Чтение онлайн

Дима без напоминаний убирает со стола и включает посудомойку, а Владик старательно развлекает нас всевозможными новостями. Мы проводим время, как настоящая дружная семья, и я бы назвала этот день идеальным, если б моё сердце не было склеено из тысяч крохотных осколков, способных рассыпаться в любой момент от неверного движения.

— Мааам, — шепчет мне в ухо сын, когда нас не слышат остальные.

— М?

— Прости нас, пожалуйста.

— За что?

— Мы должны были уделить внимание тебе после выписки, а вместо этого начали требовать твою заботу.

Моё мамское сердце тает и уже готово растечься лужицей от извинений и тёплых слов Димы.

— Кстати, если угостишь меня печеньем, то я никому не скажу, что нашёл его, — скалится во все зубы.

Вот ведь паразит.

— Забирай половину, — цежу еле слышно, чуть сдерживая смех, а затем мстительно добавляю: — Но не думай, что это спасёт тебя от семейной лепки котлет в выходные.

— Ну, мам! Я же извинился!

— И я тебя простила. Более того, — снова понижаю голос до шёпота, — угощу вкусняшкой. Но это не повод отдаляться от семьи, так что освободи выходные от дел. Всё, иди давай, я хочу отдохнуть.

Утром я снова делаю вид, что сплю. Катя, походив вдоль моей кровати туда-сюда, удаляется самостоятельно гладить блузку, так и не решившись меня разбудить.

Может, со временем она всё же додумается готовить форму с вечера?

Слушая, как семья уходит, я задаюсь вопросом: что же мне делать дальше? Лёжа в больнице, я грезила о мести. О том, чтобы Владик пожалел о своём поступке. Чтоб умолял меня остаться вместе с ним. Желательно на коленях.

А сейчас? Чего я хочу сейчас?

Я даже кольцо сняла, когда запретила себе плакать. И до сих пор его не ношу. Всё жду, когда благоверный заметит. Но, похоже, он вообще на меня не смотрит.

Мои дальнейшие размышления прерывает звонок. Нащупав телефон, подношу к глазам.

Ого!

Сергей…

Надо срочно причесаться и одеться! Вскакиваю с кровати и суматошно бегаю по комнате.

Стоп.

Вот дура. Он же меня не видит!

Дрожащим пальцем принимаю вызов.

— Алло.

— Ирина, доброе утро, надеюсь не разбудил?

— Нет-нет, я ранняя пташка.

— Я звоню извиниться за вчерашнее недоразумение.

Это он про красную связующую нить на картине? Так извиняться нужно мне, а не ему.

— Мои сотрудники напутали, приняли вас за одного из соискателей, вынудили потратить кучу времени. А я ещё удивился, почему вы пришли гораздо позднее, чем обещали. И теперь чувствую себя виноватым.

— Сергей, не говорите глупостей. Это была моя вина, толком не объяснила, вот и произошла путаница.

— И всё же я приглашаю вас на обед, чтобы сгладить возможное неприятное впечатление и поблагодарить за божественное печенье.

Это смешно.

Какой ещё обед?

Надо отказать под каким-нибудь благовидным предлогом.

У меня есть муж и двое детей.

Предатель-муж и его незаконная дочь.

— С удовольствием, куда пойдём?

Как бы я ни уговаривала себя, что иду на обычный дружеский обед, не могу удержаться от тщательного выбора наряда.

В итоге останавливаюсь на синем платье до колена, которое купила на прошлый юбилей, и кручусь перед зеркалом, придирчиво себя осматривая. Оно хоть и не новое, но выглядит прилично, ведь я надевала его всего дважды.

Тихонько радуюсь, что была достаточно благоразумной, покупая наряд из плотной шерсти с акрилом, скрывающий недостатки фигуры.

Я и в молодости была далека от стандарта девяносто-шестьдесят-девяносто, а теперь и подавно. Конечно, стараюсь следить за собой, но пяток лишних килограммов с годами всё же набежали.

Стряхиваю невидимые пылинки и ещё раз гляжусь в зеркало.

Мне идёт глубокий тёмно-синий цвет, но он делает ярче седину, которая обильно покрывает голову. И я сомневаюсь, стоит ли идти в таком виде, явно подчёркивая возраст.

Помню, как впервые нашла у себя седой волос.

Мне было тридцать три.

С тех пор муж взял привычку называть меня своей старушкой. Я улыбалась для приличия, но в душе было больно и обидно. То, что в организме заканчивается пигмент, отвечающий за цвет волос, не значит, что мне пора на пенсию.

Я сильно комплексовала, ходила в парикмахерскую, чтоб закрасить «позор», как мне тогда казалось.

Ну а после сорока пришло осознание, что не причёска делает меня молодой, и я плюнула. Отпустила седину и больше её не скрывала.

Я вообще по натуре человек открытый, секретов не люблю. Видимо, поэтому было так легко обвести меня вокруг пальца.

Кстати, Сергей уже видел, как я выгляжу. Ничего нового в моей внешности не найдёт. Наверное…

А если будет смеяться над сединой, как Владик, встану и уйду. Ничего же не потеряю.

Киваю собственным мыслям и, последний раз взглянув на своё отражение, уверенно выхожу из дома.

В назначенное время я стою у тяжёлых резных дверей ресторана. Администратор встречает меня приветливой улыбкой и провожает за стол, где уже ждёт мой спаситель.

— Здравствуйте, Ирина, замечательно выглядите, — галантно отодвигает мне стул.

— Спасибо, — смущаюсь будто восьмиклассница, получившая первый в жизни комплимент.

Забавно, совсем не помню, когда муж в последний раз говорил мне, что я красивая или в принципе что-нибудь приятное.

Собираюсь заказать салатик и что-нибудь попить на случай, если вдруг придётся оплачивать счёт самостоятельно. Но Сергей сразу берёт дело в свои руки.

— Очень рекомендую стейк средней прожарки, он здесь потрясающий, мясо во рту тает, — замечает мой неуверенный взгляд. — Вы не едите говядину?

— Нет, почему, ем.

— Вот и отлично, значит, попробуете?

— Давайте, — расплываюсь в улыбке.

В конце концов, я пришла сюда отдыхать, а не экономить. Даже если придётся платить самой. Для того и залезла снова в заначку.

— Ирина, вам будет комфортно перейти на ты? А то мы с вами, можно сказать, одной крови, а продолжаем выкать.

— Как здорово подмечено, — не могу сдержать лёгкого смеха, — я не против.

Замечаю, что Сергей не сводит с меня глаз и начинаю ёрзать, опасаясь, что в моей внешности есть какой-то огрех, который и привлекает внимание мужчины.