Чтение онлайн

– Есения, я тебя люблю, – выдержав паузу, пророкотал он и, скривившись, нахмурился: – Очень сильно люблю. Давно люблю, но… Это делает меня слабым, а я не привык быть уязвимым. Наши женщины уважают и боготворят мужа или… боятся. Только от тебя зависит, какие чувства у тебя буду вызывать я, и только от тебя зависит, станет ли наш брак раем или…

Он улыбнулся, но нежности в этой эмоции не было, от слова совсем.

– Раем для тебя, если ты не поняла, – хмыкнув, он поиграл бровями и, склонив голову набок, добавил: – Моя жизнь ничуть не изменится. Обожание и доступность можно получить по щелчку пальцев, за деньги, подарки и даже даром. Но я готов попробовать воплотить наши общие мечты в реальность. И ты всё ещё можешь…

– Засунь свои мечты в жопу, – дикой кошкой зашипела я и, скользнув в сторону, быстро отошла, намеренно отгораживаясь от Рустама столом.

Он шагнул ближе, пытаясь обогнуть преграду, но я вскинула руки и предупредила:

– Я буду кричать.

– Будешь, – кивнул он и, посмотрев исподлобья, вкрадчиво дополнил: – Но не сегодня.

Отшвырнув окровавленную салфетку на стол, вышел из столовой и хлопнул дверью. Я вздрогнула от звука и, покачнувшись, ухватилась за край стола.

Долго и с трудом сдерживаемые слёзы хлынули по щекам, а я закусила губу и, зажмурившись, жалобно заскулила. Всё плохо! Слишком плохо и теперь предсказуемо. Не будет чуда, нам не удастся договориться. Болезненная одержимость не позволит Рустаму отменить нашу свадьбу, а моё равнодушие не остановит его попыток добиться меня любыми путями.

Со слов ненавистного жениха, он ждал два года. Стали понятны причины столь поспешной организации свадьбы и настойчивости. Рустам не скрывал своих намерений, а я по глупости раскрыла все карты.

Злость на него и на папу накрыла лавиной. Ломая дурацкие ногти, я сгребла край скатерти и, дёрнув, отправила в полёт и дорогую посуду и еду, и пузатую вазу с когда-то любимыми цветами, и драгоценности, подаренные тем, кого я теперь ненавидела всей душой.

Грохот, звон стекла, тупая боль и полный хаос… Вокруг и внутри…

Именно этот момент выбрал папа, чтобы войти в столовую. Замер в дверном проёме и, осмотрев результаты моей несдержанности, свёл брови на переносице.

– Что ты натворила?! – взревел он и, подскочив, больно ухватил меня за локоть, продолжая орать: – Совсем с катушек съехала?! Истеричка! Он к тебе с добром!.. С подарками!.. Со всей душой, а ты!.. Лицо ему исполосовала!.. За что?!

– Он приставал! – пытаясь оправдаться, выкрикнула я и, закрыв лицо руками, разрыдалась ещё больше.

– Дура! Ты просто капризный ребёнок! – оглушая, проорал папа и, отпихнув меня в сторону, присел. Выбирая из кучи осколков и месива еды, украшения, глухо выругался и, вскинув взгляд на служанку, мнущуюся в дверях, скомандовал: – Уберите тут всё! Украшения отмойте и унесите в мой кабинет.

Встав, вытер руки о какую-то тряпку и, схватив меня за предплечье, поволок к двери. Длинный коридор, лестница, ещё коридор, дверь моей комнаты и… меня кульком впихнули внутрь и, прежде чем закрыть дверь, папа замер, буравя меня взглядом, полным разочарования.

– Папа, он монстр! Жестокий зверь! – заламывая руки, проскулила я и, поёжившись от непривычно чужого взгляда, всхлипнула: – Он такое обещал. Вернее, угрожал таким, что… Неужели ты поверишь ему, а не мне?

