным. — Доброслава, доставай сюрпризы!

Из малозаметных щелей между плотно прилегающими друг к другу досками пола взвилась пыль, когда из воздуха на них обрушилось массивное корабельное орудие вместе с лафетом. Шлепнувшийся рядом ящик с гранатами тоже произвел немало шума и был весьма впечатляющ и смертоносен, однако по сравнению с уже заряженной пушкой совсем не так впечатлял. Ну а сорокалитровый бочонок качественного алхимического напалма так и вовсе смотрелся на их фоне не более чем деталью интерьера, хотя являлся ничуть не менее смертоносным. После возвращения на корабль Олег готовился к тому, что его могут попробовать на прочность, вернее даже ожидал этого. И принял меры, нагрузив свою любовницу таким количеством оружия, которое она могла таскать в волшебном кольце довольно долго и, при необходимости, быстро передать самому чародею. На лице самурая, который сейчас лез в дыру, появилось очень обиженное выражение, ибо такой подлянки, как уставившееся прямо на него жерло, он точно не ожидал. Но возмущался несправедливостью мира он недолго, грохот выстрела в замкнутом пространстве очень неприятно ударил по ушам, а метко запущенное с расстояния буквально пары ядро метров разорвало на части сразу троих нападающих, которые очень удачно стояли друг за другом.

— Ну ни черта себе! Откуда у тебя игрушка со свернутым пространством?! — Поразился Евгений, водя руками над грудой из пяти сваленных вместе обеденных столов, что оперативно покрывались свежей листвой и превращались не то в деревянного быка, не то в древесно-стружечную черепаху. — Такой даже у меня нет, а ведь мой отец — далеко не последний человек в нашем роду, да и вообще в столице!

— Трофей, — пожал плечами чародей, пока Доброслава наводила орудие на второе окно… Которое моментально оказалось очищено от целей. Японцы очень желали уничтожить своих врагов, однако есть разница между лобовой атакой и самобуийством в виде топтания на месте перед орудийным жерлом. — С учетом того, насколько сейчас распространенны дуэли, иметь подобный козырь в рукаве просто необходимо… А у тебя разве нет ничего такого? Семян каких-нибудь там главой вашего рода зачарованных или пыльцы…

— Вообще-то есть, но не с собой. В участке остались, в сейфе лежат, — тяжело вздохнул Долгорукий, шлепая закончившую свое формирование длинноногую деревянную рогатую черепаху по тыльной части панциря. — Мы же должны были устроить соревнование «кто кого перепьет», а за утерю или нецелевое использование мне бы такое устроили…

— Харе болтать! — Заорал кто-то из официантов, наблюдая за тем, как отхлынувшие было японцы после небольшой паузы вновь пошли на приступ. Только теперь они почему-то действовали более организованно, обрушив целый шквал магических атак на одни и те же участки решеток. И перемены были разительными, словно кто-то вдруг взял под контроль толпу этих существ, лишь совсем недавно бывших людьми и до сих пор сохраняющих свой человеческий облик. А еще их стало явно больше, видимо часть убежавшей куда-то по своим делам толпы решила вернуться. — Ну, то есть извините господа маги, но какого черта вы пушку не перезаряжаете?!

— Так нечем, — развела руками кащенитка-изгнанница, прекращая попытки запугать врагов дымящимся орудием. — Я только один снаряд с собой взяла, который уже был заряжен. Мы же это орудие брали из опасения, что на дуэльной арене драться придется. Кто бы нам его там перезарядить позволил?!

— Вот порох, засыпайте, все равно пули этих косоглазых почти не берут! — был буквально под нос сунут ей стандартный армейский бочонок, извлеченный откуда-то из-под барной стойки. — А вместо картечи мелочь используем, у меня как раз копеек лежит почти полон литровая кружка!

— Серебряные рубли сыпь! — Посоветовал ему один из клиентов. — Выручку то мы тебе если выживем и новую создадим, а нет против нечисти средства вернее!

