Чтение онлайн

– Сынок, - Анжелика подлетает и с улыбкой присаживается рядом с ним на корточки, дружески похлопав Алису по ноге.

– Идите играть в комнату.

На Матвея налетают Игорь и Валя, и все трое вдавливают Алису в кухонный островок. Анжелика оттесняет их и кучей подталкивает в сторону двери.

– Быстро, быстро. Кыш!

Затем она хватает тряпку и вытирает пятно с пола.

Мама отвлекается от светской беседы:

– Готовы идти играть во дворе, детки?

В ответ все трое синхронно вопят:

– Да!

– У Димы все готово?
– спрашивает мама Анжелику. Та пожимает плечами.

– Мам, он недавно начал жарить, позовет, когда будет готово.

– Как можно так долго жарить шашлык?
– возмущается Рада.

– Иди, пожарь быстрее, - парирует Анжелика. Рада театрально закатывает глаза.

Я подхожу к смущенной Алисе и наклоняюсь ближе. Ее сладкий цветочный аромат берёт меня в плен.

– Все в порядке?
– спрашиваю я на ухо. Мое дыхание касается ее кожи. Алиса заправляет прядь волос за ухо, и я зачарованно наблюдаю за движением ее тонкого запястья, желая коснуться ее шелковистых волос.

– Ага, слегка непривычно, - с робкой улыбкой отвечает она. Я смеюсь.

– К этому быстро привыкаешь, - говорю я, на что Алиса игриво вскидывает бровь.

– Твой сын…красивый. Вылитый ты, - негромко добавляет она. Я выгибаю брови.

– Кто? Матвей?
– я не сразу соображаю, прокручивая в голове ее слова. Мои губы расползаются в широкой улыбке. Я стою так близко, но мне хочется прижать эту женщину к себе.

– С каких это пор Матвей стал твоим сыном?
– Анжелика с озорной ухмылкой толкает меня в бок, и я уворачиваюсь. Она подмигивает Алисе.

– Он мой, - она шутливо рычит на меня.

– Он мне как сын, - защищаюсь я с хищной ухмылкой.

– Золотце, сходи проведай Диму, - говорит ей мама, на что Анжелика кокетливо хлопает пышными ресницами.

– Да, босс, - с этими словами она поворачивается и выходит из кухни.

– У меня уже желудок от голода ест сам себя, - ворчит Рада и запихивает в рот кусок огурца, запивая его вином, - на этом празднике с аниматорами были одни сладости, яблоки и торт.

Моя тетушка Вера делает глоток и спрашивает Раду:

– Не много ли им сладостей на сегодня будет? Не слипнется одно место?

– А как же торт?
– искренне недоумевает Рада, распахнув глаза.

– Два торта за день?

– Попробуй им не дай! Ждут задувать свечки по второму кругу.

– Дайте детям побыть детьми, - вклинивается мама, - вот вырастут потом, и никакого тебе торта со свечками, никакого тебе Деда Мороза! Будут калории считать, как Анжелика. Или гантели тягать, как некоторые, и есть одну отварную курицу. Чтобы пресс, видите ли, был, - она кивает на меня. Я закатываю глаза.

– Что плохого в том, чтобы иметь пресс?
– усмехаюсь я.

– Дело не в прессе, бог бы с ним. Просто вы вырастаете из милых крох в невротиков, помешанных на гантелях, не умеющих радоваться жизни, - театрально вздыхает мама с ухмылкой.

– Говорят, невротиков создают их мамы, - подкалываю я её. Тетя Вера цокает языком.

– Не знаю, не знаю, Артур. Мы с твоей мамой умеем радоваться жизни без вареной курицы и подсчета калорий. Роза, Анжелика опять что ли худеть решила? Куда ей?

Алиса неподвижно стоит рядом со мной, не отстраняясь, и только переводит взгляд с одной женщины на другую.

– Спроси ее, - отвечает мама, разравнивания в глубоком салатнике слой рыбы для «Мимозы».

– Вот ты, сын, на маму грешишь. А ведь есть же еще бывшие жены и мужья. С такими поживешь и станешь психом. Как их модно называют теперь, абьюзеры?

Рада усмехается, едва не подавившись своим напитком.

– А ты продвинутая, мам.

– А то! Еще какая. Я своих детей всегда учила, что жить нужно с человеком, с которым хорошо и приятно. Но разве от своих родных шишек и граблей кого-то другого можно застраховать?

– Не то слово! Я вот не пойму, как можно жить и засыпать рядом с рожей, которая тебя ежедневно упрекает и критикует?
– размышляет тетушка. Мама ей активно кивает головой в ответ.

– Я думала, приехала шашлыка поесть, а попала на лекцию по философии, - смеется Рада.

Я смотрю на Алису и ловлю ее взгляд. Напряжение спало с ее плеч, и она кажется более расслабленной.

– Хочешь, я покажу тебе дом?
– Алиса в ответ кивает. На ее губах играет легкая улыбка, от которой у меня перехватывает дыхание. Я касаюсь ее ладони.

– Мы вас оставим, - говорю я, и мама поднимает голову:

– Алиса, милая. Возьми перекусить что-нибудь, - она оглядывает островок и, определившись с выбором, подхватывает блюдо с канапе из ассорти сыров и оливок.

– Возьми, а то мы тут заболтались, оставили девушку голодной, - она протягивает тарелку мне, я принимаю ее и подношу к Алисе. Она нерешительно берет несколько штук.

– Спасибо, - мама добродушно смотрит на нее в ответ. Я захватываю пальцами канапе и кладу в рот.

– Куда Анжелика пропала? Если увидите её, скажите, чтобы пришла на кухню, - я тяну Алису за руку. Ее ладонь нежная, как шелк, и я не могу удержаться, чтобы не провести пальцами по ее запястью.

Мы выходим из кухни, и я слышу за спиной возобновление бурной дискуссии. Детские крики и смех то утихают, то нарастают. Отец вывел всех на задний двор, откуда раздаётся гул. Мы проходим с Алисой по коридору, и она прижимается ко мне, словно ища опору. Из арки в гостиной нам навстречу вылетает стройная фигура Анжелики.

– Гонца с плохими новостями сейчас казнят, - заговорщически говорит она, скривив губы.

– Мясо еще не готово?
– усмехаюсь я.

– Нет!
– громким шепотом произносит сестра, словно мама может ее услышать.
– Пожелайте мне удачи, - она проходит мимо нас и направляется на кухню.

Я крепче сжимаю руку Алисы.

– Ты сильно проголодалась?
– она поднимает лицо и смотрит на меня снизу вверх. Мгновенье она колеблется, словно подбирая нужные слова.

– Да, думаю, что да. Но я могу потерпеть…

Я тут же мягко тяну ее следом за собой.

– Пойдем, - мы проходим через гостиную, которая ведет на задний двор. За большими окнами от потолка до пола виднеются уличные фонари и прожекторы, которые включил отец. Несмотря на то, что снаружи стемнело, на нашей лужайке светло. Во дворе стоит большой деревянный стол для пикника со стульями. Рядом расположен широкий гриль из кованого железа, от которого в разные стороны размахивает дым мой брат Дима. Вместе с ним, с видом эксперта, стоит Влад, муж Рады. Папа вместе с Анатолием, мужем маминой сестры, торопливо шагает за ребятишками, бегающими вокруг большой детской горки и бассейна с шарами.