Чтение онлайн

— Закрой рот, а то муху слопаешь, — выдаёт Даниил невозмутимо. — И не придумывай себе лишнего. Машина вполне на ходу, со свежим техосмотром, но не новая, подержанная, я достал её у одного знакомого, который тачками занимается, — специально тебе «на битьё», так сказать. Не будешь бояться поцарапать или вмятину поставить. У тебя же небольшой опыт вождения?

— Его почти и нет, — качаю головой и даже непроизвольно пячусь назад. — Я не могу. Так нельзя!

— Не выдумывай, ягнёночек! — хирург смотрит на меня серьёзно. — Это не столько тебе, сколько мне. Я, знаешь ли, не планировал тратить время, подряжаясь твоим личным водителем. А с общественным транспортом у нас здесь не очень. Так что выдохни, скажи спасибо, и мы не будем это больше обсуждать.

Я смотрю на него во все глаза. Нет, не может же этого быть… неужели Сашка права, и я ему… нравлюсь?! Ну ёкарный бабай!!! Я не знаю, что ещё думать! Ни один мужик не будет делать того, что делает он, если не испытывает к женщине как минимум очень тёплые чувства!

Тут же вспоминается Игорь, который орал на меня пару раз даже за то, что я слишком громко, по его мнению, хлопала дверью его ненаглядной машины.

Игнатьев хмурится, суёт руки в карманы.

— Агния, я устал и не хочу сейчас с тобой спорить… — начинает, но я его перебиваю.

— Я не собираюсь с тобой спорить.

— Не собираешься? — он как будто теряется на секунду.

— Нет, — качаю головой, — я думала совсем о другом.

Набираю побольше воздуха в грудь и делаю шаг к нему.

— Я всегда называла тебя по фамилии, — начинаю негромко, — или по имени-отчеству, когда мы на работе. А сейчас поняла, что не могу поблагодарить… не могу сказать тебе спасибо так, как нужно.

— А… как нужно? — у мужчины дёргается кадык, словно он быстро сглатывает.

— Я не могу сказать спасибо Игнатьеву. Или Даниилу Антоновичу. Как мне тебя называть? — делаю ещё один шаг, останавливаясь прямо перед ним.

— Не знаю, — он говорит немного хрипло, отводит глаза и, кашлянув, пожимает плечами. — Как хочешь…

— Тогда… спасибо, Даня, — тянусь вперёд, не давая себе задуматься о том, что делаю, и легко целую его в щёку совсем рядом с уголком губ.

Отстраняюсь, внимательно заглядываю в лицо мужчине. И то, что я вижу… только добавляет мне подозрений. Потому что по его выражению можно предположить, что он ошарашен. Растерян. Смущён. Но совершенно точно не равнодушен.

— Всегда пожалуйста, — выдыхает хирург в ответ и, качнувшись назад, отходит на пару шагов. — Фух, блин, ягнёночек, ты меня напугала! На какое-то мгновенье мне даже показалось, что мы с тобой оба нормальные!

Улыбаюсь, не показывая, что заметила его растерянность.

— Конечно, мы ненормальные, — хмыкаю в ответ. — Не переживай. Я уже снова вошла в своё обычное язвительное состояние. Как и ты, видимо? — кошусь на мужчину.

И почему мне кажется, что он сейчас отчаянно пытается вернуть себе привычное насмешливое выражение лица?

— Я из него не выходил, — качает головой и идёт к дому, открывать дверь.

— Ну да, ну да, — шепчу тихо себе под нос.

— Что?

— Говорю, поесть надо, — чуть повышаю голос. — У тебя продукты есть, из которых можно быстро что-нибудь сварганить? А то я ведь даже в холодильник не заглядывала.

— Нужно посмотреть, — Даниил отходит от дверей, пропуская меня внутрь дома, сам идёт на кухню.

— Ну что там? — спрашиваю, моя руки.

— Да в общем-то почти ничего, — отзывается мужчина.

— Дай глянуть, — подхожу и смотрю в холодильник.

— Фарш вот есть немного, но тут еле-еле на пару котлет хватит…

— Знаешь что? Иди-ка ты в душ, — разворачиваюсь к нему. — Я тут сама разберусь.

Похоже, сегодня у хирурга шоковая терапия. Он покорно разворачивается и выходит с кухни. А я быстро залезаю во все шкафы, проверяя, что тут есть, и решаю приготовить из фарша томатный мясной соус и сварить спагетти. Вполне себе болоньезе получится. И готовить минут двадцать.

Через полчаса кухня заполняется аппетитными запахами, и я раскладываю по тарелкам получившуюся пасту. Даниил возвращается уже в домашней одежде — в этот раз на нём кроме штанов ещё и футболка, слава богу. Взъерошенный, с мокрыми волосами… и, чёрт побери, дико сексуальный!

— Знаешь, ягнёночек, — мужчина суёт в рот первую вилку пасты с соусом и закатывает глаза, — твой бывший — действительно мудак! Ничего хорошего в этом, понятное дело, нет, я это и раньше знал, но теперь…

— Что теперь? — не выдержав, спрашиваю у него.

— Теперь я думаю, что очень этому рад, — выдаёт он, глядя мне в глаза.

— Ты знаешь, как ни странно, — отвечаю медленно, не отводя от него взгляда, — мне кажется, я тоже этому рада.

Между нами повисает тягучая, напряжённая пауза. А потом, спустя вечность — или мгновение? — Даниил, словно решив что-то для себя, тянется ко мне и целует меня.

Целует не так, как касался моих губ с утра после нашего с ним «танца». И не так, как совсем недавно целовала его я. Нет, этим поцелуем он словно заявляет на меня свои права… А я, не успев ничего сообразить, поддаюсь его натиску.

Охренеть можно, какие у него вкусные губы! — мелькает у меня в голове. А потом я окончательно перестаю что-либо соображать. Потому что такое ощущение, что мы оба целуемся как в последний раз! А ещё… ещё он вытворяет языком такое, что у меня невольно начинает тянуть низ живота.

Не знаю, сколько проходит времени, когда мы наконец размыкаем губы. Смотрим друг на друга ошалело и молчим, тяжело дыша. Не вполне уверена, кто из нас первым снова подаётся вперёд, но спустя ещё несколько минут я уже обнаруживаю себя сидящей верхом на коленях хирурга, его руки — на моей спине под футболкой, и свои пальцы — запутавшимися в его до сих пор влажных волосах.

Он не переходит черту. Не спускается ниже, не касается груди. Поцелуй постепенно замедляется, становясь каким-то пронзительно нежным. И когда мужчина отстраняется во второй раз, я понимаю, что могу дышать. Хоть всё тело ноет от неудовлетворённого желания, мы совершенно точно не пойдём дальше. Не сейчас. Не сегодня.

А потом мы оба слышим громкий звонок мобильного. Какой-то тяжёлый рок.

— Этот звук у меня стоит на экстренный вызов из отделения, — хриплым шёпотом сообщает Даня, легко касаясь губами моей щеки, затем скулы. — Я должен ответить.

— Конечно, — ой-ой-ой, у меня голос тоже хрипит, как у курильщика со стажем. — Отвечай. Я понимаю.

— Сейчас, — такое ощущение, что он не может оторваться от моей кожи. — Сейчас, ещё секунду…

И мы оба разочарованно вздыхаем, когда телефон, на секунду прервавшись, начинает трезвонить снова.