Развод! Хочу счастья на Новый год!
Шрифт:
– Маш, ну мне тридцать семь, ты чуть старше, пять лет не такая уж и большая разница, - удивляет её Сергей. – Я в тебя влюбился.
Маша краснеет, приятно, когда тебе признаются в любви. В груди теплице что-то приятное и горячее. Но то чувство, что тебя уже один раз предали, не дает её полностью насладиться моментом.
– Сереж, ты ещё молод, у тебя будет куча девушек, когда-нибудь найдешь ту, которая родить тебе детей.
– Маш, мне нужна ты, а не гипотетическая девушка, которая появиться неизвестно когда, и появится ли.
– Сереж, вот будет тебе сорок пять, а мне будет пятьдесят, ты еще ого-го, а у меня уже климакс, и пойдешь ты налево.
– Маш, честно признаюсь, создав семью, налево не пойду, просто не зачем. Да и потом, все трудности в семье можно решить словом, надо просто проговаривать проблемы, находить решения, намечать пути решения и делать.
– Ты так думаешь, потому что накладываешь на семейную жизнь кальку со своей работы. Но семейная жизнь другая, в ней нет тех парадигм, в которых мы живем на работе.
– Маш, вот это ты зря. Иногда мне приходилось мирить собственников бизнеса, так между ними бывали такие баталии, что семейная жизнь тихо стоит в сторонке и курит. Там и измены, подставы, наем киллеров, иногда люди годами копят недовольство, недоверие, а потом выплескивают это на своего компаньона. Поверь, я такие ситуации разруливал, когда до выстрела оставалась секунда.
– Боюсь, у меня тоже осталось несколько секунд до того момента, когда Паша наймет киллера.
– Завтра я поеду с тобой на работу, помогу тебе навести порядок в делах. Поверь, Маша, нет ничего не разрешимого.
Маша только тяжело вздохнула. Она боялась вновь поверить.
– Сереж, я ещё не пережила свой развод, до сих пор остаюсь замужней женщиной, над моей головой весит дамоклов меч раздела собственности, и куча бандитов, которых нанял мой конкурент.
– Маш, все можно разрулить, на это понадобиться чуть больше времени. Но это не критично. Да и я никуда не тороплюсь. Просто хочу, чтобы ты жила со мной.
Маша только улыбнулась.
– Сереж, я даже не знаю, на какой стадии разрыва отношений я нахожусь.
– Ну, гнев ты точно прошла, когда машину сожгла, - рассмеялся Сережа.
– Ну, вернуть все обратно у меня точно не было. Не хотела. Когда Пашка выкинул меня в мусорный контейнер, вот с тех пор и не хотела ничего возвращать обратно.
– В контейнер…
Маше пришлось рассказать все с самого начала. Сережа даже сел, он смотрел на неё, вытаращив глаза.
– И после этого этот гондон штопанный приходит к тебе права качать?
– Он ещё и разводиться не хочет, уверяет меня, что нагуляется и вернется.
– Ага, соберет все половые инфекции и вернется к жене. Не сравнивай меня с этим недоумкам, Маша, я бы такой женщине, как ты никогда бы не изменил. Таким изменять нельзя, ты же меч из ножен достанешь и кирдык яйцам.
Они долго смеялись с Серегой. А Маша удивлялась, как хорошо её понимает Сережа, и как двадцать лет не мог понять её характер муж.
Потом они ужинали. Сергей готовил изумительные отбивные, Маша сделала салат. Они пили вино и говорили о жизни.
Утром она вновь поехала на работу. Только теперь её сопровождал Сергей.
Неделя оказалась очень загруженной. Ей пришлось уволить много народа, провести собеседование и нанять нового начальника отдела безопасности, главного юриста и главного инженера. Прежнего она перевела в свои замы. Работу пришлось строить заново. Новых людей она поставила на ключевые посты, Маше надо было тянуть весь бизнес теперь без Паши.
В один из дней к ней зашёл Гена Григорьев.
– Привет что ли, - с ухмылочкой заглянул он в кабинет.
– Здравствуй, Геннадий.
– Что, не удалось меня посадить? – Генка прошёл по кабинету и плюхнулся в кресло. Он огляделся по сторонам, словно был уже здесь хозяином.
– Я не старалась, Гена.
– Да, ты что? А по-моему, так ты очень старалась, рогом упиралась, но улик нет, - Гена повертел кистями рук в воздухе, словно фокусник или карточный шулер.
– Гена, если бы я очень уперлась, то ты бы сел.
– Не, не получится тебе меня посадить. Я умный, - Генка явно переигрывал. – Ты вот над каким вопросом подумай. Ты же баба, а бабы все глупые, не хватит у тебя тяма тянуть такой бизнес. Ты же только в лужу пукнешь.
Генка заржал, по-видимому, решив, что шутка удалась.
– То есть до этого тянула, а тут вдруг в лужу «пукнула»? – удивилась глупости, не осведомленности и наивности своего собеседника Маша.
– Да чо ты тянула, там Паша во все впрягался, - Генка был похож на обыкновенного гопника с «распальцовкой».
– Гена, ты очень наивен и глуп, разговор считаю пустым, обсуждать ничего с тобой не буду, - Маша встала с кресла, давая понять собеседнику, что аудиенция окончена.
Но Гена мало что понимал в правилах этикета.
– Ты, Маша, не ерепенься, я готов выкупить твой бизнес по сходной цене, - Гена сидел в кресле, как король на троне. – У меня все схвачено уже. Денежка кое-какая имеется.
– Гена, у тебя нет таких денег, чтобы суметь выкупить бизнес, у тебя нет денег, ты не сможешь купить даже один из моих автосервисов, так что разговора у нас с тобой не получиться.
Генка скривил морду, понимая, что сейчас его этой мордой опустили в овно.
– Ты, Маша, не понимаешь, тут не только я, но богатые люди впряглись, так что готовься к продаже, - на лице Гены появилась кривая ухмылка.
– Гена, этот разговор мы прекращаем, продажа мне не интересна. А вот тебе я настоятельно советую заняться своим бизнесом, - Маша перла уже «буром». – И запомни, посадить я тебя не смогу, а вот стереть твой бизнес в труху, могу. Ходи теперь и оглядывайся.
– Ты мне угрожаешь? – в голосе Генки проскальзывали истеричные нотки. Он-то знал, что у Маши есть и финансы, и возможности подкосить его бизнес.
– Пока просто предупреждаю.
Генка подскочил с кресла, в этот момент двери широко распахнулись, и в кабинет быстрым шагов вошёл Сергей.
– Это что за черт с горы? – в голосе Сергея была сталь.
– А, не успела мужа на нары посадить, уже хахаля завела, - язвительно улыбнулся Гена. – А я думаю, чего ты такая борзая стала.
Серега ничего не сказал, просто шагнул к Гене, скреб того за шиворот и выкинул из кабинета. Он захлопнул дверь за собой, и Маша могла только по крикам Гены догадываться. Что там происходило.