Разум за Бога: Почему среди умных так много верующих
Шрифт:
14. Танец Бога
«В 1938 году… меня мучали боли, от которых раскалывалась голова, каждый звук был подобен удару… я обнаружила стихи под названием «Любовь» [Джорджа Герберта], которые выучила наизусть. Зачастую в моменты самых острых головных болей я заставляла себя повторять эти стихи, сосредоточив на них все внимание и всей душой приникая к нежности, которую они изливали. Я думала, что читаю их просто как красивые слова, и даже не подозревала, что произношу молитву. Во время одного из таких чтений сам Христос сошел с небес и принял меня. Споря о неразрешимости проблемы Бога, я даже предвидеть не могла возможность такого тесного, личного контакта здесь, на земле, – контакта человека и Бога». Симона Вейль, «В ожидании Бога»
Я убежден, что христианство придает максимум смысла нашим личным историям жизни, а также всему, что мы видим в мировой истории. На протяжении последних шести глав я доказывал, что христианские представления о том, откуда мы взялись, что с нами не так и как можно исправить эти изъяны, обладают огромной силой и помогают объяснить, что мы видим и чувствуем, лучше, чем любые конкурирующие теории. Пора связать разрозненные нити повествования, которые мы изучали, и рассмотреть фабулу христианства в целом. Библию часто воспринимают как драму в четырех актах: сотворение, грехопадение, искупление и возрождение.
Божественный танец
Из всех мировых религий только христианство учит, что Бог триедин. Учение о Троице заключается в том, что Бог существует в вечности в трех ипостасях: Отца, Сына и Святого Духа. Догмат о Троице означает, что Бог, по сути дела, относителен.
Евангелист Иоанн пишет о Сыне как о «сущем в недре Отчем» (Ин 1:18), пользуясь старинной метафорой любви и близости. Далее в Евангелии от Иоанна Иисус, Сын Божий, говорит о Духе как о том, Кто «прославит» Его (Ин 16:14). В свою очередь, Сын «прославил» Отца (Ин 17:4), а Отец – Сына (Ин 17:5). И так будет во веки веков (Ин 17:5 и далее).
Что означает выражение «прославить»? Прославлять кого-либо или что-либо – восхвалять, радоваться, наслаждаться им. К тому, что приносит пользу, нас тянет ради этой пользы, которую мы можем обрести. Но если речь идет о красоте, мы наслаждаемся ею как таковой. Просто быть рядом с ней – уже награда. Прославлять кого-либо – значит служить ему, считаться с ним. Вместо того, чтобы заставлять его жертвовать своими интересами ради вашего счастья, мы жертвуем своими интересами ради счастья того, кого мы прославляем. Почему? Потому что для нас нет радости выше, чем видеть, как он радуется.
Тогда что же означают слова о том, что Отец, Сын и Святой Дух прославляют друг друга? Эгоцентризм мы можем представить себе наглядно как нечто стационарное, статическое. В своем эгоцентризме мы требуем, чтобы окружающие вращались вокруг нас. Мы совершаем поступки и выражаем чувства к другим людям, пока это помогает нам добиваться личных целей и самореализовываться.
Но внутренняя жизнь триединого Бога совсем иная. Жизнь Троицы характеризуется не эгоцентризмом, а взаимной любовью и самопожертвованием. Когда мы с радостью служим кому-то, мы движемся по динамической орбите вокруг того, кто находится в центре наших интересов и желаний. Так возникает танец, особенно если в нем участвуют трое, каждый из которых движется вокруг двух других. Об этом нам говорит Библия. Каждая божественная ипостась вращается вокруг других. Ни одна из них не требует, чтобы остальные вращались вокруг нее. Каждая добровольно описывает круг вокруг двух остальных, изливая любовь, радость, восхищение. Все, кто входит в Троицу, любят, восхищаются, служат и радуются друг другу. При этом возникает динамичный, пульсирующий танец радости и любви. Ранние лидеры Греческой церкви называли его словом «перихорезис». Обратите внимание: оно содержит тот же корень, что и «хореография», и буквально означает «танцевать или течь вокруг чего-либо» [275] .
275
Иларий Пиктавийский в трактате «О Троице» (3:1) писал, что каждая ипостась Троицы «взаимно содержит другие, так что каждая постоянно охватывает и является охваченной остальными, которые она также охватывает». См. о Томе Торрансе: Роберт Летам, Святая Троица: в Священном Писании, истории, богословии и поклонении (Robert Letham, The Holy Trinity: In Scripture, History, Theology and Worship, Presbyterian and Reformed, 2004), c. 265, 373. «Перихорезис» предполагает взаимное движение и взаимное пребывание. «Это вечное движение Любви или общности Любви, которую Святая Троица вечно содержит в себе».
Отец, Сын и Святой Дух прославляют друг друга… В центре вселенной любовь и самоотдача – динамичное течение жизни Троицы как Бога. Сочетающиеся в нем лица превозносят друг друга, общаются и служат друг другу… Говоря о «перихорезисе» в Боге, первые греческие христиане имели в виду, что каждая божественная ипостась имеет своим центром другие две. В непрестанном движении по орбите и в принятии каждая охватывает и окружает других [276] .
Бог – не статичное существо и даже не просто личность. Это динамичная, пульсирующая энергия, жизнь, что-то почти драматическое, что-то (пожалуйста, не сочтите меня непочтительным) подобное танцу… Это величайший источник энергии и красоты, бьющий в самом центре действительности [277] .
276
Корнелиус Плантинга, «Знакомство с миром Божьим: христианская картина веры, учения и жизни» (Cornelius Plan-tinga, Engaging God’s World: A Christian Vision of Faith, Learning and Living, Eerdmans, 2002).
