Чтение онлайн

Дергаюсь и распахиваю глаза. Глубоко вдыхаю. Сердце колотится в груди как заведенное.

Поворачиваюсь на бок и смотрю на спящего Кирилла.

Полусон-полувоспоминание осадком с привкусом горечи остается где-то в глубине души.

Мы забыли все наши клятвы. Забыли, как были счастливы, когда у нас не было ничего. Мы забыли, что чувствовали друг к другу. Наша любовь — она не ушла никуда, но мы настолько к ней привыкли, что забыли про нее. Как будто она нечто само собой разумеющееся, константа, что никогда не покинет нас.

Расслабились, сжились с ней.

Кладу руку на грудь Кирилла, и он тут же распахивает глаза. Резко поворачивает голову и моргает несколько раз.

— Что? — спрашивает с тревогой. — Что-то случилось? Тебе плохо?

Невольно улыбаюсь.

— Ты такой параноик.

— Останешься тут нормальным с такими качелями, — тоже улыбается.

Подминает меня под себя и гладит мое лицо, губы и далее идет вниз — по шее, к груди, животу, развилке между ног.

— Можно мне зубы почистить? — выгибаю бровь.

— Нет, — отвечает невозмутимо и целует.

Поцелуй нежный, неспешный. Даже какой-то аккуратный, будто мы не были десяти лет в браке. Как будто он самый первый. Хотя, наверное, в какой-то степени это так и есть.

Отвечаю, глажу Кирилла по спине, запускаю руку в волосы. Он опускается с поцелуями ниже, прикусывает кожу на шее, сосок, осыпает живот множеством мелких поцелуев.

— Ксюш, тебе можно? — его голос хриплый от похоти. — Мы не навредим ребенку?

— Нет, — отвечаю спешно. — Иди ко мне.

Тяну его к себе и целую. Кирилл тут же отзывается. Водит руками по моему телу, убеждаясь, что да, это я. Рядом с ним.

Секс неспешный. Кир аккуратно входит в меня, постепенно растягивая. Все очень нежно, неторопливо. Но я вижу, он сдерживается, боится навредить ребенку.

Пусть. Ему нужно привыкнуть ко мне и моему начавшему меняться телу.

Хватает лишь нескольких толчков, чтобы я достигла пика. Кир тоже не задерживается, догоняет меня. Ложится рядом, переплетает наши руки и ноги. Водит пальцами по животику.

Купаемся в нежности, пока Кирилл не отстраняется ненадолго. Достает бархатную коробочку, открывает ее и протягивает мне кольцо.

Совершенно новое, с красивым камнем.

— Ксюш, выходи за меня замуж.

— Когда ты успел его купить? — удивляюсь я.

Последние несколько дней Кирилл не отходил от меня ни на шаг. Работал из дома, продукты и еду привозила доставка. Даже вещи для меня мы заказали он-лайн. Телефон новый, планшет новый.

— Ну, — мнется он, — я купил его в тот день, когда нас развели.

— Ты самоуверенный гад, — качаю головой и усмехаюсь.

— Да нет, — пожимает плечами. — Я не был уверен в том, что ты захочешь быть со мной после всего.

— Но тем не менее купил кольцо, — парирую я.

— То, что ты не захочешь быть со мной, еще не значит, что я оставлю попытки добиваться тебя, — вот теперь улыбается как самый настоящий самоуверенный гад.

— Ты неисправим, Кирилл, — не могу сдержать улыбки.

— Тогда выйди за меня замуж и перевоспитай, — произносит с вызовом.

— Нет уж, ходи таким, — отбираю кольцо и надеваю себе на палец. — Но замуж за тебя, так и быть, схожу.

Смеемся, целуемся. От нежности и ласки кругом голова. Счастье застилает глаза.

Из постели выбираемся только ближе к обеду.

— Ксюш, мне придется уехать на работу. Я приставил к тебе двоих ребят — они ждут внизу. Если тебе куда-то нужно, сообщи им, вот номер телефона, — кладет передо мной бумажку с цифрами. — Они поднимутся за тобой, отвезут куда скажешь.

Мне все это не нравится, но я не спорю — охрана действительно для моей безопасности.

— Спасибо. Я как раз хотела съездить в город.

— Держи меня в курсе, хорошо? — спрашивает с тревогой.

— Конечно.

Кирилл уходит, а я договариваюсь о встрече с одним человеком. Привожу себя в порядок, прошу ребят подняться за мной.

Двое мужчин скупо приветствуют меня, спускаются вместе со мной, усаживают в черный внедорожник и везут по указанному адресу.

Там я торчу долго — больше двух часов.

Устаю, но то, что запланировано, нужно сделать. Я давно думала об этом. Еще до неприятной истории с Иманом и отцом.

Подписываю все документы. Стопку за стопкой.

Выхожу из офиса измученная, уставшая.

Мои охранники тут как тут. Становятся по обе стороны от меня. Слава богу, что парни рядом, потому что вместе с ними ко мне подходит и другой человек.

— Дочка… — звучит неправдоподобно мягко. — Здравствуй.

Отец выглядит, мягко говоря, не очень. Непривычно помятый, небритый.

— Что тебе? — спрашиваю его, возможно, грубее чем нужно.

— Поговорить, — строит из себя побитого жизнью пса.

Но мне кажется, так он просто выводит меня на жалость. Знает, что я мягкотелая и быстро прощающая. Но везде есть границы. За свои отец зашел очень далеко.

— Нет, — качаю головой. Парни подходят ближе ко мне, хотя отец не делает никаких попыток приблизиться. — Ты не заслужил моего времени. Да и поздно для разговоров.

— Я могу все объяснить, — тараторит. — Понимаешь, у меня некие сложности в бизнесе, и я полагал…

— Ты полагал, что с помощью меня у тебя получится решить свои проблемы, — подытоживаю холодно, даже безразлично. — Интересно выходит, да? Скажи, как тебе вообще живется? Как спится? Ты понимаешь, что из-за тебя меня чуть насильно не выдали замуж. У ребенка отобрали бы его отца. Хотя о чем я. Отцовские чувства тебе чужды. Ты же понятия не имеешь, что такое любить своего ребенка, да?

Я поражаюсь тому, как уверенно себя чувствую. То ли дело в том, что рядом со мной охрана, то ли в том, что я знаю: за моей спиной Кирилл, брат, Вика. Это люди, которые любят меня, моя опора. А еще мой малыш…

— Тебе тяжело будет меня понять, — снова пытается разжалобить.

— Даже пытаться не буду. Что-то еще? — демонстративно смотрю на часы.

— Да. Прости меня, — звучит как-то уж очень жалко.

— Вау, — произношу безэмоционально. — Прощаю.

Собираюсь уходить, но он снова зовет: