Чтение онлайн

Просто надо немного подождать.

Я пытаюсь себя убедить, что это временно.

Но внутри уже поселился холод.

Я чувствую его по-другому.

Максим отдаляется.

Не просто задерживается на работе. Не просто погружён в дела.

Он стал другим.

Если раньше я слышала в его голосе усталость, но и привычное тепло, если раньше он даже поздно ночью, едва перешагнув порог дома, находил время просто коснуться меня, поцеловать, посмотреть в глаза, то сейчас…

Сейчас он словно выключился из нашей жизни.

Мы не ссоримся, не спорим, не выясняем отношения.

Мы просто… перестали быть.

Нас нет.

Мы живём под одной крышей, но словно два чужих человека.

И хуже всего то, что я не понимаю, когда это произошло.

Когда я его потеряла?

Когда он перестал смотреть на меня так, как раньше? Когда перестал касаться так, будто ему мало?

Когда он перестал меня хотеть?

Мы не занимались любовью уже хрен знает сколько…

Я даже не сразу это поняла.

Дни сливаются в работу, в показы, в ткань, эскизы, организацию. Я прихожу домой поздно, но*он приходит ещё позже.

Я засыпаю, не дождавшись его. А утром… а утром его уже нет.

Меня это пугает.

Раньше такого не было.

Да, у нас бывали периоды, когда работа забирала всё время. Мы уставали. Но мы никогда не отдалялись вот так

Я стою перед зеркалом в ванной, смотрю на себя.

Я не изменилась.

Я всё та же женщина, которой он всегда восхищался.

Всё та же, в кого он когда-то влюбился.

Жена, мать его ребёнка, его опора.

Так почему я чувствую себя ненужной?

В голове всплывает мысль, от которой перехватывает дыхание.

Может, дело не в работе?

Может быть, у него появился кто-то ещё?

Иначе как объяснить его поздние визиты домой, его молчание, его отсутствие?

Как объяснить то, что он даже не пытается коснуться меня?

Меня бросает в жар, а потом в холод.

Нет.

Нет.

Максим не из тех, кто предаёт.

Я знаю это точно.

Я не позволю себе думать иначе.

Он никогда не поступил бы так со мной.

Никогда.

Он знает, что я не прощу предательства.

Так же, как и он сам.

Я глубоко вдыхаю, тру лицо руками, словно пытаюсь смыть все эти глупые, навязчивые мысли.

Но осадок остаётся.

Я разучилась понимать его.

И это самое страшное.

Я не знаю, что творится у него в голове.

Не знаю, о чём он думает, когда ночью возвращается домой и даже не заходит в спальню.

Не знаю, почему он больше не разговаривает со мной.

Я жду.

Жду своего показа.

Жду момента, когда мы сядем, поговорим, всё исправим.

Но где-то внутри я понимаю — исправлять, возможно, уже поздно.

Потому что разрыв уже случился.

Просто я ещё не успела этого осознать.

Завтра продолжим)

Виктория

Путь домой кажется мне бесконечным. Сил больше нет. Последние дни я работаю на износ, почти не ем, не сплю, и даже кофе уже не помогает. Показ – моя цель, мой финальный рубеж. Ещё немного, и я смогу вздохнуть спокойно, перестать бежать, хотя бы на мгновение.

Но пока – ещё нет.

Я уже не чувствую боли в ноге, будто организм просто отключил эту часть нервных окончаний. Или же я так устала, что уже не замечаю сигналов собственного тела. В машине я засыпаю, но когда водитель сообщает, что мы приехали, я едва заставляю себя открыть глаза. Дом.

Свет горит в окнах гостиной.

Максим дома.

Странно. В последние недели он почти всегда возвращался позже меня, а сегодня он опередил. На секунду я задерживаюсь в машине, не спеша выходить. Что-то внутри меня сжимается в неприятном предчувствии.

Когда я вхожу в дом, бросаю пальто на крючок, почти не слышу звука собственного дыхания. Странная тишина. Не та, что успокаивает. Та, что давит.

В гостиной он.

Максим стоит у окна, одной рукой держит телефон, в другой – стакан воды. Взгляд усталый, но цепкий, в лице – жёсткость, которую я слишком хорошо знаю. Она появляется, когда он не доволен. Когда что-то идёт не по его сценарию.

— Ты опять поздно, — его голос ровный, но я чувствую, как за этим спокойствием прячется раздражение.

Я тяну руки к вороту блузки, едва сдерживая желание прикоснуться к вискам и снять напряжение. Взгляд бросаю на часы – почти час ночи. Действительно поздно.

— Завтра показ, — я выдыхаю, подбирая слова осторожно. — Всё идёт не так, как должно. Работа кипит, времени нет.

Максим смотрит на меня несколько секунд, потом бросает телефон на стол и делает пару шагов ко мне. В его движениях напряжённость, словно пружина внутри него сжалась до предела.

— Что-то случилось? — спрашиваю я, пытаясь понять причину его настроения.

— Всё то же самое, — пожимает плечами, но в этом жесте скованность. — Бизнес, контракты, поставщики. Финансовый отчёт не сошёлся. Совет директоров вставляет палки в колёса.

Его голос становится холоднее, жёстче.

Раньше он рассказывал мне всё. Мы обсуждали его проблемы за ужином, он всегда спрашивал моего мнения. Теперь же – ничего. Я чувствую, как он отдаляется.

— Всё наладится, — тихо говорю я, осторожно касаясь его руки.

— Ты так уверена? — в его голосе скепсис.

— Да, — я заставляю себя улыбнуться. — Мы оба сейчас на пределе. Это временно. Скоро всё встанет на свои места.

Он не отвечает. В его глазах нет прежней лёгкости. Я чувствую, как что-то в нём стало тяжёлым, непроницаемым. Это не просто усталость.

— Завтра я постараюсь приехать на показ, — говорит он после паузы.

Я вскидываю взгляд.

— Правда?

Он медлит. Затем медленно кивает.

— Правда. Рома с Алисой тоже будут.

Я киваю в ответ.

Он смотрит на меня. Долго, выжидающе. Будто хочет что-то сказать, но передумывает. Затем легко касается моего подбородка, большим пальцем проводя по моей щеке.