Разрушенный альфа
Шрифт:
Он не заслуживает ни капли ее прощения, но он хочет его.
Он жаждет этого.
Кэрол входит в коридор и останавливается, когда видит лицо Бри. — Все в порядке, милая?
— Да, мам. Я просто плохо себя чувствую.
Кэрол хмурится. — О. Мне жаль.
— Я забираю ее домой, — добавляет Коул, прежде чем успевает остановить себя. — Я заеду завтра, чтобы забрать ее машину, если ты не против. — Он не может удержаться от улыбки Кэрол, которая сияет.
— О, конечно. — К его удивлению, мать Бри заключает его в объятия. — Большое тебе спасибо за заботу о ней, — мягко говорит она.
Он улавливает всплеск сладости аромата Бри и не упускает из виду то, как расширяются ее глаза.
— Этого невозможно не делать, — просто говорит он.
Кэрол бросает взгляд на Бри. — О, Бри-Бри, он мне нравится.
— Мам, — ворчит Бри. — Пожалуйста.
— Собирай свои вещи, Бри-Бри, — дразнит Коул, и Бри бросает на него яростный взгляд.
Он сдерживает смех, когда его пара возвращается в гостиную, оставляя его наедине с Кэрол.
— Спасибо тебе, — снова шепчет она. — Просто… не делай ей больно, ладно? Моя бедная девочка через многое прошла в своей жизни. Пожалуйста, продолжай быть добрым к ней.
Он кивает. — Пока я жив, — обещает он, ложь горькая на его языке.
Он уже причинил ей такую боль.
***
Он придерживает для нее дверцу машины, и она садится без возражений.
На этот раз нет необходимости использовать его Альфа-влияние.
Ее аромат заполняет небольшое пространство, и он борется с урчанием, нарастающим в груди. Она пахнет божественно, так аппетитно, что его член подергивается в штанах.
Держи себя в руках.
— Как ты узнал, где жила моя мать? — тихо спрашивает она, повернув лицо к окну.
Он вздыхает. — Тебе уже следовало бы знать, что когда дело касается тебя, я могу узнать все, что угодно, милая.
Она не отвечает.
— Это общедоступная информация, Бриана.
Она фыркает. — И я полагаю, ты знаешь, где я живу?
— В этой пыльной лачуге, в которой нарушено десять строительных норм? ДА. Почему ты выбрала именно это, я никогда не пойму.
— У меня ограниченный бюджет, — бормочет она.
Больше нет, думает он.
Когда они подъезжают к его новому дому, ее глаза расширяются. — Ты остановился здесь? — недоверчиво спрашивает она.
Он не такой большой, как дом Кэрол, но все равно впечатляет, со светлым дизайном из камня и дерева, подчеркнутым темными окнами и серой наклонной крышей. Это простой современный дом, окруженный причудливым и ухоженным кустарником.
— Это было единственное, что я смог купить быстро, — пожимает он плечами, и она оборачивается, чтобы посмотреть на него с недоверием.
— Ты купил это место? — Ее серые глаза расширяются. — Ты действительно купил его?
— Почему ты смотришь на меня так, будто я совершил что-то безумное? — спрашивает он.
Она ерзает на сиденье, раздраженно размахивая руками. — Потому что это безумие! Зачем ты себе это купил? Кто хочет жить в Холдене?
— Я хочу, потому что тут живет моя пара. И это не просто мой дом. Он наш.
Он ожидает ее вспыльчивости и пряного запаха ее ярости, но выражение ее лица смягчается. — Что? — тихо спрашивает она. — Что ты имеешь в виду?
Он расстегивает ремень безопасности. — Позволь мне показать тебе.
Она делает глубокий вдох, затем кивает.
— Хорошо, — выдыхает она. — Тогда покажи мне.
Он помогает ей выйти из машины и ведет к входной двери, беря ее за руку. Волна электричества проходит через него, когда они соприкасаются, и она сжимает его руку в ответ.
Он открывает дверь и ведет ее внутрь их нового дома.
ГЛАВА 39
БРИ
Ее пара купила ей дом.
Мужчина, которого она знает меньше месяца, купил для них дом.
Он открывает дверь, и она ахает.
Первое, что она замечает, — это просторная кухня справа от нее, с приборами из нержавеющей стали и массивным мраморным островком, достаточно большим, чтобы готовить на нем угощения.
— Это базовая модель, — добавляет он, пока она таращится на комнату. — Если тебе не нравится, мы всегда можем все отремонтировать.
Он говорит это непринужденно, как будто это нормально, что он дарит ей дом. Слева от нее гостиная, полностью меблированная, с удобным кремовым диваном. В углу комнаты стоит кошачье дерево, такое высокое, что почти достает до потолка.
— Кстати, Элли наверху, — добавляет Коул, словно читая ее мысли.
Ее сердце сжимается, когда она думает о маленьком круглом личике. — Я оставила ее с тобой, — бормочет она, чувство вины бурлит у нее в животе. — Я не пыталась забрать ее с собой. Я просто… ушла.
— В ту ночь многое произошло. Ты оставила ее в надежных руках.
Она поднимает на него взгляд, его блестящие голубые глаза встречаются с ее. — Я никогда не знала, что ты можешь быть таким нежным, — признается она. Уголок его губ приподнимается, и выражение лица смягчается.
— Я могу быть нежным, когда обстоятельства позволяют, — язвит он, и она хихикает.
— Ты невероятен, — вздыхает она, направляясь на кухню, чтобы отойти от него. Но он следует за ней, вторгаясь в ее личное пространство, пока она не прижимается спиной к столу, а он не оказывается всего в нескольких дюймах от нее. Она вытягивает шею, чтобы посмотреть на него, и ее сердце подпрыгивает от интенсивности в его глазах.
Она должна оттолкнуть его.
Но она этого не хочет.
— Невероятный. Невозможный. Нелепый. Ты можешь называть меня как хочешь, — бормочет он, его губы в нескольких дюймах от ее губ. — Только не убегай от меня на этот раз.
Она облизывает губы, вдыхая его глубокий аромат.
— Я должна была, — шепчет она. — У меня не было выбора.
Он качает головой. — Выбор есть всегда, милая.
Затем он наклоняется и целует ее.
Это отчаянный, голодный поцелуй, и она не сдерживает стонов. Он хватает ее за талию и поднимает на мраморный остров, и она раздвигает ноги, чтобы обхватить ими его бедра. Он стонет ей в рот и проводит пальцами по ее шее к чувствительной половой железе, нежно потирая круги вокруг нее.