Чтение онлайн

– Похоже, да. – голос Вадака как всегда звучал равнодушно.

Силы неизвестных врагов деревни, и монументальность оборонительных укреплений если и вызвали в его сердце хоть какие-то эмоции, скрывал он это очень умело.

– Как думаешь, пустят… Переночевать? – Ратибор стал переваливаться и ёрзать в седле, чтобы размять подзатекшую спину.

– Думаю, пустят. – после ещё одной длинной паузы соизволил выдавить Вадак, – Им сейчас любая помощь пригодится. От кого угодно – даже чужака…

Ратибор слегка опешил, хоть и быстро взял себя в руки, и постарался скрыть удивление:

– Вадак! О чём ты? Разве они не от врага-чужака и построили частокол? И разве мы – не возможные враги?

– Хороший ты воин, Ратибор… Но пока – только воин. – Вадак с нескрываемой иронией глянул на спутника, небрежно направляя коня в объезд канавы, пересекавшей дорогу: на более мелкое место протекавшего по её дну ручейка.

На вопросительный взгляд спутника, сдержавшегося только в последний момент, и решившего всё же выждать, и не спрашивать, кудесник пояснил, проехав, правда, не меньше ста шагов:

– Вот мы с тобой видим вдаль, вроде, почти одинаково – ну, аки соколы… Стояли на бугре рядом, смотрели на одно и то же. А что получается? Я – вижу, а ты – нет. А ведь это ты – будущий полководец. Тебе предстоит взрослеть, да ума-разума набираться… Если хочешь всё-таки возглавить своё аника-воинство… Ну-ка, вспомни: чем этот частокол отличался… м-м… необычным?

– Ну… – раздумчиво начал Ратибор, воскрешая в отличной (На что бы там не намекал вредный старик!) зрительной памяти образ деревни-крепости, – Там… Колья немного наклонены наружу, – видя ободряющий кивок кудесника, он продолжил, – Внешняя сторона брёвен явно стёсана – я думаю, чтобы труднее было цепляться за всякие там сучки-неровности тем, кто лезть будет…

А – да! Там почти поверху проходит ещё широкая полоса… жёлтая какая-то… Не меньше косой сажени. И словно чем-то намазана. Наверное, чтобы те, кто долезет до неё – соскальзывали!

– Неплохо, неплохо. – понять, говорит ли старик серьёзно, или опять иронизирует, казалось делом невозможным, и Ратибор заткнулся, сердито кусая губы. Вадак, видя, что спутник замолчал надолго, решил помочь тому с выводами:

– Сейчас мы в ста саженях. Сможешь сказать, что это за полоса?

Из-за поворота возникли массивные ворота с квадратными как бы башнями по сторонам – узкая дорога вывела путников, наконец, на поляну, по всему периметру окружавшую странный посёлок. От тайги частокол, вблизи казавшийся ещё неприступней, отделяло не меньше двадцати саженей тщательно расчищенного от деревьев и кустов пространства. Давешняя полоса в свете последних отблесков зари виднелась плохо. Но напрягши память, Ратибор вспомнил:

– Матерь Божия! Да это ж – хекло!

– Верно. Хекло. И это сразу говорит нам о том, что: во-первых, твари, которые не должны влезть на частокол, неразумны. То есть, не имеют ни лестниц, ни осадных помостов, ни верёвок с крючьями… Зато имеют несколько – не менее двух! – лап с острыми когтями.

Ну а во-вторых. – Вадак приветливо помахал настороженно смотревшим на них часовым обеими пустыми руками, после чего поднял их вверх и вперёд ладонями в знак добрых намерений, – Во-вторых, твари эти, к счастью, не крупнее кролика – иначе могли бы перепрыгнуть такую тонкую полосу. Советую тебе тоже сделать, как я.

Ратибор послушался, и показал пустые руки.

– Мир вам! Будьте здравы и благополучны! – Вадак громко обратился на всеязе к стражникам. Крепкий мужчина, в шлеме и кольчуге совсем как у Ратибора, бывший, похоже, за старшего, ответил:

– И вам – мира, незнакомцы. Почто приехали?

