Разрешение на измену
Шрифт:
В моей голове тут же нарисовалась длинная лента переписки, со смайликами и сердечками, фотографиями и продолжительными звонками.
Боль вернулась, скручивая меня в узел. Ревность вгрызлась огромными зубами в моё сердце и начала рвать его на части.
Оно начало стучать с бешеной скоростью, пытаясь покинуть грудную клетку. Пульс отдавался в висках. Ещё немного, и меня накроет паническая атака…
Надо чем-то занять руки и голову, иначе реально сойду с ума.
Я встала с кровати и пошла в ванную умываться и чистить зубы, а затем на кухню готовить ранний завтрак.
Когда проходила мимо спальни, заметила, что муж отложил смартфон и продолжил спать. Впереди суббота, выходной, у него тренировка в бассейне.
Хотя…
Возможно, он давно уже не ездит ни на какие тренировки, а проводит время с Марго и её дочерью?
Боже, ну зачем я вытянула из него эту правду?
Лучше бы находилась в неведении…
Но пеплом посыпать голову поздно.
Надо как можно быстрее разорвать эту порочную связь…
Глава 5
Сварила овсяную кашу для себя, для мужа приготовила омлет, сделала блинчики, сварила кофе.
Но когда в турке поднялась шапка пены, и кухню окутал аромат утреннего напитка, меня опять затошнило. Желудок скрутило спазмом, и я едва добежала до туалетной комнаты.
«Господи, да что такое со мной. Неужели так быстро обострилась язва после вчерашнего стресса? Беременность исключена, я пью таблетки. Надо выбраться на неделе к врачу…»
Накатила слабость, я присела на краешек ванной и дождалась, когда пройдёт головокружение.
Умылась холодной водой, тщательно прополоскала рот и вернулась на кухню.
Есть не хотелось. Налила себе стакан холодного молока и выпила небольшими глотками.
Посмотрела в окно. С утра пораньше люди отправляются на дачи, грузят рассаду в машины, огромные сумки с одеждой и продуктами.
Май в самом разгаре, а для меня эта весна станет самым ужасным временем года. Потому что случилось то, чего я всю жизнь боялась — мой муж полюбил другую…
От запаха кофе продолжало тошнить, но я взяла себя в руки и сварила чашку для мужа. Артём уже принимал душ, значит, сейчас будет завтракать.
За ночь я придумала, о чём с ним утром говорить и как быстрее разрубить этот гордиев узел.
Промедление для меня было смерти подобно. Долго я не протяну…
Тёма сел за стол свежий и пахнущий цитрусовым гелем. Влажные волосы блестели, гладко выбритый подбородок манил его поцеловать, но я сдержалась.
Нет, пока не надо. Иначе просто не смогу отпустить его сегодня…
— Умм, как вкусно пахнет. Ты уже позавтракала? — муж придвинул к себе тарелку с омлетом и бросил жадный взгляд на румяные блинчики.
— Нет, что-то не хочется. Ешь, пока не остыло.
Тебе к блинчикам джем или сметану достать? — машинально метнулась к холодильнику. Привычка прислуживать за столом мужу и дочке за годы въелась под кожу.
«Собственно, а почему он сам не может взять то, что ему нужно?» — на этот вопрос у меня не было ответа.
Это я приучила своих домочадцев сидеть гостями за столом, подавая им то соль, то сахар, накладывая добавки, постоянно дёргаясь и прерывая собственную трапезу…
Когда муж насытился и медленно смаковал кофе, я собрала волю в кулак и поставила его перед фактом:
— Артём, ты сегодня ночуешь у Маргариты. Или в гостинице.
Я даю тебе шанс переспать с другой женщиной и поставить в голове галочку.
Раменский подавился и закашлялся.
— Ри, вот так сразу? Прийти к ней и сказать: «Дорогая Маргарита Владимировна, моя жена сдаёт меня вам в аренду, так что сегодня я ночую у вас»?
Муж веселился, а мне было не до смеха.
Навязчивая мысль так и долбила висок, заставляла настоять на своём и найти, наконец, путь к точке спокойствия.
— Тём, не надо шутить. Я не верю в мужскую моногамность.
Ты взрослый, интересный мужчина. Мы слишком долго женаты. Рано или поздно ты всё равно изменил бы мне с другой женщиной.
Так сделай это сейчас. Я даю своё разрешение на измену из любви к тебе.
Ты и Маша — самое дорогое, что у меня есть. Очень боюсь вас потерять.
Запретный плод сладок: переспи с Марго, но только один раз!
И, ради Бога, не рассказывай потом, как всё у вас прошло. Не хочу знать подробности… — выпалила на одном дыхании.
Руки тряслись, я сжала их в замок и спрятала под столом.
Муж смотрел на меня серьёзно.
Он больше не возмущался. Не кричал, что я несу дичь. Не махал руками.
Он думал над моим предложением…
Я встала к раковине и принялась мыть посуду, чтобы не смотреть на Артёма.
Возможно, я сейчас совершаю самую большую глупость в своей жизни, но как поступить по-другому — не знаю. Иного выхода из ситуации не вижу.
Сделала воду погорячее, чтобы согреть руки.
Этот холод внутри сковывает мышцы, вызывает дрожь, заставляет двигаться, чтобы не впасть в анабиоз.
Бархатный баритон мужа вернул меня в реальность:
— Ри, я так понял, что ты не успокоишься?
— Нет, Тёма, не успокоюсь, — выключила воду и вытерла руки, медленно повернулась к мужу. — Давай поставим точку в этой истории. Нравится коллега, воспылал к ней желанием — переспи и расстанься, чтобы не страдали ни она, ни я.
— Думаешь, это так просто? — горько усмехнулся муж.
— Не вижу ничего сложного. Обаяния тебе не занимать, — я строила из себя циничную стерву, которой на самом деле не была. Но без этой защиты точно упала бы в ноги мужа и начала его умолять не бросать меня.
— Ладно. Но помни — это твоё решение, — Тёма хлопнул двумя руками по столу и легко поднялся.
Он вышел из кухни, а я сползла по стеночке на пол, закрыла лицо руками и беззвучно заплакала, заглушая свои всхлипы полотенцем.
«Господи, дай мне сил всё это пережить!
Я же умру без него…
Просто умру…»
Артём быстро собрался и ушёл, громко хлопнув дверью.
Он злился. На меня, на себя, на ситуацию в целом. Наверняка уже жалел, что поделился со мной своими переживаниями.