Чтение онлайн

– Так точно, Николай Петрович!

В этот момент в дверь постучали:

– Разрешите войти!

– Да!

– Курсант Мамедов по вашему приказанию прибыл! – На пороге стоял молоденький курсантик-первокурсник.

– Так, Мамедов! Сопроводить сержанта в караульное помещение под стражу и доложить начальнику караула, что мной на сержанта наложено взыскание – семь суток ареста! Завтра утром он должен быть отправлен в гарнизонную гауптвахту! Все ясно?

– Так точно, товарищ подполковник!

– Тогда сопровождайте арестованного! Свободны!..

...За эти две недели в жизни Андрея произошли кардинальные перемены...

Подполковник-преподаватель, который был свидетелем всего этого скандала, оказался прав – Дзюба поднял с помощью своего влиятельного папы-генерала вонь чуть ли не на все Вооруженные силы. Из Москвы в училище даже приехала специальная комиссия военных прокуроров, чтобы разобраться в этом «вопиющем» нарушении воинской дисциплины. Что они там «наразбирали» и к каким выводам пришли, Андрей, конечно же, не знал – «не по Ваньке шапка», но вот один разговор, в присутствии начальника училища генерал-лейтенанта, начальника особого отдела училища – майора, его командира дивизиона – полковника и командира батареи – тоже майора, он запомнил на долгие годы...

...14 апреля...

За ним, отсидевшим на гауптвахте объявленные «семь суток ареста», приехали на штабном «козле» и без долгих разговоров и объяснений доставили прямо в кабинет начальника училища...

– Товарищ генерал-лейтенант, сержант Ошеха по вашему приказанию прибыл! – доложил Андрей по-военному четко и вытянулся по стойке «Смирно!».

– Вольно, сержант! – проговорил начальник училища усталым голосом.

Этот шестидесятилетний генерал прошел всю Великую Отечественную, закончив ее в Вене командиром дивизиона противотанкового полка, молодым, но не единожды орденоносным майором. Это был настоящий боевой офицер, и он наверняка знал, что такое офицерская честь.

– Так, Ошеха! Я хочу услышать от вас, что же все-таки произошло между вами и вашим командиром взвода. И заметьте, сержант, что от ваших слов очень многое будет зависеть! Я слушаю!

Андрей промедлил всего секунду:

– Все изложено в моем рапорте, товарищ генерал-лейтенант! И, наверное, в рапорте старшего лейтенанта Дзюбы...

– Ты не ерепенься, юноша! – Генерал в упор взглянул на Андрея. – Если бы мне было достаточно этих двух бумажек, то ты уже ехал бы в какой-нибудь из «дизелей» [6] ! Но я и все здесь присутствующие старшие офицеры прекрасно знаем, кто такой Дзюба и какой он командир, мать его! И при этом его взвод по показателям один из лучших в училище! Следовательно, это заслуга его замкомвзвода, то есть вас, сержант Ошеха! «Спустить на тормозах» его разбитое лицо и дать вам возможность все же сдать выпускные госэкзамены при всем моем желании уже не получится – за делом следят представители военной прокуратуры. Поэтому, сынок... Я буду принимать решение на основании твоей откровенности и правдивости... И если у меня или у кого-нибудь из присутствующих здесь офицеров возникнет хоть малейшее сомнение – вы, сержант, будете преданы суду военного трибунала! А теперь говори, сержант!

Андрей не стал ничего скрывать. То есть вообще ничего! И даже того, что не было отражено ни в одном рапорте, в частности, то, что он выпил с родителями и своей будущей женой немного шампанского... В общем... Через десять минут все присутствующие знали всю подноготную скандала с последующим мордобоем.

Генерал слушал внимательно и все это время пристально смотрел Андрею в глаза. А Андрей... Он чувствовал свою правоту и поэтому ни разу не отвел взгляда.

«...Будь что будет! Только... Тамарку мою жалко! Да и Тэймураз Сосоевич будет расстроен... Но я ведь защищал честь любимой женщины!..»

Сержант закончил свой рассказ и...

