Чтение онлайн

Хочу отвернуться, но Назар сдавливает пальцами мои щеки.

– Не играй со мной, Ксана! – цедит сквозь сжатые зубы. – Я простил тебе мимолетную слабость. То, что ты трахалась с другим мужиком. Так что больше не смей обвинять меня в измене. Ты на это не имеешь никакого права.

У меня нет выбора. Через страх и дрожь смотрю ему в лицо.

– Мне плевать на твои измены. Я лишь хочу быть уверена, что твоя любовница больше не будет мне угрожать!

– А она угрожала? – хмурится Назар.

Его взгляд опускается к моему животу.

– Нет, просто обрадовала, что ты живешь со мной из жалости, а она – женщина твоей мечты! – бросаю в сердцах. – Умоляла отпустить тебя с миром!

Мой голос пропитан обидой и ядом.

Назар скрипит зубами.

– Я с этим разберусь. Она больше тебя не тронет.

Не знаю, как он будет разбираться с Анжелой и знать не хочу. Но мне нужна гарантия, что мы с ней не столкнемся лоб в лоб где-нибудь в людном месте. Еще одну такую встречу, как в хаммаме, я не перенесу.

Тогда рядом со мной была Инга. А если в следующий раз я буду одна? Эта Анжела кричала как сумасшедшая. Все люди на нас оборачивались. Так стыдно мне еще не было.

Час спустя Назар везет меня в клинику и вместе со мной входит в кабинет УЗИ.

Быстрый осмотр – и врач объявляет, что все хорошо. Беременность подтверждена, угрозы выкидыша нет. А боли – просто кишечные колики.

– Сейчас выпишу вам направления. Сдадите анализы и встанете на учет, – врач кивает медсестре.

Та начинает заполнять бланки через компьютер.

– Сначала сделайте тест на отцовство, – останавливает Назар.

– Зачем? – замираю.

Слишком неожиданно прозвучали его слова после того, что он сказал дома.

– Хочу быть уверен, что ребенок от меня.

– А если не от тебя?

– Тогда ты сделаешь аборт, – говорит он холодным тоном. – Я не буду растить чужого ублюдка.

– А если откажусь?

До боли в пальцах сжимаю сумочку. Врач и медсестра потрясенно смотрят на нас, но Назару плевать. По глазам видно, он что-то задумал.

– Тогда я вышвырну тебя на улицу без копейки в кармане. А дочь останется со мной.

– Ты не посмеешь.

– Посмею, – он жестко усмехается. – Хочешь быть рядом с дочкой? Значит, будешь делать, как я скажу.

Как он может быть настолько жестоким?

Не могу найти нужных слов. Просто молча смотрю на него. В голове полный сумбур.

Хочу ли я сама узнать правду?

Если это ребенок Назара, то я навсегда останусь заперта в клетке. Но рядом с дочкой.

А если это ребенок Мира?

Тогда мне предстоит выбирать между Зоей и жизнью еще не рожденного малыша…

– Хорошо, – говорю через силу. – Пусть будет тест…

Хочу, чтобы это был ребенок от Мира.

Хочу – и боюсь.

Кажется, мне еще никогда не было так страшно. Сжимаю кулаки и закрываю глаза. Впервые в жизни начинаю молиться.

– Простите, то сделать тест сейчас никак не получится, – раздается спокойный голос врача.

– Что значит “не получится”? – рявкает Назар.

– Успокойтесь, – в отличие от меня, врач ничуть не нервничает. – Тест делают начиная с девятой недели срока. А у вас всего три. Так что сдавайте анализы и вставайте на учет. Со своим отцовством потом разберетесь. Но прошу учесть, закон в любом случае на стороне ребенка и матери.

Назар скрежещет зубами. А я так и сижу, крепко зажмурившись. Боюсь открыть глаза и ненавижу себя за эту трусость.

Но рада, что мне не придется принимать решение прямо сейчас. Потому что правильного решения нет. Я в любом случае потеряю ребенка, какая разница – того, кто уже родился или того, который во мне.

– Хорошо, – цедит Назар без всякого энтузиазма. – Я подожду. Делайте, что там нужно.

– Вот и отлично, – судя по голосу, врач улыбается.

Я беззвучно выдыхаю и открываю глаза. Меня охватывает облегчение, которое тут же сменяется холодной волной. Потому что Назар в упор смотрит на меня, но его взгляд не предвещает ничего хорошего.

Приветливая медсестра в халате и медицинской маске просит меня закатать рукав.

– Нужно сдать кровь из вены и из пальца, – говорит она, осматривая мои руки. – У вас совсем не видно вен.

Молчу. Под пронзительным взглядом мужа слова колом стоят в горле. Да и что говорить? Еще когда с Зойкой на учет становилась, медсестры тоже цокали языком, что с такими венами кровь не взять.

Медсестра быстро наматывает шпагат выше локтя. Затягивает его и говорит:

– Поработайте кулачком.

Послушно выполняю совет. Вены нехотя показываются. Небольшой укол. Не могу смотреть, как шприц заполняется кровью, меня начинает мутить. Морщусь и отворачиваюсь.

Чтобы опять наткнуться на взгляд мужа.

Назар разглядывает меня, словно изучает. На лице – бесстрастная маска. Что он думает в этот момент – непонятно.

Приходится пережить еще пару неприятных секунд, пока сдаю кровь из пальца.

– Вот и все, – медсестра убирает пробирки.

Она наклеивает на них бумажки с моим именем и датой.

– Мы свободны? – спрашивает Назар и поднимается.

– Вы – да, а вот мамочка пусть останется, – врач указывает на дверь в глубине приемной. – Прошу в смотровую.

– Ладно, – Назар вновь странно смотрит на меня. – Иди, Ксана, я на ресепшене подожду.

Едва выдерживаю его взгляд. Так и хочется передернуть плечами.

В смотровой забираюсь на кресло. Но не успеваю расслабиться, как врач задает вопрос:

– У вас все хорошо?

Удивленно поднимаю голову.

– В смысле?

– Простите, это, конечно, не мое дело. Но муж не может принудить вас к аборту. Это должно быть только ваше решение. И лучше, чтобы вы приняли его в пользу ребенка.

К горлу подкатывает комок.

Смотрю на врача. Сегодня меня принимает не женщина, а мужчина. Первые разы, когда попадала к нему, чувствовала неловкость. А потом наоборот, стала к нему записываться. Потому что он оказался добрее и аккуратнее женщин-коллег.

Но что он может знать о муках матери, которую принуждают выбирать между двумя детьми?