Скоординированные магические удары доломали обе решетки, и нападающие ломанулись внутрь. В одном месте их порыв остановила денежная картечь, боевая магия и залпы ружей, второе окно загородил собою деревянный конструкт. Теперь, когда люди знали, куда им нужно бить, дело уничтожения врагов стало несколько легче… Но все равно у Олега складывалось ощущение, будто они дерутся не с людьми, которые лишь недавно мутировали, а с, как минимум, матерыми вампирами, которые сотни лет накапливали мощь в своих мертвых телах. В живот то японцам попасть было легко, а вот конкретно в мутировавший до полной неузнаваемости желудок — сложно. Кажется, занявшие его место демоны могли в некоторой мере перемещать место своего обитания при помощи своих вросших в плоть лап, а потому у одних самураев уязвимое место опускалось куда-то в тазовую область, а у других чуть ли не к горлу подкатывало. А на раны всех прочих частей тела чихать они хотели: ни сломанные кости ни порванные мышцы не могли доставить им более чем легкие неудобства. Приступ стоил нападающим по меньшей мере полутора десятка бойцов, но и число защитников изрядно сократилось. Сразу двоих посетителей пивного ресторана скосило каким-то энергетическим клинком, тесную группку официантов посекло осколками непонятно откуда взявшейся у врага гранаты, пиромант жандармов ослеп из-за резанувшей его по глазам водяной бритвы, а рычащая Доброслава словила пулю прямо в широко распахнутую пасть и теперь отплевывала кровь вперемешку с обломками клыков.

— Дык, я их ща! Придавлю! — Святослав прекратил метать во врагов шаровые молнии, которые на тех все равно особо не действовали, а после прислонился лбом к своему посоху и словно глубоко о чем-то задумался. А на улице тем временем взвыл ураганный ветер, силы которого было достаточно, чтобы сбить человека с ног. И то, во что превратились японцы, может и было очень-очень живучим и страшным, однако дополнительной массы эти существа нарастить на себе пока не успели, и потому покатились кубарем по камням брусчатки. В самые большие кучи Долгорукий любовно отлеветировал гранаты из предоставленного Доброславой ящика с боеприпасами. Но ударная волна и осколки не сумели уничтожить больше пары-тройки врагов, неудачно поймавших кусочки металла прямо в желудок, а остальным десяток-другой лишних дырок в теле, как показывала практика, доставлял лишь незначительные неудобства. — Но это таво… Не надолго! Надолго меня, дык, не хватит.

— Значит, отступаем к заднему выходу и пытаемся прорваться! — Решил Олег, который в самом худшем случае мог просто взять на руки Доброславу и улететь от японцев, которые вроде бы перемещаться по воздуху не умели. Во всяком случае, массово. А уж Святослав и сам удерет прекрасно, да еще и пассажиров штук пять на своем горбу утащит. Остальных конечно бросать не особо хорошо, но к моменту когда остаткам их группы останется только драпать количество живых безусловно сильно сократится, да и вообще он за них отвечать не нанимался. Одержимые одаренные, пусть даже большая часть их и являлась японским аналогом ведьмаков, представляли из себя на редкость живучего противника, по сравнению с которым какие-нибудь зомби были и медленными, и слабенькими, и хрупкими как стекло. Олегу даже стало интересно, откуда сидящие в желудках паразиты брали столько силы, чтобы заставлять организмы своих носителей функционировать, невзирая на раны. Их подпитывал какой-нибудь высший демон и породивший всех тварей? Или же они потихоньку перерабатывали в энергию сами души людей, которые добровольно впустили в себя эту пакость? — Все равно отряды быстрого реагирования будут тут в течении пары минут! Возможно даже с дворцовой гвардией!

Москва являлась не только административным центром страны и резиденций правителя, но и городом, в котором на территории России жило больше всего могущественных магов. Или же они могли прибыть сюда при помощи порталов из своих резиденций, как архимагистр Савва. И Олег мог вполне заслуженно обвинять текущее руководство страны в чем угодно, но только не в нерешительности, когда дело касается защиты их собственных интересов. И действовать быстро чародеи седьмого-восьмого ранга тоже умели отлично, иначе бы просто не дожили до своего возраста и статуса, сдохнув задолго до верхних ступенек лестницы власти. Другое дело, что император или его приближенные могли просто жахнуть ударом стратегических чар по источнику неприятностей, которым скорее всего выступал стоящий где-то недалеко монастырь, заодно испепелив пару соседних кварталов… Но тем больше было причин как можно скорее покинуть это место.