Чтение онлайн

Николай нахмурился.

— И ты уверенна, что именно в этом направлении нам надо двигаться?

— Не до конца. Я не знаю, сколько раз могло изменить своё направление шоссе, пока мы пытались обойти опасное место, полное белоглазых. Мы сделали солидный крюк, теперь пытаемся вернуться к нужному направлению. Если бы дул ветер, встречный или боковой, он мог бы принести с собой запахи, например, выхлопных газов, если бы рядом было шоссе. Но погода безветренная. Так что, всё что остаётся, это двигаться по солнцу, примерно в том направлении, от которого мы отклонились. Если есть предложения лучше — излагай.

Николай не ответил. Без всякой надежды, он достал из кармана джоггеров телефон, что — бы в очередной раз убедиться, что не телефонного сигнала, не мобильного интернета нет, плюс, заряд аккумулятора подходил к концу.

— Если предложений нет, предлагаю окончить дебаты, и выдвинуться в путь — подытожила Велислава, и без лишних слов, двинулась дальше.

Остальным ничего не оставалось, как двинуться в след за ней.

— Извини, я погорячился — произнёс Николай, обогнав Сан Саныча и поравнявшись с Велиславой.

— Бывает — бросила она на хода.

— Просто, одиссея уж слишком затянулась. Казалось бы, чего проще, взять и добраться до города, пусть даже из нашей деревни. Не в глухой тайге живём всё-таки. А уже второй день добраться не можем.

— Тебе дорога надоела, или компания не нравится? — с лёгкими кокетливыми нотками в голосе, спросила Велислава.

Николай запнулся, подбирая слова. Заметив это, Велислава не смогла скрыть улыбку.

— Компания меня устраивает — наконец ответил биатлонист. — Просто, сколько ещё мы будем вот так, кочевать по полям? Еды уже не осталось. Термос осушили. А Сан Саныч, долгой дороги не выдержит.

Велислава на короткое время, отвлеклась от исследования местности, и бросила короткий взгляд на собеседника.

— Ты так о нём заботишься. Удивительно даже. Вы ведь не родственники, и, если я правильно поняла, даже не совсем друзья.

— Мы вместе во всём этом, с самого начала — пояснил Николай. — Я за него отвечаю. Не могу же я его бросить. Я-то, идти ещё могу долго без отдыха, а вот ему это не по силам, вот и переживаю.

— Мы его не бросим — заверила его Велислава. — А переживать не надо. Ты же стрелок, тебе нужно сохранять хладнокровие, иначе руки начнут дрожать и потеть, глаза слезиться, как тогда стрелять будешь? Все пули «в молоко» пойдут.

— Говоришь, как мой тренер — коротко ответил Николай.

— Вот и слушай, что тебе умные люди говорят — добродушно продолжала она.

Она резко остановилась, подняв вверх, сжатую в кулак руку. Николай и Сан Саныч, замерли на месте. Несколько секунд она молчала, затем указала пальцем вперёд. На горизонте показалось пустое шоссе.

— Ну, Фома неверующий, что я говорила? — весело подмигнув Николаю, Велислава вновь двинулась вперёд.

Николай остался на месте, не без восхищения глядя ей в след. Да, всё — таки, она была необычной. Сильной решительной. Николаю стало стыдно, за недавно проявленную слабость.

К нему подошел Сан Саныч, лукаво улыбаясь, словно читая его мысли.

— Какой хороший девушка. Сильный, смелый. Умный. Хороший жена будет. Коля, не теряю свою шанс.

— Сан Саныч, у вас точно фамилия Сибигатуллин? — с лёгкой укоризной в голосе, спросил Николай. — Вы, часом, не родственник одной особе, по имени Роза Сябитова?

Бедный татарский старичок, широко раскрыв глаза, уставился на биатлониста, и даже рот открыл от удивления.

— Коля! — не своим голосом обратился Сан Саныч. — Ты тоже смотрела, этот глупый передача «Давай поженимся???»

Глава 9.

