Развод! Дракон, лапы прочь от моих абрикосов!
Шрифт:
— Почему вы такая спокойная? Вы же сами пару часов назад сказали, что у меня важная миссия — помочь вернуться фениксам в этот мир, не дать открыть страшную тюрьму, в которой сидит гибрид дракона и демона, который хочет захватить власть над этим миром и уничтожить все, что мне дорого. А сейчас, когда я вам рассказала о том, что ко мне утром приходил странный слуга, который пригрозил рассказать моему лжесупругу о том, что я теперь снова, кхм, настоящая я, вы просто говорите, что все хорошо. Что он справится.
— Потому что он действительно справится, Ева. Потому что вы больше не одна. Понимаете? И когда я говорила о том, что вы не совсем брошены, я имела в виду не только себя. — Неожиданно заявляет драконица, после чего обращается к вомбату.
— Кендрик, дорогой. Покажи, пожалуйста, юной госпоже правду о её окружении. Кажется, сейчас для неё самое время.
— Какого цвета должна быть трава, чтобы в ней можно было найти грибы? — Неожиданно слышу я в голове голос вомбата.
— Красной, милый. Ведь всем известно, что только белые грибы безопасны. — Отвечает на этот странный вопрос целительница.
Удивленно моргаю.
А это тут причем?
Или это шифр какой-то?
— А если нас кто-то увидит? Может быть, пойдем домой? — Снова начинаю переживать я. Лес хоть и выглядит безопасным, но я-то знаю, что за любой красивой картинкой скрывается страшная изнанка, полная опасностей!
— Ева мы находимся под надежной защитой. — Терпеливо поясняет Маргарэт.
И только я хочу попросить объяснить мне, как эта защита работает, как вдруг дневник моей матери показывает то, что я никак не ожидаю увидеть, но то, что хорошо объясняет ненависть моего приемного отца к своей жене — моей приемной матери.
И когда сквозь иллюзию, созданную вомбатом, из ночной тьмы к нам выходит Натаниэль вместе с Себастьяном, я уже знаю, кем он является на самом деле.
Хотя кажется, мне потребуется много времени, чтобы поверить и принять эту во истину удивительную правду.
Как о себе, так и о нем.
61
Ева
— Ну, здравствуй птенчик. — Говорит тот, кто все это время играл роль слуги ЛжеАсфара. Хотя на самом деле, все это время являлся, моим старшим братом.
На вид ему не больше двадцати пяти — тридцати лет.
Но это обманка. На самом деле высокий незнакомец старше меня на добрую сотню лет.
У него кудрявые, светлые, средней длины волосы, по оттенку очень похожие на мои.
Золотисто-карие глаза.
И да, кажется я их помню. Ну, точнее их теплый свет.
Кожа с легким золотистым отливом.
А черты лица хищные, но очень гармоничные.
Он действительно чем-то напоминает изящную птицу, готовую в любой момент вспыхнуть.
Одет тот, чьего имени я пока еще не помню, в длинный голубой плащ слуги, полностью скрывающим его фигуру. Тот самый, который превращает любого, кто его наденет — в невидимку.
Но стоит ему откинуть его полы назад, как я вижу темно-коричневый дорожный костюм, выполненный из плотной ткани.
— Добрый вечер. — Хрипло произношу я и перевожу взгляд на застывшего рядом Натаниэля.
Скулы заострились, а кожа в свете луны, кажется болезненно бледной. Кажется он устал, но очень доволен собой.
— Здравствуй Дэмиэн. Рада тебя снова видеть. — Здоровается с мужчиной Маргарэт.
— Это взаимно, ваша светлость. — Тепло улыбается феникс, а я....
Я кажется первый раз в жизни не знаю, что делать.
Броситься ему на шею, чтобы обнять?
Обругать, что сразу не сказал кто такой на самом деле?
Опускаю голову вниз, совершенно сбитая с толку происходящим.
Хотя, может быть, действительно, лучше всего сейчас взять небольшую паузу, чтобы переварить новую информацию?
— Предлагаю все вопросы и обсуждения оставить на завтрашнее утро. Кажется день сегодня у всех выдался очень насыщенным. Не правда ли? — Наплевав на свое кричащее от нетерпения любопытство, предлагаю я, делая все, чтобы мой голос звучал максимально дружелюбно и спокойно.
— Отличная идея. — Поддерживает меня золотой дракон.
Снова смотрю на старшего брата.
Прислушиваюсь к своим ощущениям, и понимаю, что не чувствую от него опасности.
Наоборот, с каждой секундой во мне крепнет убеждение, что только ему я и могу довериться в этом странном, новом-старом мире.
Во всех мирах.
И вот эта безусловная вера пугает.
Поэтому, спешу сделать шаг назад.
В прямом и переносном смысле этих слов.
— Я как раз за ночь подготовлю вопросы, чтобы утром мы смогли быстро прояснить некоторые моменты, которые я не понимаю. У нас же есть немного времени, чтобы со всем разобраться? — Поясняю я и первая, начинаю движение в сторону дома.
— Конечно. — Отзывается Мэдгарт, и в два шага, ровняется со мной. — Тем более, что нам нужно обсудить, как действовать дальше, и делать это лучше не отдохнувшую голову. — Киваю. Да. Он прав.
— Как вы долетели? — Словно сквозь вату слышу я голос целительницы, обращенный видимо к моему брату.
Нет, не могу. Не могу поверить, что это правда.
Но… вомбат не врет. И мои эмоции.
Перед внутренним взором снова появляется то, что только что, показал дневник моей матери.
Раненный феникс с трехмесячной малышкой на руках.
Один, без семьи, почти без сил и без надежды на спасение.
Несколько недель он прятался в подвалах своего дома, преследуемый страшными тварями, населявшими мир, в котором он оказался заперт по воле своих же сородичей.
Что бы малышка не умерла от голода — он кормил её своей магией. А чтобы не плакала — создавал красивые иллюзии, скрывающие царящий вокруг ужас и смерть.
В тот момент, когда силы Дэмиана были совсем на исходе, их и нашла Элария. Попавшая в мир-тюрьму по странному стечению обстоятельств.*
Женщина не только помогла брату с сестрой вернуться в свой, нормальный, относительно безопасный мир, но и нашла способ маскировки, который позволил фениксам, скрыть свою истинной суть.
Так, в какой-то момент Дэмиан превратился в её дворецкого. А малышку Еву — женщина забрала себе.