277
К. С. Льюис, Просто христианство, глава «Благотворная инфекция».
Учение о Троице создает перегрузку в наших ментальных электросетях. Но несмотря на его трудность для понимания, эта поразительная динамическая концепция триединого Бога буквально переполнена глубоким, чудесным, формирующим жизнь и меняющим мир смыслом [278] .
Танец любви
Если Бога нет, тогда все в нас и вокруг нас является плодом слепых обезличенных сил. Опыт любви может казаться значительным, но эволюционисты уверяют, что это просто биохимическое состояние мозга.
278
Учение о Троице имеет глубочайшие последствия, которые рассматривали мыслители нескольких веков. Древняя проблема Одного и Множества сводила с ума философов, начиная от Платона и Аристотеля, заканчивая современностью и постсовременностью. Что важнее – единство или особенности? Следовательно, кто важнее – личность, чем группа, или наоборот? Важны ли универсалии в большей мере, чем частности и контексты, или наоборот? Культурам уже приходилось выбирать между абсолютизмом и релятивизмом, между индивидуализмом и коллективизмом. Но если Бог триедин и в такой же мере един, как и разнообразен, тогда философское учение Троицы не вмещается в отрезок спектра между абсолютизмом и релятивизмом, а его социальная мысль – между коллективизмом и индивидуализмом. Ни личности, ни семьи, ни племена не должны быть наименьшей социальной ячейкой. Ни легализму, ни релятивизму не следует характеризовать нравственную философию. Особенно стимулирующие размышления об обещании в учении о Троице см. в трудах Колина Гантона, особенно Один, три и много (Colin Gunton, The One, the Three and the Many, Bampton Lectures, Cambridge University Press, 1993), Триединый Творец: историческое и систематическое исследование (The Triune Creator: A Historical and Systematic Study, Eerdmans, 1998), Обещание учения о Троице (The Promise of Trinitarian Theology, T&TClark, 2004).
А если Бог есть? Идет ли это на пользу любви? Смотря кем вы считаете Бога. Если Бог только один, значит, пока Он не создал другие существа, любви нет, поскольку любовь – то, что одно существо проявляет по отношению к другому. Это означает, что у единственного Бога есть могущество, власть, величие в вечности, но не любовь. Следовательно, любовь – это не сущность Бога и не сердце вселенной. Первое место в ней занимает сила.
Если деньги, власть и достижения вы цените превыше человеческих отношений, то разобьетесь о скалы реальности
Но если Бог триедин, тогда любовь в сообществе является «величайшим источником энергии… в центре действительности». Говоря, что Бог есть любовь, думаю, люди имеют в виду, что любовь имеет огромное значение, или что Бог хочет, чтобы мы любили. Но в христианской концепции любовь – это сущность Бога. Будь Он всего одним, Он не мог бы оставаться любящим на протяжении вечности. Если бы Он был всего лишь обезличенной всеобщей душой из восточной философии, Он не мог быть любящим, ибо любовь – то, что испытывают личности. Восточные религии считают индивидуальность, личность, иллюзией, – следовательно, как и любовь [279] . Честертон писал, что «буддисты… считают, что личность недостойна человека, христианин видит в личности высший замысел Бога» [280] . Это замысел Бога потому, что Он по своей сути – вечная межличностная любовь.
279
Рассмотрим заявление Ли Куан Ю, министра-наставника Сингапура, о противоречии, связанном с побиванием палками Майкла Фея в 1994 году. Журналистам из стран Запада он сказал: «Здесь, в Азии, личность для нас – букашка. Для вас – дитя Божие. Удивительные взгляды». Процитировано у Дэниела Деннета, Опасная идея Дарвина: эволюция и смысл жизни (Daniel С. Dennett, Darwin’s Dangerous Idea: Evolution and the Meaning of Life, 1995), c. 474.
280
Г. К. Честертон, Ортодоксия (G. К. Chesterton, Orthodoxy, Dodd, Mead, 1959), c. 245. Процитировано в: Ринстра, Намного больше(Rienstra, So Much More), с. 37.
В итоге действительность – это сообщество личностей, которые знают и любят друг друга. Вот для чего существует вселенная, Бог, история и жизнь. Если деньги, власть и достижения вы цените превыше человеческих отношений, то разобьетесь о скалы реальности. Когда Иисус говорил, что следует потерять себя в служении, чтобы обрести себя (Мк 8:35), он имел в виду то, что делают в вечности Отец, Сын и Святой Дух. Следовательно, нам никогда не обрести себя, если мы будем стоять неподвижно и заставлять всех вращаться вокруг ваших потребностей и интересов. Если вы не согласитесь отказаться от ряда возможностей и пойти на ограничения для себя, неизбежные при взаимоотношениях, связанных с обязательствами, вы так и не приблизитесь к познанию собственной природы и природы вещей.
Повсюду в этой книге я подчеркивал, что невозможно остаться в полной мере человеком, отвергая цену прощения, замещающий обмен любовью, накладываемые обществом ограничения. Я ссылался на К. С. Льюиса, который утверждал, что, кроме рая, единственное место, где нет боли и страданий, связанных с взаимоотношениями, – ад.
Но почему? Потому что, согласно Библии, этот мир создан не Богом-одиночкой и не Богом-эманацией обезличенной силы. Это не результат борьбы за власть между персонифицированными божествами и не произвольное, насильственное, случайное действие сил природы. Христиане отвергают повествования о сотворении, в которых любовь не поставлена на первое место. Мы верим, что мир сотворен Богом – сообществом, в котором все сущности любят друг друга на протяжении вечности. Мы были сотворены для взаимно жертвенной, направленной вовне любви. Эгоцентризм разрушает основу мира, сотворенного Богом.