Чтение онлайн

— А он так же, как и вы сейчас, ответит: «С удовольствием бы, да всему бывает время».

— Вот увидите — возьмет. Только вы настойчиво проситесь, — заверил Зоткин. — Ну, а пока желаю вам успехов. Будьте здоровы. До встречи! — и он крепко пожал руку Чимиту.

Первомайским утром Мэргэнов, узнавший о том, что ему вместе с Орловым и двумя другими товарищами предстоит дежурить в праздники, явился почти на целый час раньше.

Поздоровавшись и увидев, что сменяющиеся дежурные заняты подготовкой документов к сдаче, он отошел в сторонку и присел на стул.

«Точно, точно это Орлов сам порекомендовал меня назначить своим помощником, — размышлял Чимит. — Но как он решился? Ведь в праздничные дни не каждого назначают дежурить. Выходит, что он надеется на меня и не знает о моих плачевных делах. Ну и номер... А вдруг, — Чимит весь встрепенулся, — я не сумею сегодня выполнить какое-нибудь задание и подведу его?... Что тогда ему скажут?.. Ясно, не похвалят. Так зачем же мне допускать, чтобы его отругали из-за меня?.. Нет, нет, я обязан, я должен сразу же поставить его в известность и рассказать ему обо всем, что творится со мной в эти дни...»

Появился Семен Федосеевич и все встали.

— С праздником Весны и Труда, товарищи! — поздравил Орлов и крепко пожал всем руки. Подойдя к столу, поинтересовался: — Есть что-нибудь из Братска?

— Ни слуху, ни духу. Как в воду канули.

Орлов расписался в приеме дежурства и, обратившись к своему первому помощнику, сказал:

— Не перед грозой ли затишье?.. Ну, я буду у себя в кабинете. В случае чего звоните сразу.

— Ясно, есть! — откозырял тот и после того, как Орлов вышел, объявил: — Душа-человек! Хоть сейчас бы в отдел к нему перешел.

«Может подняться к нему в кабинет? — спрашивал себя Мэргэнов. — Но разве у меня не было возможности зайти к нему раньше, хотя бы даже вчера?.. Почему я должен беспокоить его своими треволнениями в праздничный день?»

Но когда Чимит все же решился подняться к Орлову, его отправили на телеграф сдать срочную депешу.

Поручения посыпались градом, и у Чимита не оставалось ни минуты времени. Зато трудился он так старательно, что утром Орлов в рапорте о сдаче дежурства отдельным пунктом записал «Прошу руководство ПП ОГПУ по Востсибкраю за безупречное несение дежурства в день Международного пролетарского праздника 1 Мая практиканту Мэргэнову Ч. Д. объявить благодарность».

— А если бы я вчера побывал у него, то появились бы эти строки сегодня? — задал себе вопрос Чимит, покидая вслед за Орловым дежурную комнату.

Погода стояла чудесная. Город утопал в солнечном сиянии. По улицам, задорно напевая, шагала молодежь. На площади играла гармоника, вихрилась лихая пляска...

— Ты, Мэргэнов, знаешь, что сегодня после дежурства нам положен отдых? — спросил Орлов.

— Знаю, Семен Федосеевич.

— Устал, чувствуется, за сутки-то?

— Не спал всю ночь.

— И волновался чего-то сильно?

— Было немного.

— Это худо. Надо в любой обстановке прежде всего спокойствие сохранять.

— С непривычки, по-видимому, Семен Федосеевич.

— Тоже может быть, да привыкать надо смелее. Ну, а сегодня как время провести думаешь?

— Отосплюсь сначала, а потом «Анну Каренину» дочитать мне нужно.

— Так, так... А я, знаешь ли, в этом доме живу. Вон тот мой подъезд, — и, назвав номер квартиры, Орлов пригласил:

— Может, придешь ко мне вечерком, часов в шесть. Праздник отметим.

— Могу, конечно.

— Приходи обязательно! Ну, до вечера!..

Ровно в шесть Чимит тихо постучал в квартиру Орлова. Дверь ему открыла симпатичная женщина лет тридцати.

— Проходите, пожалуйста, — звонко сказала она.

— Я к Семену Федосеевичу... — начал было объясняться Мэргэнов, но женщина перебила его.

— Меня зовут Мария Петровна, а вас?

— Чимит Мэргэнов, — ответил он после небольшой паузы.

— А отчество ваше можно узнать? — тут же спросила Мария Петровна.

— Меня еще никто и никогда не величал, — уже пройдя в комнату и как бы оправдываясь, произнес Чимит.

— И поэтому вы не хотите назвать его мне?

— Извините меня, Мария Петровна. Я, видно, сказал не то что следовало, — смутился Чимит. — Мое отчество: Дашиевич.

— Значит, Чимит Дашиевич. Правильно?

Мария Петровна улыбнулась, обнажив свои белые ровные зубы.

— Вот, видите, мы и без мужа познакомились, — весело объявила она и добавила: — Что же вы стоите? Садитесь, пожалуйста, и будьте как дома.

— А Семен Федосеевич где? — спросил Чимит, присев на диван.

— Он с обеда на работе, — ответила Мария Петровна. — Но я ему позвоню сейчас. Время-то — ужинать пора.

Она тут же подошла к телефону, сняла трубку, назвала номер и, подождав немного, заговорила:

— Это ты, Сеня?.. Что же ты не идешь?.. Ужин у меня готов... Что, что ты сказал?.. Ах, ребят?!.. Они оба ушли: Аллочка на каток, а Борис в школу... Чимит Дашиевич? На диване сидит, скучает... Идешь, значит. Только не задерживайся больше. Ждем.

Мария Петровна начала накрывать на стол. Не успел Мэргэнов перелистать «Огонек», как пришел Семен Федосеевич.

— Извини за опоздание, — сказал он Чимиту. — Заработался и времени не заметил.

Мария Петровна пригласила мужчин к столу.

— Садись, Чимит, — подхватил Семен Федосеевич и, когда тот занял место за столом, весело воскликнул: — С праздником вас! Желаю тебе, товарищ Мэргэнов, чтобы в скором будущем ты стал отличным чекистом!

— И я за этот тост, за ваше здоровье, Чимит Дашиевич, выпью, — чокаясь, поддержала Мария Петровна.

«Словно родные», — подумал Чимит, глядя на добрые, ласковые лица хозяев.

— Спасибо вам, Семен Федосеевич и Мария Петровна, за ваше внимание ко мне. Большое вам спасибо. За ваше здоровье! — сказал он, привстав, и выпил рюмку до дна.

Ужин подходил к концу, когда Чимит неожиданно для себя начал разговор о своих первых впечатлениях, о своих сомнениях.

Орловы внимательно выслушали его длинные и сбивчивые объяснения. Семен Федосеевич, вместо ожидавшихся Чимитом поучений и нотаций, вдруг стал рассказывать жене о том, какой отличный Чимит стрелок, как успешно он овладевает приемами самбо. Мэргэнову стало совершенно ясно, что своим признанием он ничего нового Орлову не открыл...