– Нам нужно добраться до Ганича. А к вам приехали просто переночевать. Пустите? Незадаром, конечно… Назовите цену.

– Цену… Ха! Да, я назову нашу цену – если она вас устроит. Вы можете переночевать внутри Ограды, в любом пустом доме! Но – при одном условии… – Ратибор скривился, как от зубной боли – нутром почуял неприятности. И – точно! – Если сегодня в ночь случится набег бокрыс, вы будете сражаться плечом к плечу с нашими мужчинами!.. И – не отступите до команды Бориса!

– Кто это – Борис?

– Борис – наш князь и воевода.

– Он позволит нам ночевать здесь на этих условиях?

– Конечно! Это он их и придумал!

Вадак коротко глянул на Ратибора. Тот еле заметно кивнул.

– Мы согласны!

– Даёте Слово?

– Клянусь Именем! Клянусь Именем! – два голоса звучали уже почти в полной темноте. Солнце село, и на тайгу мгновенно опустилась ночь. Редкие точки звёзд не давали света, даже чтобы найти ворота – но когда одна из створок со страшным скрежетом распахнулась, внутри ждали с факелами два мальчика – повыше, и совсем ребёнок. Сверху крикнули:

– Отдайте коней Зосиме. Он позаботится… И идите за Евпатием. Он проведёт вас к Борису.

Посёлок поражал теснотой застройки. Многие дома словно подталкивали друг друга стенами – чтобы не то поиграть, кто кого перетолкает, не то удержать от падения… Некоторые имели второй этаж, некоторые – словно вросли в землю. Внизу угадывались огромные и капитальные подвалы. Кровли из соломы кое-где сгнили и провалились – давно не чинены…

По прикидкам Ратибора, не больше половины из встретившихся им по дороге домов были обитаемы: в узких и затянутых пузырями коровьих кишок бойницах (Назвать такие окнами – и язык не поворачивался!) многих не светилось ничего – даже отсвета от масляных коптилок. Не то, что в тех, что смотрелись куда веселей, освещаемые снаружи факелом провожатого, а изнутри – мерцающими сполохами.

– Скажи, Евпатий, – мягко начал Вадак. – А князь Борис давно… на княжении?

– Ну… года два. – оглянувшись, ответствовал отрок. Вблизи оказалось, что ему не более семи-восьми лет. Однако страшный шрам пересекал его лицо – от уха до подбородка шёл через щеку прямой, и явно когда-то глубокий, а сейчас заживший, разрез.

– А кто был до него?

– Ну… князь Рогволод, его старший брат.

– А до него? Ты его помнишь?

– Не-е-ет… Князя Пересвета я не помню – мал был.

– Понятно. Мир их праху! – Вадак перекрестился, Ратибор и Евпатий последовали его примеру. – А кто это тебя – так? Бокрысы?

– Да, будь они неладны! Мне ещё повезло… – Евпатий потрогал щеку, и сплюнул. – Пришли! Подождите, странники, я доложу князю.

– Да уж ему доложили.

– Да, Старшой уже посылал Михаила… Но теперь – вы же согласились. И пришли!..

– Верно. Ну, давай! Мы подождём! – тон Вадака казался вполне доброжелательным.

Ратибор и кудесник остались перед дверью, присев на широкую и длинную скамью, явно и поставленную здесь для таких вот ожидающих, да дружинников. Мальчик прошёл внутрь дома.

– Для чего ты спрашивал об именах князей? – не удержался Ратибор.

– Хм. – Вадак даже не взглянул в его сторону, но так повёл плечом, что Ратибору снова стало стыдно. – Выяснил кое-что. Но – не в лоб, а как бы косвенным путём: через догадки. И додумки.

Вот, например, теперь я знаю, поглядев на посёлок, что он – вымирает. Пустых домов больше, чем жилых. И раз уж такой малец, как наш Евпатий вынужден биться с бокрысами, значит – защитников не хватает. Причём – катастрофически. (Ну, это-то я понял ещё из того, что князь Борис рад любой подмоге – здесь не люди главные враги…) А то, что за несколько лет сменилось несколько князей, причём брат сменил брата, а не – сын отца, говорит о… – о чём же это говорило, Ратибор так и не услышал – вернулся Евпатий.