Шоссе было тихим. Пустым и безжизненным. По обеим сторонам длинного асфальтовой пути, насколько хватало зрения, невидно было не единого автомобиля. Хоть по разделительной линии иди, хоть ложись поперёк дороги — ни души, на сотни метров впереди. «Неужели никто больше не пытается добраться до центра? Неужели никто не видел тот репортаж по телевизору?» — недоумевал про себя Николай, шагая по обочине. На его вопрос, напрашивался неутешительный, но, к сожалению весьма вероятный при нынешней ситуации ответ — на шоссе никого нет, потому — что, просто банально не всем жителям города, и близлежащих деревень, удалось спастись. Слабое утешение давала мысль о том, что в центр вело не одно шоссе, и возможно, если всё-таки выжившие есть, они добираются другими дорогами.

Двигались не быстро. Длительная пешая «прогулка», порядком утомила всех. Особенно тяжело приходилось Сан Санычу. Приходилось делать перерывы, через каждые 20 минут пути, что — бы дать бедолаге татарину, прийти в себя. А тот, в свою очередь, стыдясь того, что все ждут его одного, неизменно повторял «Всё в полная порядок, я нормальная».

Двигаясь по шоссе, путники, не сводили глаз с раскинувшихся по обе стороны дороги, многочисленных домов спальных районов. Из домов, не доносилось ни звука. Не сказать, что в спокойные времена, каждое второе окно, любой многоэтажки, оглашало округу красочной какофонией своего быта. Но сейчас, тишина ощущалась, иначе, не как величина, которой измеряют уровень звука, а буквально, чуть — ли не физически, как говорится, хоть ножом её режь. Ну а собственно, чему удивляться? Если, в этих кирпичных коробках, всё ещё оставались люди, они, как и все остальные, боялись высунуть нос на улицу, прятались внутри, опасаясь вероятно даже ресницами громко хлопать, дабы не выдать своего местоположения. Районы, действительно, в прямом смысле слова, стали спальными. Вернее, спящими. Эдакий всеобщий, массовый, повальный тихий час.

Жилые дома, парикмахерские, магазины автомобильных запчастей, автозаправки — всё выглядело брошено. Покинуто. Необитаемо. Двери продуктовых магазинов были распахнуты настежь, а глядя сквозь, большие стеклянные витрины, отчетливо виднелся беспорядок, устроенный, вероятно, теми жителями, которых не поразил «сидром белых глаз», и которые поспешили затариваться всем необходимым, перед тем как забаррикадироваться в стенах своих домов. Николаю сразу вспомнилась картина, с разграблением магазина, у него в поселке.

С дальнейшим продвижением в сторону центра, становилось всё яснее, что ситуация здесь обстоит ещё хуже. Многоэтажные жилые дома, сменились теперь на многочисленные офисные здания, а масштабы полнейшего хаоса и разрухи, тут выглядели в разы более удручающе. Повсюду, беспорядочно, сбившись в одну дорожно-транспортную кучу, стояли автомобили. Автобусы, троллейбусы, легковые и грузовые автомобили, перегородившие друг — дружке путь, или вовсе, слепившиеся в единую и бесформенную груду железа, в момент лобовых столкновений, словно разбросанные ребёнком игрушки, стояли там, где их обладателей застала эпидемия. А некоторые из несчастливых «обладателей», находились здесь же, и разумеется, уже не дышали, о чём свидетельствовали и неподвижное положения тел, и запах разложений, и страшные раны, оставшиеся после нападения белоглазых. Самих безумных убийц, в пределах видимости не было — здесь они уже устроили кровавую жатву, и теперь отправились дальше, для свершения новых убийств.

Николай, Велислава и Сан Саныч, держа оружие наготове, молча двигались вперёд, наблюдая одну и ту же пугающую картину на каждой пройденной ими улице. Козлёнок Васька, который до этого момента, высунув голову из рюкзака, с любопытством наблюдал за окружающим миром, теперь предпочёл скрыться внутри полностью, спрятавшись от мрачной действительности улиц города. Да и, справедливости ради, всем остальным сейчас хотелось — бы, не затаив дыхание, с оружием на перевес, стараясь не наступить на осколки битого автомобильного стекла, и всматриваясь в каждый закоулок, красться по наполненным смерть и разрухой улицам города, а точно так — же, спрятаться в надёжном укрытии, с едой, водой и всеми удобствами, а перемещаться по городу, или, сидя внутри бронетранспортёра, с толщиной брони на стенках до 9мм, ну или, на худой конец, в окружении толпы, вооруженных до зубов бодигардов.