Чтение онлайн

Во врачебных кругах интрижки в стенах больниц не редкость. Когда ты живешь на работе и только ею, у тебя элементарно не остается времени на личную жизнь, а физиологические потребности порой наоборот завышены.

Организм любым доступным образом сбросить стресс хочет.

Девочки всегда под рукой.

– С тобой всё в порядке? Выглядишь измотанной. «Да что ты говоришь. Удивительно! И как так вышло, учитывая происходящее в последние месяцы». – Не нужно было приезжать. Мне утром, после операции, сказали, что ты всю ночь здесь провела.

Не дожидаясь моего ответа, Андрей поднимается на ноги и через какое-то время ставит передо мной стеклянный стакан с чистой водой.

Очередной «приход» моего благоверного.

Эти его резкие перепады настроения смущают меня больше всего.

– Если бы твой зам не позвонил мне в истерике, я бы провела ночь дома с Ангелиной.

Вчера, когда водитель Эдуарда Наумовича привез нас с дочкой домой, я решила посвятить остаток дня домашним делам. Поздним вечером, когда мы уже начали ко сну готовиться, позвонил Авдеев – лучший друг мужа и наш коллега – с воплями, дескать, всё пропало, две внеплановые операции оставили ОР и ИТ обездоленными.

Я хоть и не реаниматолог, но, судя по всему, на все руки мастер. Как сказал Игорь: «Ксюш, пожалуйста. Ты же понимаешь, терапевт всё лучше, чем медсестра».

Зашибись.

– Не бери в следующий раз трубку, – дает муж дельный совет.

– Екатерина Львовна, – называю имя свекрови, – была у нас на пороге спустя пять минут после звонка Авдеева.

Ещё когда муж только выбирал квартиру для своей матери поближе к нам, я понимала всю пагубность этой затеи.

Надо отдать должное, она помогает мне с Ангелиной, но когда при любом удобном и неудобном случае свекровь появляется в твоей квартире, радости не испытываешь.

– Я думаю, тебе стоит уволиться, – предлагает на грани с распоряжением. – Будешь проводить больше времени с малышкой. Возможно, получится второго родить. «Ха-ха, уже тороплюсь». – Было бы здорово, если бы пацан получился.

Тяжелые ладони опускаются на мои плечи. Андрей проходится по ним, легко разминая.

– Не говори глупости, – прошу его сухо. Мороз по коже идет от такого предложения.

Иногда мне кажется, мы на грани смертоубийства.

Какие нам ещё дети?

– Ксюш, я серьезно, – с усилием надавив на кожу большими пальцами, он заставляет меня развернуться. – Подумай над этим.

Глядя в его распахнутые «честные» глаза, смеюсь. И плевать, что слезы подступают.

– Тебе самому не смешно? Пять минут назад на твоих коленях девица сидела. Мы о чем говорим? Я хочу с тобой развестись, очень хочу. И ты это знаешь.

Намеренно захожу на опасную для себя территорию. Стоит мужу услышать слово «развод», как он звереть начинает. В стенах больницы, уверена, он не станет позволять себе лишнего. Здесь он царь и бог. Светило. Всемогущий ведущий хирург.

Портить свою репутацию ради желания мне насолить? Неоправданный риск.

– Это всё несерьезно. Ты сама прекрасно знаешь. Твой отец…

– Моему отцу хватило храбрости развестись с мамой, – прерываю его, мешая закончить избитую фразу, – давай хотя бы сюда его приплетать не будем. И не надо мне снова за выгорание говорить, да и о том, что медсестры на вас, врачей, смотрят с таким обожанием, что устоять невозможно. Миллионы раз слышала. Неинтересно. Я выгораю не меньше тебя.

Андрей медленно втягивает носом воздух и резко выдыхает. Хватка на моем плече становится жестче.

После многочасовой ночной операции он очень уставший, тут и говорить не о чем, но при желании это не помешает ему свернуть мою шею за долю секунды.

– Ты пришла, чтобы вывести меня из себя? – вкрадчиво интересуется.

– Нет. Я не нашла в регистратуре карты одного нашего пациента. Даль Эдуард Наумович. Ты вчера меня к нему отправлял.

Андрей растирает ладонями лицо, после чего ерошит свои и без того непослушные волосы.

– Прости, тупая идея была. Ты меня так разозлила.

– Так легко… – откидываясь, упираюсь затылком в высокую спинку стула. – Не криви душой. Ты просто хотел показать мне моё место, – усталость раскрепощает, позволяя свои мысли озвучивать. – Я и капельницы делать должна, и дежурить в реанимации. Напомню тебе: когда вы с Авдеевым решили расширяться, упор собирались делать на хирургию. Что в итоге? У нас всего четыре реаниматолога – анестезиолога, два из которых пьющие. Андрей, это повод задуматься. Прокрути на досуге. А сейчас ещё раз – где карта Эдуарда Наумовича?

Я не сошла с ума и не просто так интересуюсь у главврача подобными мелочами.

В планах наша клиника должна была быть высокого класса. А в итоге новые «друзья» мужа осуществляют через нас свои совсем нечистые деяния. Андрей меня не посвящает, но порой, стоит только взглянуть на ту или иную девицу, что частенько к нам наведываются, сразу понятно становится, кто она, и какие именно услуги ей здесь оказывать будут.

– Ксюш, не лезь в это, – снова начинает раздражаться.

У нас появилась ещё одна запретная тема?

Собираюсь настоять на своем, но дверь в кабинет открывается, и снова без стука.

Обернувшись, замечаю в дверях объект своего беспокойства.

Поздоровавшись, Даль проходит вглубь кабинета решительным, но при этом степенным шагом. От мужчины веет уверенностью в собственных действиях.

Он обменивается с мужем рукопожатиями, а после переводит взгляд на меня.

– Я скоро к Вам зайду, Ксения Александровна, – недвусмысленно дает мне понять, что пора удаляться.

К моменту, когда Эдуард Наумович появляется на пороге моего кабинета, я успеваю хорошенько подготовиться.

Как мне поначалу кажется…

И утренний обход родной терапии сделать, чтобы в процессе никто нас не отвлекал, и договориться со всеми коллегами, которым мне бы хотелось показать этого неординарного и очень загадочного мужчину.

Надеюсь, он простит мне самоуправство.

Уговора на полное обследование не было. Такие люди, как он, не любят внезапные изменения в планах, но на рабочем месте я явно увереннее себя ощущаю. Мне думается, что удастся его уговорить уделить мне чуточку больше времени, чем ранее планировалось.