Чтение онлайн

— Обещаю, больше не буду нервничать.

Галя кивает и просовывает мне через стол небольшую шоколадку в желтой обертке.

— Поднимает настроение, — говорит она и снова улыбается мне. Я смеюсь. Точнее давлю из себя улыбку и говорю:

— Спасибо.

Беру шоколадку и разрываю упаковку.

Раздается звонок, — звонит Галин телефон.

— Да, Маш, — говорит она, кидает взгляд на меня и выходит из своего стола.

Маша, — повторяю я до боли знакомое имя, но мои размышления прерывает голос.

— Устина, — кричит на весь кабинет женский голос, — тебя Альберт вызывает к себе.

Блин.

Шоколадку откладываю в дальний ящик, хватаю блокнот, встаю и поправляю платье. Смотрюсь в зеркало, живот не видно. Выдыхаю и бегу к нему в кабинет.

Он сидит, развалившись на стуле, и смотрит в свой монитор, резко отрывает взгляд и переводит на меня.

Я вижу его горящие глаза. Он хочет меня. Чувствую, как он меня медленно раздевает, наслаждаясь этим процессом.

Мне неприятно. Противно и хочется помыться после этого.

Терплю.

— Садись Устина, — говорит он, и я сажусь в черное кресло, поднимаю свой взгляд на его стол и замираю.

На тумбочке стоит бутылка вина точно такой же марки, которую я разбила в особняке Дашковича.

— Что с тобой? — спрашивает меня Альберт.

Я не могу отвести взгляда от бутылки. Меня будто поражает током, лишая возможности даже пошевелиться и что-то вымолить.

Он смотрит на меня и переводит взгляд на бутылку.

— Это мне заказчик подарил, — сказал, что очень редкое коллекционное вино. Я еще не успел убрать.

— Заказчик, — меня передернуло. Теперь я, открыв широко глаза, смотрю на Альберта. Он пугается от такого взгляда и вытаращивает глаза.

Заказчик.

Демид здесь был? — спрашиваю я саму себя, и одергиваюсь от этой мысли. Он здесь? Напрягаю память, в голову ничего не приходит.

Я сегодня видела практически всех или нет. Он бутылку передал? Я просмотрела его. Видел ли он меня?

Дрожь разбегается по всему телу, я снова смотрю в глаза Альберта. Мамочки, мне кажется, что передо мной сидит сам Демид.

Опускаю глаза, мне срочно надо домой. Причем бегом. Опять отпрашиваться. Ну, ничего, возьму с собой всю работу и сделаю за ночь.

— Устина, — спрашивает Альберт, — с тобой все хорошо?

Он сам пугается. Я вижу его озабоченное лицо. Неудобно.

— Все хорошо, — проговариваю я и опять кошусь на бутылку. Она меня манит, просто убивает. Альберт тоже на нее смотрит не в состоянии понять, что же с ней не так.

Я не могу ему рассказать, да и не должна.

— Слушай, — говорю я ему напрямую, — можно я уйду с обеда, обещаю с утра прислать полностью готовый проект.

Альберт кивает. Он согласен на все, лишь бы я пропала.

— Хорошо, — встаю я, оставляя его в полном смятении. Он продолжает на меня коситься. Прожигает мою спину. Я это чувствую.

Но я стараюсь просто свалить без лишних слов. Но ноги прирастают к полу. Эта бутылка от меня не отстает.

Я разворачиваюсь и снова смотрю в глаза Альберту. Он, наверно, сейчас покроется синими пятнами. Ему неудобно от моего резкого взгляда и он ерзает в кресле.

— Что еще? — он озадаченно задает мне вопрос, пытаясь понять, что я снова от него хочу.

— Скажи, пожалуйста, — начинаю я, тяну время. Задавать ему вопрос или нет? Закрываю глаза, беру секундную паузу. Она, наверно, для него тянется вечностью, — скажи, кто тебе подарил это вино?

— Заказчик, — повторяет он снова это слово. Да я поняла, злюсь про себя. Мне нужно имя.

— Я неправильно спросила, — исправляю себя, — как зовут заказчика?

— А, — Альберт, выдыхая, отталкивается от стола, — Это Андрей Павлович Нестеров. Он купил особняк у Дашковича со всем содержимым, вот и прислал одно вино из своей коллекции. Сам Дашкович переехал за границу. Но это слухи.

— Значит свадьба состоялась? — спрашивая я себя. Не знаю, в новостях ни единого слова. Молчок.

Он галантно замолкает, пытаясь расшифровать мой жест. Понять, что со мной наконец-то происходит, но у него ничего не получается.

— Дашкович, — распродает часть своих особняков, правда, не продает самые ценные. К нам поступают заказы на их реставрацию. Кстати, если ты хочешь, можешь съездить посмотреть особняк, где хранилось это вино.

Меня передернуло. Посмотреть особняк, по которому я бегала от старого хозяина. Нет, без Дашковича этот кусок кирпича мне больше неинтересен.

— Нет, спасибо, — говорю я отрывисто и выхожу из его кабинета.

Значит, ты распродаешь свои особняки и уезжаешь за границу. Я усмехаюсь. С молодой женой будешь жить в какой-нибудь Турции или Эмиратах.

Я даже не плачу, у меня больше нет слез. Даже не горько, не хочется падать и биться в истерике. Просто прощаюсь со всеми в офисе.

Все шушукаются. Знают, что я беременна. Поэтому одобрительно меня провожают взглядом. Я махаю им рукой и выхожу.

Глоток свежего воздуха, как заряд бодрости на остаток дня. Иду пешком, трамваи и троллейбусы для меня сейчас под запретом. Не рекомендовано врачом.

Иду по старинным улочкам и любуюсь цветущими цветами. Чувствую их запах, на время останавливаюсь и закрываю глаза. Стараюсь о нем не думать. Будто он выпал из моей памяти. Ч и т а й к н и г и на К н и г о е д . н е т

Открываю глаза, и тут меня поражает удар. Огромный рекламный щит закрывает собой часть здания. На нем моя гостиница, точнее Дашковича. Отдых в отеле от лучшего дизайнера.

Прячу свой взгляд, будто вижу его. Он, явно издевается, женился на своей супермодели, так пропади из моей жизни.

Зачем ты снова ко мне подбираешься. Сначала через это вино. Я, как только увидела его у Альберта, думала упаду в обморок. Потом это вывеска. А дальше что?

Поднимаю голову и смотрю на дорогу, после на плотный поток машин и людей. Может он где-то здесь затерялся среди толпы и высматривает меня.

— Нет, — говорю вслух, не пугаясь проходящей толпы. На меня никто не обращает внимания. Я никому не нужна. Поэтому иду дальше.

Дашковича тут нет. Откуда ему взяться.

Раздается звонок. Я замедляю шаг и соображаю, что разговаривать я точно не хочу. Не в этот раз. Но музыка настырно продолжает играть в моих ушах. Я лезу в сумку и достаю черный смартфон.