Чтение онлайн

— Уверен, все будет в порядке. Справку в школу я выписал.

— Спасибо, — благодарит его Даша.

Мы провожаем врача к двери, и я возвращаюсь в гостиную. Дарья идет за чаем.

Опускаюсь на край дивана рядом с закутавшимся в одеяло Сашкой.

— Чем температуру нагнал? — Тихо спрашиваю сына.

— Натер, — виновато опускает глаза.

— Понятно, — понимающе киваю. — Я когда-то градусник в чашку с кипятком засунул.

— И что? — Спрашивает, не поднимая глаз.

— И что… Градусник ртутный треснул. Мать меня чуть не убила за это.

— Маме расскажешь?

— Нет. Не расскажу. Но маму обманывать — очень плохо! — Придаю голосу побольше строгости.

— Я знаю.

— Ты понимаешь, что она безумно волнуется за тебя?

— Понимаю, — грустно отвечает Саша. — Просто я хотел побыть здесь еще немного.

— Я так и подумал, — хмурюсь. — Чтобы не огорчать маму, придется тебе поболеть дня три. Потом выздоровеешь. Понял?

— Ага, — явно оживившись, активно кивает головой.

На том и решили. Александра переместили в гостевую комнату на втором этаже, чтобы он мог «болеть» с комфортом. Герман привез нам продукты на несколько дней и витамины для Саши. Дарье я выделил свою спальню. Сегодня я посмотрел на эту женщину совершенно другими глазами. Меня впечатляет то тепло и нежность, с которой она относится к сыну. Эта женщина достойна внимания, заботы и любви.

Дарья дорвалась до кухни и принялась на ночь глядя варить бульон, чтобы было чем с утра покормить страдающего воспалением хитрости Александра. Я не стал перечить. Пусть готовит, если ей так хочется. Я пытался переубедить её, говорил, что с утра приедет домработница, всё и сделает. Но это было бесполезно.

Даша порхала на кухне, словно юркая стрекоза. Наблюдая за ней, я то и дело облизывался от витающих запахов домашней еды и её стройной фигурки. Заставляю себя не смотреть, но то и дело возвращаюсь к ней взглядом.

На бульоне Даша не остановилась. Она запекла нам на второе рыбу с овощами. От одного запаха мой желудок начал возбужденно урчать. Мне сразу вспомнилось детство и бабушкина стряпня. Она жила с нами и постоянно готовила что-то: пироги пекла, блинчики. Родители много работали. Маме приготовить было некогда. Я всё ждал, что жена мне готовить будет, но и тут не сложилось. Маша не любила готовить. Яичница с утра — это был настоящий подвиг.

— Я раньше совсем не умела готовить, — улыбается про себя Даша.

— Ради мужа научилась? — Спрашиваю с легкой ревностью в голосе. Меня бесит от одной мысли, что она могла стараться для кого-то еще, кроме меня.

— Нет, — мотает головой. — Ради Сашки. Мужу поначалу приходилось есть то, что дадут. Потом уже, когда Саша подрос, то пришлось что-то интересное выдумывать, потому что есть он совсем ничего не хотел.

Дарья смотрит на меня украдкой, затем ставит передо мной тарелку с рыбой.

— Не знаю, что там было раньше, но сейчас эта рыба пахнет безумно вкусно, — искренне хвалю хозяйку.

— Приятного аппетита, — желает Дарья и подает мне приборы.

— А ты? — Делаю несколько глотков сока.

— Я не голодна. Спасибо, — она хочет отойти от стола, но я ловлю её за руку.

— Тогда просто посиди со мной рядом.

Дарья опускает глаза, потом смотрит прямо.

— Я пойду посмотрю: как там Саша, а потом вернусь.

— Хорошо, — нехотя отпускаю её, зная, что с парнем все хорошо.

Не проходит и пяти минут, как Даша возвращается и говорит, что Сашка уже уснул. Лоб у него холодный. Температуры нет.

Ну что ж, ожидаемо.

— Вот и замечательно. Еще денек, второй полежит и совсем выздоровеет, — заявляю я и заставляю девушку сесть рядом.

Предлагаю Дарье вина, но она отказывается, ссылаясь на то, что ей завтра на работу с утра.

— Ты можешь не работать. Я вполне могу себе позволить содержать вас с Сашей.

— И Машу с ребенком?

— Если этот ребенок от меня, то да. Я достаточно зарабатываю, чтобы обеспечить своих детей, — от этого разговора я начинаю злиться. Потому что ни хрена не понимаю её претензии.

— Вот именно, Влад. Детей. А я — не твой ребенок.

— Ты — мать моего сына. И вообще, я не вижу смысла в твоей работе. Хочешь, я буду давать тебе эти деньги просто так.

— Не хочу, — нежные щеки Даши вспыхивают, и она выдыхает через рот. — Нам с Сашей от тебя ничего не нужно.

— Ты сейчас это серьезно?

— Вполне. Спасибо тебе, конечно, за предложение, но я не хочу потом чувствовать себя должницей.

— Какие глупости ты говоришь! — Отставляю тарелку с едой в сторону. — Это я сейчас чувствую себя твоим должником!

В темных глазах отпечатывается изумление:

— Ах, вот оно что?! Ты просто чувствуешь себя моим должником! — вскакивает на ноги и отходит в сторону.

Я тоже поднимаюсь на ноги, подхожу к ней.

— И не только, — говорю, наблюдая за её реакцией.

Даша открывает рот, явно желая еще что-то сказать, но, задумавшись, лишь облизывает пересохшие губы. Я внимательно слежу за движениями её острого язычка и понимаю, что тем самым она сейчас испытывает меня на выносливость. Дарья выдыхает, а я смотрю ей в глаза и словно чумной тянусь рукой к её затылку. Потому что если я её сейчас не поцелую, то просто сдохну от желания выплеснуть все свои эмоции наружу. Она не успевает сказать и слова, как я накрываю её рот поцелуем. Секунда и девушка обмякает в моих руках, благодаря чему я позволяю себе толкнутся языком глубже. Еще миг и я чувствую, как она хватается меня за запястья, но не отталкивает, а просто держится. Усиливаю нажатие на её губы. Даша глотает воздух и слегка подается вперед. Она сильнее хватается пальчиками за мои руки и внезапно отталкивает меня.

Тяжело дыша, Дарья отступает от меня на несколько шагов и испугано смотрит на лестницу. Затем на меня. Её глаза широко распахнуты.

— Не надо больше так делать. Не хочу, чтобы Саша это видел, — выдыхает она. — Он и так боится, что я оставлю его бабушке, а сама буду жить с другим мужчиной.

Мой мозг начинает метаться между желанием продолжить начатое и извиниться.

Хотя за что извиняться? За то, что я поцеловал её? За то, что хочу заботиться о ней и Саше?

— Значит, надо ему всё объяснить, — говорю я.

Дарья хмурится.

— Тут для начала самим бы разобраться.

— Давай разберёмся. Я только за.

Наши взгляды наконец-то встречаются, и мы замираем. Дарье явно неловко от всего происходящего. Она смотрит на меня так открыто и так беззащитно. Что вместо объяснений я снова приближаюсь к ней и жадно целую её мягкие губы.

Дарья

— Надевай, — Влад подает мне куртку.

— Я никуда не пойду, — протестую я, но мужчина нахально накидывает верхнюю одежду мне на плечи.

— Хорошо, если ты не хочешь идти ногами, я возьму тебя на руки, — нагло мурлычет Влад.