Чтение онлайн

Сначала Кирилл едва не проигрывает меня, обнажает при всех, после пытается изнасиловать. А что дальше?

Уже ближе к концу всеобщего рабочего для собираюсь духом и обращаюсь к охране. Прошу отвезти меня в прокуратуру. Вру, о письме, которое получила на почту. Такое иногда бывает.

Мужчины соглашаются отвезти меня.

Надеваю закрытое платье и туфли. Макияжа не наношу, чтобы не вызывать подозрения. Хотя, думаю, При полном параде я понравлюсь Когану гораздо больше.

В прокуратуре меня легко пропускают. На проходной говорю, что мне нужно подать заявление. Мужчина записывает мои паспортные данные и позволяет пройти через турникет.

Но в канцелярию я не иду, естественно. Сразу поднимаюсь на второй этаж в поисках кабинета Давида. За моими передвижениями никто не следит, потому у меня легко получается это сделать.

Девчонка в приемной не успевает меня удержать. Я мчу напрямик и распахиваю дверь в кабинет прокурора, боясь передумать.

Сердце бешено трясется прямо в горле.

Секретарша за моей спиной кричит, чтобы я остановилась, но ей меня не удержать.

Сейчас или никогда.

Сейчас или никогда.

– Я согласна на твои условия.

Мои тихие слова отражаются от стен в полумраке его дорогого кабинета.

Выпаливаю их на одном дыхании сразу же, как только вхожу.

Боюсь передумать.

Но Давид – единственный, кому под силу остановить моего мужа.

Поэтому я пришла. Ради защиты.

Сердце вот-вот выпрыгнет.

Давид лениво поднимает взгляд из-за ноутбука. Откидывается на спинку кресла, и я сжимаюсь, пораженная его ощутимой даже на расстоянии аурой. И цепким взглядом холодных глаз.

Там на секунду вспыхивает усмешка, но тут же сменяется бездушным жестким выражением.

– Подойди, – уверенно и спокойно произносит мужчина, и это слово будто физически касается меня. Заставляя ощутить все грани его власти. Влияния, которого побаиваются в нашем городе все.

Стоит только произнести имя Давида Когана, как любой вопрос мгновенно разрешается. И вряд ли кто-то не побоится встать у него на пути.

Мне приходится сделать шаг, который дается с трудом.

Еще один.

Следом третий.

Огромный некогда кабинет превращается в слишком маленький, чтобы вместить нас обоих.

Но у меня нет другого выхода.

Или с НИМ, или…

Давид не сводит с меня тяжелого взгляда.

Ткань платья вдруг становится предательски тонкой, и мне хочется прикрыться, несмотря на довольно закрытый фасон.

Последний шаг никак не дается.

Но мужчина неожиданно тянет меня на себя, и я, сдержав крик, падаю ему на колени, ощутив под собой его каменную твердость.

От него приятно пахнет. Свежестью, едва уловимыми нотками парфюма и терпким мужским запахом.

А еще опасностью.

У меня почему-то подгибаются коленки.

Закусываю губу, чтобы не показывать страха.

– Ты ведь понимаешь, что это значит? – уточняет Давид своим низким чарующим голосом.

Я часто киваю, потому что не в силах произнести хоть что-то.

Гулкий пульс отражается ударами в висках, и я рвано выдыхаю, когда Давид укладывает свою крупную загорелую ладонь на мое бедро. Уверенно забирается под подол легкого летнего платья.

Инстинктивно свожу ноги плотнее.

– Ну же, девочка, – голос Давида не звучит даже обманчиво нежно. Этот мужчина холоден и расчетлив. – Ты знала, на что шла. И мои условия были вполне конкретны.

Стараюсь убедить себя в том, что все в порядке. Что я поступаю правильно. На кону стоит слишком много. Моя жизнь, например.

Мне приходится повиноваться и развести колени по сторонам.

Тяжелая ладонь Давида ползет по моему бедру выше, настойчиво сжимая горящую под ее касаниями кожу.

Это пугает и, одновременно, заставляет низ живота сжаться тягучим спазмом. Он порождает там же приятное томление, предвкушение чего-то острого, грязного, порочного, захватывающего дух.

Ладонь мужчины быстро оказывается между моих ног.

Я забываю как дышать и дергаюсь, будто меня ударило разрядом тока, когда жесткие пальцы впервые касаются моих складок.

Медленно. Но настойчиво.

Дыхание сбивается, пока Давид обводит чувствительную и горячую плоть подушечкой своего пальца через трусики.

Откидываю голову назад и издаю тихий стон. Прикосновения Давида такие горячие и умелые, что не получается оставаться равнодушной.

Неужели, я позволю ему… ВСЕ?

Внутри разливается приятная истома. По позвоночнику ползет непривычная дрожь. Мощная сжимающаяся волна возрастает где-то внутри моего живота, но вдруг все прекращается.

Давид убирает свою крупную ладонь, оставляя складочки пульсировать и сжиматься в предвкушении чего-то большего.

– А теперь встань и сними одежду. Я хочу по-настоящему насладиться тем, что теперь принадлежит мне.

У меня кружится голова. От слов Давида и осознания того, что совсем рядом, буквально за стеной, сидит его помощница. По коридору снуют другие люди. И это все комком оседает в моем горле, забирая воздух, который так необходим сейчас.

Мне приходится встать и сделать пару шагов в сторону.

Я сама приняла это решение, и теперь должна следовать ему.

Оказываюсь в затемненном от освещения месте. Так немного легче, но пальцы все равно не слушаются, когда я пытаюсь расправиться с пуговицами.

Давид терпеливо ждет, расслабленно сидя в своем кресле. Наблюдает. Ему не нужно даже ничего делать, чтобы заполучить меня. То, что так долго хранила для единственного и любимого.

Вижу, как недвусмысленно оттопыривается его ширинка. Огромный бугор, и даже в таком состоянии он пугает. Неужели, эта штука поместится в меня?

Платье легко слетает вниз, вынуждая мою кожу пылать. Соски заостряются и выпирают вперед, не закрытые сейчас абсолютно ничем. А между ног наливается тяжесть, которая заставляет меня рвано выдохнуть, которая становится еще ощутимее, стоит яркому алчному огоньку в глазах Давида пугающе сверкнуть.