Разорванные грани
Шрифт:
– Почему ты так бурно реагируешь на мужчин, которые даже просто
находятся рядом со мной? – задала я самый волнующий вопрос и увидела,
как недобро блеснули глаза Димы.
Сжав крупными ладонями мои щеки, он стальным голосом процедил:
– Ты только моя женщина. Ни один мужчина НИКОГДА не
прикоснется к тебе, запомни. Я заставлю пожалеть любого, кто хоть
пальцем тебя тронет. Ты принадлежишь мне, и так было с твоих
шестнадцати лет. Помнишь, я ведь предупреждал тебя, что если ты
согласишься стать моей, обратного пути не будет? – дождавшись
невнятного кивка, он продолжил. – Предупреждаю, если ты когда-то
позволишь другому мужчине коснуться тебя, – почти прорычал, сжимая
одной рукой мои волосы, – ему безопаснее будет исчезнуть под землю, хотя
я и там его достану.
Никогда меня еще так не пугали его глаза, ведь в них я видела
подтверждение его словам. Меня предупреждали, что он жуткий
собственник, но только сейчас я поняла, что все куда сложнее и запутаннее.
Но больше всего меня пугало одно – насколько далеко он может зайти в
своей ревности?
– Ты мог бы даже убить этого человека? – робко спросила я, боясь
разозлить мужчину еще больше.
Вот только добилась я совершенно противоположного эффекта. Дима
даже отшатнулся от меня после произнесенной фразы, нависшей над нами,
словно дамоклов меч. В его глазах было столько обиды и боли, что я
невольно почувствовала себя виноватой и сделала осторожный шаг к нему.
Конечно, теперь Дима отходил от меня, избегая протянутой в его сторону
дрожащей руки.
– Прости меня, я сказала глупость.
– Так вот кем я выгляжу в твоих глазах? Чудовищем? Убийцей? –
выдохнул он, шокировано смотря на меня, словно не узнавая.
– А что я еще могу предположить после твоих слов? Ты сказал так, будто готов причинить боль любому, кто посмеет меня коснуться.
– Я просто, бл*ть, вырву ему ноги! – прорычал Дима и,
развернувшись, вылетел из дома, в ярости хлопнув дверью.
Сев прямо на холодный пол, я позволила слезам вырваться на волю, чтобы хоть как-то унять щемящую боль в груди и ощущение нестерпимой
пустоты после ухода мужчины. Я знала, что он никогда не причинит
никому боль, даже руки не поднимет на невиновного человека. Вот что
заставило меня сказать эти ужасные слова? Только сейчас, оставшись в
одиночестве, я поняла всю серьезность своей ошибки. Представьте, если
бы вам, человеку, каждый день спасающему чужие жизни, задали такой
вопрос.
Он никогда меня не простит, – от этой мысли я еще сильнее
заплакала, всем телом ложась на холодный пол и сворачиваясь клубочком.
Закрыв глаза, попыталась успокоиться, и спустя двадцать минут
истощенный отрицательными эмоциями организм окончательно сдался,
унося меня в мир черно-белых снов. Я знала, что даже там мне не найти
успокоения, ведь любимого мужчины нет сейчас рядом со мной.
7 глава
Словно
через
вату
я
услышала
знакомый
голос,
нежно
нашептывающий мне на ухо какие-то слова. Открыв глаза, наткнулась
взглядом на волевой подбородок и сжатые в тонкую полоску губы. Пока он
нес меня в сторону спальни, зарылась пальцами правой руки в немного
жестковатые волосы и уткнулась лицом в напряженную шею.
– Прости меня, я не хот…, – не успев договорить, резко захлебнулась
кашлем и завертелась в руках Димы.
Посадив меня на кровать, он быстро прошел к столу и достал оттуда
сироп от кашля, который я принимаю в случае болезни. Через пару минут
приступы прекратились, и я смогла вздохнуть спокойно.
– Ты еще сердишься на меня?
– На что я сержусь, так это на твою беспечность по поводу
собственного здоровья, – устало произнес Дима.
Взяв мужчину за руку, несильно дернула его на себя, вынуждая того
сесть на кровать. Встав перед ним лицом к лицу, нежно поцеловала сначала
в одну колючую щеку, затем в другую. Он сидел неподвижно, словно
натянутая струна, и только участившееся дыхание и заметно увеличившая
выпуклость в области паха заставили меня продолжить соблазнение
напряженного мужчины. Постепенно легкими, словно крылья бабочки,
поцелуями я приблизилась к низу его живота. Лизнув горячую кожу над
краем джинсов, с улыбкой наблюдала за судорожно сжавшимся животом.
– Я готова загладить свою вину, – призывно подмигнула Диме и снова
закашляла, да так, что слюной забрызгала живот мужчины.
– Подурачилась и хватит, – спокойно сказал он и, поднявшись с
дивана, пошел в сторону кухни, – Иди в ванную и попарься как следует. А я
пока тебе чай сделаю.
Так как иного варианта мне не предоставлялось, решила без лишних
споров выполнить указания мужчины. Пока набирала ванну, надумала
позвонить Кириллу и извиниться за внезапный уход. Дверь замыкать не
стала, ведь в моем звонке нет ничего преступного и аморального. Но отчего
же так колотится сердце?
Пока слушала гудки в динамике телефона, вздрагивала от каждого
шороха за стеной. Мне казалось, что именно в этот момент сюда зайдет
Дима и поймет все по-своему. А под «по-своему» я подразумеваю большие
проблемы для ни в чем неповинного парня.
– Здравствуй, Арина, – сухо отозвался голос в динамике.
От такого тона я немного опешила, но все же решила сказать то, что
планировала, когда звонила ему:
– Извини за то, что так быстро ушла. Не было возможности