– А ты зажравшаяся и избалованная девчонка, – подытожил папа и, покачав головой, с горечью добавил: – Теперь я в этом убедился. Признаю, пробелы в твоём воспитании – это мой просчёт, но… Есения, я не думал, что ты так меня опозоришь из-за банального каприза.

– Что-о-о? – охнув, выдавила я. – Каприза? Папа, я не согласна…

– Помолчи, – отрезал он и, кивнув в сторону лестницы, произнёс с нескрываемой горечью: – Я видел. Я всё видел своими глазами. Он не сделал ничего плохого, хотел познакомиться, принёс цветы, дорогой подарок, а ты… Зачем оскорбила будущего мужа?! И что за погром устроила?!

– Это из-за… – сформулировать что-то логичное почему-то не получалось, и я мысленно ругала себя за несдержанность.

– Хватит, Еся, хватит! – рявкнул папа и, прежде чем закрыть дверь, отчеканил: – Теперь я жалею, что тянул время с этим браком. С этого дня и до самой свадьбы из комнаты ты не выйдешь.

– Но папа!..

– Разговор окончен!

Есения

Папа сдержал своё слово. Из комнаты меня не выпускали, принося еду по часам и забирая почти нетронутые блюда назад. Служанка протискивалась в комнату мимо очередного охранника и, оставив поднос, молча уходила.

Я сильно похудела, но поняла это, лишь когда за три дня до свадьбы мне привезли на примерку несколько платьев. Они висели на мне бесформенным мешком, а мне было всё равно.

– Странный у вас жених, даже точный размер одежды не знает, – прицыкнув языком, фыркнула девушка, подкалывающая маленькими булавками излишки ткани по бокам.

– Да, странный, – едва слышно отозвалась я и, скосив взгляд на охранника, застывшего у двери бездушным изваянием, поморщилась.

– Я не успею ушить, – оглядев результаты примерки, проворчала девушка и, уперев руки в бока, предложила: – Может, всё же в салон? Ехать всего полчаса, но там мы подберём платье, не требующее больших переделок.

– Нельзя, – буркнул охранник и, отвернувшись лицом к двери, добавил: – Примеряйте остальные. Если не подойдёт, привезёте ещё партию.

Девушка смерила его широкую спину уничтожающим взглядом и, закатив глаза, покачала головой. Пригладила выбившиеся из причёски волосы и, обойдя меня по кругу, заворчала:

– Так можно весь салон перевезти? Мне бы понять, что нравится невесте, а что нет.

– Мне всё равно, – пожав плечами, буркнула я и, стягивая с себя очередное облако кружев, подсказала: – Не надо ушивать, привезите что-то со шнуровкой. Мне уже вас жалко, честное слово.

Девушка, которую привезли ещё ранним утром, нагруженную пакетами с нарядами, и которая скакала вокруг моей персоны уже не первый час, посмотрела на меня с сочувствием.

– А мне вас, – прошептала она и, оглянувшись на охранника, тихо уточнила: – Что-то не так?

– Всё не так, – накинув халат, прошептала я и, пытаясь не разреветься, закусила губу и мотнула головой: – Но вы мне ничем не поможете.

– Но я могу попытаться, – прошелестела она, но караулящий нас охранник, будто что-то почувствовал.

– Готово? Могу повернуться? – пророкотал он, а я вздрогнула.

Моя помощница показала его спине неприличную комбинацию из трёх пальцев, а вслух произнесла довольно жёстким тоном:

– Ещё нет! Ты что, давно голых девиц не видел? Вот пожалуюсь хозяину дома!..

Выудив следующее платье, продемонстрировала его мне и, повернув, указала на шнуровку, поясняя с протяжным вздохом:

– Вот это и ушивать не понадобиться, главное, чтобы модель понравилась. Классический прямой силуэт, атлас, верхний слой из тончайшего шифона, декорированного кружевом и вышивкой, цвет…