Чтение онлайн

— Ладно, присядь. Адрес свой назови, я организую тебе такси.

— Вы так щедры, — умиляется Ольга. — Дай бог здоровья вам и вашему будущему ребеночку. Кстати, как она поживает? Ваша малышка… Имя уже выбрали?

Отвечаю сдержанно. Благо, сегодня приложение такси радует тем, что заказ приняли и обработали быстро, несмотря на поздний час. Ольга собирается, уходит.

К ужину едва притронулся, посуду лениво сгрузил в посудомойку. Позвонил приятель, руководитель клиники. Костик все ссытся, как бы последствия сделанного на нем не сказались… Поэтому пробивает информацию под видом дружеского участия и простой беседы.

Я устал.

Устал от этих игр и собственной лжи тоже устал.

Вымотался.

Как я и дальше собирался жить, если меня и на весь срок беременности не хватило.

Заврался так, что тошно, выхода не вижу.

Кругом лишь стены. Я в тупике…

Дом полон пустой, мертвой тишиной.

Но меня не оставляет чувство, странное и необъяснимое, будто я в доме не один.

Присутствие постороннего почти осязаемо…

Или я просто слишком взвинчен.

Пытаюсь уснуть.

Сон давит на грудь. Но мысли мечутся беспокойно…

В итоге, когда я все-таки засыпаю, мне сначала снится какая-то белиберда. Сплошная путаница: дом. работа, друзья — все в перемешку.

Потом картинка резко меняется.

Я вижу дом.

Свой дом…

Этот самый дом, в который я вложил много времени, денег и сил.

Я будто возвращаюсь откуда-то. С работы или с магазина. Неважно… У меня в руках пакет, который весит, кажется, целую тонну, оттягивает руки.

Бреду к дому.

Знаю, что это мой дом.

Но с трудом его узнаю: всюду царит запустение, стены потрескались, штукатурка висит лохмотьями.

Из крана противно капает вода.

Я что-то делаю, передвигаю, накладываю себе поесть из кастрюли на плите. Но когда подношу ложку ко рту, вдруг понимаю, что она пуста.

Ничего нет.

Горло раздирает жаждой.

Живот крутит от голода.

Все сильнее и сильнее. Но я не могу ни поесть, ни попить…

Вода капает и капает.

Мои пальцы скользят по крану, я не в силах его открыть.

Смотрю на собственные пальцы: они узловатые, в пигментных пятнах и морщинистые, словно мне лет восемьдесят или даже больше.

Обессилев воевать с краном, я тащусь через всю комнату к окну.

Оно меня манит тем, как на нем раздувается тюль от ветра.

Ветер же доносит до меня звуки голосов, детский смех.

Я замираю у окна и вижу, как на улице с мячом играет чудо, какая хорошая девочка. У нее темные хвостики, живая мимика лица и заразительный смех.

Любуюсь ей от чистого сердца, душа поет от звука ее смеха. Потом она подбирает мячик и убегает. Кажется, ее окликнула женщина-брюнетка, всего на миг посмотрев в мою сторону.

Девочка тоже обернулась и меня будто током пронзило: они так похожи.

Они мои…

Моя жена. Моя дочь…

Но почему смотрят так, будто на пустое место…

Я машу им изо всех сил, зову, но они не слышат!

Стучу по окну и вдруг ловлю свое отражение: там какой-то старик…

Кожа да кости и пустые, темные глазницы… Как у мертвеца.

Это видение шарахает по голове, я отшатываюсь, и окно плавно исчезает.

Его будто бы никогда и не было. Стены обступают со всех сторон…

Просыпаюсь в холодном поту.

С трудом сажусь на кровати.

Пальцы трясутся.

Я будто не в себе.

Трогаю свои волосы, не веря, что там еще густая шевелюра, а не те тусклые, жидкие седины из сна.

Тру лицо, оно еще не обвисло морщинами.

На груди до сих пор будто камень болтается…

Дышать нечем.

В комнате плотно накурено, и я понимаю, что надо завязывать с этим.

В последнее время курю все больше и чаще.

Надо перейти на другие, более легкие сигареты, но лучшим решением будет, конечно же, бросить курить.

Я обещал Даше бросить.

К рождению нашей малышки…

На-шей!

Она была бы похожей на мою жену. Как та девочка из сна, да?

Но что в итоге?

Кто у меня будет? Что?

Чего я добился?!

Больше не усну.

Одевшись, я выхожу на пешую прогулку.

Вставляю наушники, включаю музыку…

Просто иду, без цели…

Возвращаюсь лишь под утро и сразу же падаю на диван, даже не в силах добраться наверх, в спальню.

Едва успел воткнуть телефон на зарядку, но не включил его.

Потом, когда я, проспавшись, плотно поев, загружаю телефон, меня догоняют новости.

Плохие новости…

У Марины начались схватки, срочные роды.

Экстренное кесарево.

Ей же еще рано рожать!

Рано…

И ребенок… родился…

— Ты уже видел ее? — слабым голосом интересуется Марина.

После реанимационного отделения Марину перевели в послеродовое отделение, она провела ночь под наблюдением персонала.

Сейчас лежит одна.

Палата двухместная, но соседки у нее пока нет. Поэтому Марина лежит одна.

При моем появлении она едва приоткрыла глаза, простонала, что едва жива, и сложила бледные руки поверх одеяла.

— Как больно. Чувствую себя выпотрошенной рыбой. Даже в туалет ходить… больно, — говорит она. — Я не думала, что это будет так сложно.

— Как ты думала?

— Я вообще такого исхода не ожидала.

Марина всхлипывает, закрыв глаза руками.

— Ты видел ее? Видел нашу девочку?

Мне не хватает выдержки. Резко вдохнув воздух, я выпускаю его с рыком и выхожу…

Выхожу прочь, потому что желание крушить все подряд велико.

Кулак влетает в бетонную стену. Боль не отрезвляет, но злит.