Молчание затянулось... Андрею больше нечего было сказать, а присутствующие в генеральском кабинете командиры молчали. Как и сам начальник училища. Эту гнетущую, давящую на плечи тишину через несколько долгих минут сам генерал и нарушил.

– Так! – Он с силой хлопнул ладонью по столу. – Иди, сержант. Подожди в приемной.

«...Что теперь, Андрюха? Что решат-то?»

Он метался по приемной, как тигр в клетке, а молоденькая секретарша только стреляла глазами в его сторону. Наконец раздался зуммер селектора, и из динамика раздался генеральский голос:

– Сержанта Ошеху ко мне!

Девушка с погонами сержанта сверхсрочной службы посмотрела на Андрея и произнесла единственное слово:

– Иди!

– Разрешите, товарищ генерал-лейтенант?

– Заходи, сержант!

Андрей опять вошел в этот просторный кабинет и остановился, в ожидании своего «приговора».

– Значит, так, Ошеха! – Генерал поднялся, вышел из-за стола и приблизился к Андрею. – Мы приняли решение... Хоть и не единогласное... Служить хочешь, сержант?

– Так точно, товарищ генерал-лейтенант! – отчеканил Андрей.

– Это хорошо... Для дальнейшего прохождения службы ты будешь отправлен в строевую часть...

– Разрешите вопрос, товарищ генерал-лейтенант!

«...А-а!!! Погибать, так с музыкой!..»

– Слушаю!

– А в какой род войск меня направят?

– Скажи спасибо, что не в дисбат! – усмехнулся генерал. – Из артиллерийского училища отчисленные курсанты направляются служить в артиллерию. По профилю. А у тебя что, есть какие-то пожелания?

– Так точно!

– А ты наглец, сержант! – Генерал обернулся к офицерам. – Каков наглец! У него еще и пожелания имеются, после всего случившегося!

Начальник училища вернулся к своему столу:

– Ну и что же это за пожелания?

– У моей будущей жены отец и оба брата служат офицерами в ВДВ, товарищ генерал-лейтенант... И если уж так получилось... Я хотел бы продолжить службу в воздушно-десантных войсках!..

Что-то такое изменилось в глазах генерала, потеплели они, что ли, в несколько секунд и превратились из рентгенаппарата в обычные, человеческие.

– Поближе к дому небось...

– Не понял?

– В Одесском военном округе, насколько я знаю, есть несколько частей ВДВ... В Болграде Свирская бригада, например, в Старом Крыму под Феодосией тоже бригада стоит... Да и в Кировограде тоже есть бригада... Хоть это и Киевский военный округ, но до Одессы рукой подать... Хитришь, сержант?

– Никак нет, товарищ генерал-лейтенант! Можно и подальше! Если можно, конечно...

Генерал усмехнулся и опять посмотрел на офицеров:

– Каков, а?.. Ну, раз не хитришь... А еще, если ты и в самом деле служить хочешь... То послужишь! От души! – В его голосе зазвенел металл, который заставил подтянуться даже полковника. – В ВДВ, говоришь? И подальше? Добро! Поедешь в Фергану, сержант! В Туркестанский военный округ, раз подальше просишься! В отдельный парашютно-десантный полк! Его командир – мой давнишний знакомый... У него всегда был дефицит специалистов-артиллеристов, а обучать их толком некогда... А ты, Ошеха, практически готовый офицер горной артиллерии! Офицер-разведчик! Самое оно! Для полковника будет большой подарок!..

– Спасибо, товарищ генерал-лейтенант!

– Ты подожди радоваться, сержант! – рявкнул генерал. – Ты думаешь, что на курорт едешь?

– Никак нет, товарищ генерал-лейтенант!

– Вот и правильно думаешь! Это особый полк, с горной спецификой подготовки, потому и «отдельный»... И ты не призывник, а отчисленный за тяжелый проступок курсант! Тебя решено оставить в звании «сержант», но это не значит, что за свою несдержанность ты не достоин наказания, Ошеха! Тебе ясно?

– Так точно!