Чтение онлайн

– Что надо? – сурово спросила я, не пропуская Стаса внутрь.

– Я принес твои вещи, – тихо проговорил он, протягивая большой пакет. – Ты вчера оставила.

– Знаешь, вчера мне было совершенно не до них, – с сарказмом произнесла я, забирая пакет.

– Прости меня, – еще тише проговорил Стас, опустив голову. – Нам надо поговорить. Впусти меня, пожалуйста. – посмотрел он на меня взглядом побитой собаки. – Не хотелось, чтобы все слышали.

Я вздохнула, Стас был прав, совершенно не обязательно, чтобы все соседи знали о моих проблемах.

– Заходи, – велела я, отходя и освобождая проход в квартиру. – Но учти, мне надо заниматься матерью.

– Я подожду, сколько надо, – кивнул Стас.

Усадив его на кухне, я принялась готовить кисель. Пока ягоды кипели, развела крахмал и вылила туда. Теперь осталось немного помешать и потом остудить. Стас наблюдал за моими действиями.

– Уля, нам надо поговорить, – опять сказал он. – Я хочу попросить у тебя прощения за вчерашнее.

Я повернулась к мужчине, сжимая в руке половник, которым разливала по емкостям кисель.

– Я не знаю, что на меня вчера нашло, – продолжил Стас. – Был пьян и неадекватен. Но, согласись, ты тоже повела себя не очень хорошо. Обрыгала меня и всю постель. Кому это понравится?

– Я просила меня не принуждать к сексу, – ответила я. – Тем более в такой форме. Да и избиение ты тоже считаешь нормальным?

– Каюсь, я сильно виню себя за это, – встал Стас и направился ко мне. – Ну, прости меня, Улька! Клянусь! Я никогда тебя больше пальцем не трону! Только ласково, – он нежно провел по моим волосам. – Нравишься ты мне, понимаешь? Сам не знаю, что я в тебе нашел. Но хочу до усрачки! Выходи за меня, а?

– Ты что, предложение мне делаешь? – опешила я.

– Как видишь, – кивнул Стас. – Попрощаться с праздной жизнью холостяка, так сказать.

Я молчала, да и что мне было ответить. После всего, что между нами было.

– Я не люблю тебя, Стас, – наконец вымолвила я.

– Ты не торопись, – посоветовал мужчина. – Я же не говорю, что прям завтра. Подумай хорошенько. А любовь? Кто о ней говорит. Тем более у тебя на меня до сих пор обида. Я понимаю. Давай повстречаемся, погуляем, пообщаемся. Без секса! – он виновато улыбнулся. – Давай? Ну пожалуйста! Не гони меня.

Я смотрела на мужчину, и что-то екнуло в груди. Может и правда еще можно изменить все, попробовать опять.

– Хорошо, – кивнула я. – Давай начнем с начала. Но если ты хоть раз поднимешь на меня руку…

– Я уже сказал! – остановил меня Стас. – Никогда!

– Подожди, пока я накормлю маму и подготовлю ее ко сну, – попросила я. – Поешь пока. – я поставила на стол стакан с начавшим уже застывать киселем и ложку.

– С удовольствием! – улыбнулся Стас, садясь обратно. – Мне такое только в детстве приходилось употреблять.

Он взял ложку и стал орудовать ею в стакане. А я поспешила в спальню. Мама лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Взгляд был абсолютно бессмысленным. Я быстро переодела памперс, предварительно обработав все моющей пеной для лежачих больных. Затем посадила ее и стала вливать в рот теплый кисель.

– И долго ты так будешь мучиться? – произнес стоявший в дверном проеме Стас.

– А что ты предлагаешь? Это же моя мама, – возразила я. – И не надо опять убеждать отдать ее куда-то. Она будет дома.

– Я не настаиваю, – отгородился ладонью Стас. – Но можно же нанять сиделку.

– У меня нет на это средств, – ответила я, докармливая маму и вытирая ей губы.

– Неужели у старушки ничего не отложено? – кивком указал он на мать. – Наверняка где-нибудь в матрасе спрятал. Ты не смотрела?

– У нас все деньги ушли сначала на лечение отца, а потом и на маму, – проговорила я, укладывая ее спать.

– Понятно, – задумчиво произнес Стас. – Ты все? Может, пойдем прогуляемся?

– Извини, – отказалась я. – Мне завтра рано вставать. Да и болит все после вчерашнего.

– Вот блин! – расстроился Стас. – Еще раз прости! Тогда я пойду. Завтра вечером встретимся?

– Можно, – кивнула я. – А где?

– У того же кафе, – ответил Стас. – Только приходи не в своем рванье, а в том, что я купил, хорошо? Может Майк, тоже забежит после работы. У него тоже дома кобздец.

– А что такое? – нахмурилась я.

– Да не важно, – отказался говорить Стас. – Не забивай свою прекрасную головку всякой ерундой.

У двери Стас наклонился ко мне для поцелуя, но я отрицательно покачала головой.

– Ок, не хочешь, как хочешь, – поджал губы мужчина. – Тогда до завтра. Береги себя.

Закрыв за ним дверь, я вернулась на кухню. Взяла еще одну емкость с киселем, стала есть. Кисель показался мне слишком сладким, и я отставила его. Захотелось чего-то кисленького. Покопавшись в шкафчиках, я обнаружила несколько старых барбарисок. Именно они стали моим ужином.

После работы я переоделась, как и просил Стас. Надела купленную им коротенькую юбочку, еле прикрывающую зад, обтягивающий топ с низким вырезом, в который была видна почти вся моя небольшая грудь, поднятая пуш-апом. Я прикрыла декольте маминым шелковым платком, мне было непривычно такое обозрение для всех. Немного подкрасила тушью ресницы и нанесла блеск на губы. Затем накинула кожаную новую куртку и сапоги на платформе. Перед выходом сбрызнула себя духами, которые подарили девчонки с работы на день рождения, и пошла на свидание.

Стас был без цветов. Он нежно поцеловал меня в щеку.

– Ты сегодня очаровательна! – произнес он комплимент. – Заходи! – открыл он передо мной дверь в кафе.

В этот раз он не искал темных уголков, а наоборот, усадил меня посередине зала, рядом с музыкантами.

– Официант! – воскликнул он и щелкнул пальцами. – Меню!

Я улыбнулась, настолько показался этот образ комичным, Стас совершенно не походил на аристократа. Вскоре нам принесли меню.

– Можешь заказывать все, что пожелаешь, – сказал он. – Я же должен загладить свою вину.

Я кивнула. Блюда поражали не только составом, но и ценой. Я постаралась выбрать подешевле – жюльен с грибами, салат цезарь и мороженое. Стас, как и в прошлый раз, взял пиво и ассорти к нему.

– Ты довольна? – спросил Стас, когда я аккуратно нацепляла на вилку креветку и листик салата. – Я угодил?

– Спасибо, – кивнула я. – Мне все нравится.

– Вот и хорошо, – обрадовался Стас. – О! Вот и Майк!

К нам подошел уже известный мне мужчина. Он явно устал, под выразительными карими глазами проявилась синева, несколько морщинок прочертило лоб. На щеках и подбородке была небольшая щетина.