Чтение онлайн

— Простите?..

— Гришу вы не получите. Всё! Точка!

Ангел соображал.

— Не понимаю… — проговорил он тихо и встревоженно. — Он представляет для вас какую-нибудь ценность?

— А для вас?

Ангел не ответил. У него было измождённое лицо. Он как-то сразу растерял всю свою моложавость и словно дряхлел на глазах…

— Мы принимаем ваши условия, — услышал я усталый до безразличия голос пожилого ангела.

— Условия?

Он даже не удивился вопросу.

— Вернуть на корабль наших людей. Кроме преступника. Покинуть планету. Не возвращаться. Разве я неправильно вас понял?

Я смотрел на него не отрываясь. Ангел не шутил. Ему было явно не до шуток. И он предлагал мне… Чёрт возьми, он предлагал мне жизнь!

Ни с того ни с сего я вспомнил вдруг, что не знаю, сколько сейчас времени, и, может быть, вечеринка ещё не кончилась, и Наташка, растерянно улыбаясь, бродит среди гостей…

Уйти с корабля живым! Живым…

— Ну вот что… — тоскливо оскалясь, выговорил я. — Никуда я отсюда не уйду, понял? Буду сидеть и буду держать палец на этой вот кнопке. Пока ты мне всё как есть не выложишь! А там посмотрим…

Он выслушал меня с полным равнодушием.

— Разрешите мне сесть, — попросил он.

Получив разрешение, опустился на выскочившее откуда-то из стены сиденье и долго молчал, как бы собираясь с силами.

— Что вас интересует?

— Почему вы все на одно лицо?

Ангел удивлённо поднял голову.

— Простите?..

Пришлось разжевать.

— Я понял ваш вопрос, — сказал он. — Мы кажемся вам одинаковыми. Это естественно. Просто вы имеете дело с представителями чистой расы.

— Что ж у вас там, одна раса на всю планету? Других не было?

— Странно, что вас это интересует, — заметил он. — Да, конечно, были и другие.

— И что с ними стало?

— Вымерли.

— Почему?

У пожилого ангела был озадаченный вид.

— Вымерли — то есть были нежизнеспособны, — объяснил он.

— Может быть… неполноценны? — сразу подобравшись, спросил я.

— Да, благодарю вас, — вежливо отозвался он. — Неполноценны.

…Правильно я их понял. Ещё тогда, в сквере. Как только в первый раз личики их ангельские увидел!

— А у нас вам какого чёрта надо?

— Но ведь я уже объяснил вам. Мы имеем целью…

— Да не сейчас! Раньше! Что здесь делали ваши наблюдатели? Почему вы их вдруг отозвали? Из каких таких этических соображений?

Он ответил не сразу. Верно, выбирал, с какого вопроса начать. Ангелочек стоял у стенки чуть ли не по стойке «смирно», и лицо у него было не выразительнее пульта.

— Два года назад, — заговорил наконец пожилой, — когда все сведения, полученные от наших наблюдателей, были обработаны и выяснилось, что, атаковав Землю, мы неминуемо теряем…

Мне показалось, что я глохну. Ровный тусклый голос пожилого ангела уплыл куда-то, стал еле слышен. Остались звучать всего два слова. Два простых оглушительных слова. Атаковав Землю.

— Повтори! — хрипло потребовал я.

Он повторил и встал. Меня подняло с кресла, и ангелы отшатнулись. Вот так, наверно, и мы втроём вжимались в глинистую стену пещерки, когда на нас надвигалось жужжание их ангельского локатора…

— Когда?..

— Простите?..

— Когда вы собирались?..

— Сроки так и не были назначены, — торопливо ответил он. Скажи он мне что-нибудь другое — клянусь, придушил бы обоих голыми руками… Опомнясь, я вернулся к креслу и сел — рука на кнопке.

— Почему?

— Но ведь я уже объяснил вам! Уровень развития вашей техники оказался слишком высок. Мы бы потеряли здесь почти все боевые машины и даже часть космического флота. Это имело бы для нас необратимые последствия. Руководство было раздражено до такой степени, что обвинило наблюдателей в умышленной дезинформации. Все они были отозваны без замены.

Он умолк, ожидая нового вопроса. Но я ещё не совсем опомнился. Я сидел оглушённый и видел подкрадывающиеся к Земле армады космических кораблей, ракетные и лазерные установки, бог знает подо что замаскированные «приёмники», готовые выплеснуть на нас людей и технику… Вот тебе и ангелы, Гриша! Вот тебе и ангелы!.. Но я-то, я-то, дурак!.. В себя стрелял, коллектор наизнанку выворачивал… Думал бой выиграть. А тут не бой — тут война…

— Как видите, мы уже не угрожаем вашей безопасности, — снова заговорил пожилой. Он смотрел на меня с какой-то странной надеждой. — Попробуйте теперь понять, что от возвращения бежавшего преступника зависит судьба значительной группы лиц…

Я заставил себя очнуться.

— Группа лиц? Какая группа лиц?

— Видите ли, — сказал он, — внутри Дома Стражи имеются две группы лиц, к первой из которых принадлежу я. Полгода назад второй группой лиц был совершён ряд противозаконных действий, направленных против первой…

Я сразу же запутался в этих его группах лиц, и ему пришлось растолковать мне всё на пальцах.

— …для своих целей вторая группа лиц после долгого и тщательного отбора остановилась на некоем преступнике, способном при определённых обстоятельствах…

И тут я наконец понял!

— Подстроили побег?!

— Да, — сказал он. — С целью доказать профессиональную несостоятельность первой группы лиц. Той группы лиц, к которой принадлежу я. Они начали с того, что применили высшую меру исправления к невинному человеку. Я имею в виду женщину, с которой был близок преступник.

— Рыжая?..

И я вдруг увидел Люську. Зеленоглазую язву Люську с потухшим взглядом и неподвижным лицом. Ах, Гришка, Гришка… И ты спорил со мной, ты их выгораживал!..

— Твари! — сказал я, как сплюнул. — Её-то за что?

— Они имели целью довести преступника до отчаяния. В противном случае он бы просто не решился на побег. Даже при наличии задания.

— Задание? Они дали задание? Гришке?

Я бы всё равно не поверил ему, скажи он «да»!

— Видимо, я неточно выразился, — после короткой заминки сказал пожилой. — Задание было внушено гипнотически. Сам преступник был убеждён, что действует самостоятельно.

Всё сходилось. И то, что Гриша не заплутался в этих коридорах, и то, что сам пришёл к нужной двери, и кресло, и железяка, и механизм ликвидации…