Чтение онлайн

— Просто… — я запинаюсь, не зная, как объяснить, что этот момент кажется мне почти нереальным. — Боже… Артём, — улыбаюсь я, откидываясь на спинку дивана.

— Я прочитал твои мысли? — хитро прищуривается.

Он ставит поднос на столик передо мной и с аппетитом отправляет в рот виноградину.

Артём облизывает губы, и я снова отвожу взгляд, стараясь не выдавать своих мыслей. Чувствую, как щеки начинают предательски розоветь.

— Ну, что скажешь? — спрашивает он, бросая на меня игривый взгляд и снова садится рядом, чуть ближе, чем раньше. — Вино, сыр — начало ужина, достойное фильма?

Я усмехаюсь, стараясь сохранить самообладание.

— Вполне. Только разве ты не обещал мясо?

— Всё будет, не переживай, — отвечает он спокойно, облокачиваясь на спинку дивана. — Мне просто интересно, как ты отреагируешь на мои кулинарные способности.

— Артём Сергеевич, если ты ещё и готовишь лучше, чем работаешь, то мне придётся пересмотреть своё отношение к тебе, — поддразниваю я, чувствуя, как в животе появляются те самые бабочки, которые последние лет пятнадцать не шевелились.

— Пересмотреть в какую сторону? — он слегка наклоняется ко мне.

— Пока не знаю, — отмахиваюсь я, притворяясь невозмутимой, хотя его близость заставляет меня нервничать.

Он усмехается, берет ещё одну виноградину с подноса и кидает её в рот, глядя на меня с той же лёгкой улыбкой.

— Хорошо, Вера. Ты пока наслаждайся отдыхом, а я пойду спасать наш ужин. — Он поднимается, лёгким движением сгребает поднос со стола и направляется на кухню.

Слышу, как он гремит посудой, открывает шкафы, что-то ищет. В это время я позволяю себе расслабиться, отпивая немного из бокала. Аромат его халата, вкусный сыр и даже тихий шум с кухни создают вокруг такую атмосферу, что мне вдруг хочется, чтобы этот вечер длился как можно дольше.

Минут через пятнадцать, Артём возвращается с тарелками, на которых дымится аппетитно приготовленное мясо с гарниром.

— Итак, мадам, ужин сервирован, — произносит он с лёгким французским акцентом, ставя передо мной тарелку.

Я не могу сдержать улыбку, глядя, как он устраивает всё передо мной с каким-то особенным вниманием.

— Ты и правда умеешь удивлять, — говорю я, вдыхая запах блюд.

— Это только начало, — подмигивает он. — Ешь, а то остынет.

Я беру вилку, делаю первый укол в мясо, а потом пробую. На вкус — великолепно. Сочное, мягкое, с тонким ароматом специй.

— Боже мой… — не сдерживаюсь я, глядя на него. — Ты действительно это сам приготовил?

— Конечно. Думаешь, я только отчёты умею разбирать? — смеётся он, откидываясь на спинку дивана и наблюдая за моей реакцией.

Я улыбаюсь, продолжая есть, и ловлю себя на мысли, что даже не помню, когда в последний раз еда казалась мне такой вкусной. Может, дело не только в блюде, а в том, кто его приготовил?

Кладу вилку на тарелку и смотрю на него. Его глаза светятся каким-то почти мальчишеским любопытством, но в то же время в них угадывается уверенность взрослого мужчины, который точно знает, чего хочет.

— Ну, и как тебе? — спрашивает он, едва заметно улыбаясь.

— Великолепно, — признаюсь я, откинувшись на спинку дивана и прикрывая глаза. — Не думала, что ужин может быть таким… идеальным.

— Рад стараться, — отвечает он с намёком в голосе. — Но мне кажется, я заслужил кое-что в ответ.

Я открываю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Он смотрит на меня внимательно, почти изучающе, и от этого становится жарко.

— Заслужил? — уточняю я, стараясь сохранить ровный тон, хотя в груди уже начинает учащённо биться сердце. — Что именно?

Артём наклоняется ближе, и его лицо оказывается всего в нескольких сантиметрах от моего. Его тёплое дыхание касается моей щеки, и я невольно напрягаюсь, чувствуя, как краснею.

— Поцелуй, — произносит он тихо, его голос звучит низко и мягко, но в нём чувствуется непоколебимость.

— Что? — выдыхаю я, стараясь поверить своим ушам.

— Думаю, это справедливо, — продолжает он, чуть наклонив голову набок. — Я сделал всё, чтобы этот вечер был для тебя идеальным. Теперь твоя очередь сделать мой.

Я смеюсь, пытаясь скрыть смущение, но это звучит чуть натянуто.

— Ты шутишь?

— Нисколько, — отвечает он, всё так же глядя на меня.

Моя рука тянется к бокалу вина, чтобы спрятаться за глотком, но Артём опережает меня, мягко убирая бокал в сторону.

— Не отвлекайся, — говорит он, и в его голосе слышится мягкий приказ.

— Артём, — начинаю я, но слова теряются, потому что он уже ближе. Его глаза смотрят прямо в мои, и я чувствую, как пространство между нами исчезает.

— Ты можешь сказать «нет», — тихо произносит он, и в его голосе звучит нежность.

Но я не говорю. Вместо этого остаюсь на месте, чувствуя, как его рука мягко касается моей щеки. И когда он медленно наклоняется ко мне…

Чувствую, как кожа начинает от этого покрываться мурашками, а внизу живота разливается тепло. Я вижу желание в его глазах. Все-таки это приятно, когда мужчина хочет тебя…

Делаю глубокий рваный вдох, и наши пылкие взгляды встречаются.

Я смотрю ему в глаза, чувствуя, как слова застревают где-то на границе между сознанием и губами. Сердце колотится так громко, что я уверена — он тоже это слышит.

— Артём… — повторяю я, едва дыша, и сама не понимаю, что хочу сказать.

— Что? — его голос звучит низко, почти хрипло, и он снова делает шаг ближе.

Я ощущаю тепло его тела, его дыхание обжигает мою кожу, и это чувство сводит с ума. Мы смотрим друг на друга, и напряжение между нами растёт с каждой секундой.

— Это… неправильно, — выдыхаю я, хотя внутри всё кричит обратное.

Артём чуть наклоняет голову, его взгляд становится ещё глубже, а на губах появляется едва заметная улыбка.

— А что такое «правильно»? — в его голосе сквозит что-то опасное, манящее. — Всё, что ты чувствовала раньше? Или то, что чувствуешь сейчас?

Я не нахожу слов, чтобы ответить. Его рука ложится мне на талию, легко, но решительно, как будто он боится дать мне возможность отстраниться.

— Скажи «нет», если хочешь, чтобы я остановился, — произносит он тихо, его губы едва заметно касаются моего виска, словно он даёт мне возможность выбрать.

Но я молчу. Потому что не хочу.

Он медленно опускает голову ниже, и я чувствую, как его губы скользят к моим. Этот поцелуй совсем не похож на тот, что был раньше. В нём нет ни намёка на осторожность — только страсть, жгучая и настойчивая.