Чтение онлайн

– Соня, Соня…

Максим.

– Папочка, а тетя Соня не умрет?

Мы сидели в палате Софии. Мне удалось ее привести в чувства, после чего я вколол ей успокоительное, чтобы она могла немного поспать. Иначе нервный срыв ей был обеспечен. А этого мне не хотелось. Она в последнее время и так слишком много нервничает, а здесь еще один стресс. Словно кто-то испытывает Соню на прочность.

– Не умрет, Юляш. Все с ней будет хорошо.

– А Настя не умрет?

Я смотрел на Соню. В этот момент она открыла глаза и смотрела на меня затуманенным взглядом. ей было больно. И мне вдруг захотелось забрать ее боль себе.

– И Настя будет жить.

– Это хорошо. Я бы расстроилась, если что-то плохое случилось.

Я поцеловал дочку в макушку при этом продолжая смотреть на Соню. Я знал, что она ждет объяснений, а мне не хотелось говорить. Не так сразу. Ей нужен был покой. Но я понимал, что она не станет молча ждать ведь дело касалось ее дочери. Я бы тоже не смог жить в неведении.

– Как ты себя чувствуешь?
– не мог не спросить и дело не в оттягивании разговора.

– Ой, тетя Соня, вы проснулись, - восторженно, но при этом шепотом произнесла Юля.

– Я не могла не проснуться, Юленька. Мне уже легче. Голова немного побаливает. Максим, как Настя? Что произошло?

– Ей уже легче. Мы вовремя пришли. А что произошло скажу сразу, как только получу доступ к видеозаписи.

– Ты о чем?

Юля спрыгнула с моих колен и присела на кровать, рядом с Соней. Та протянула ей руку, и дочка принялась поглаживать пальцы девушки.

– Аппарат не исправно работал. И я говорю не о его поломке.

Соня прикрыла глаза и громко вздохнула. Ей было больно и это нормально. Если бы не Юля, я бы сейчас ее обнял. Видел, как ей нужна поддержка и я мог ее дать.

– Кто это мог сделать?

Я бы очень хотел это узнать.

– Пока не знаю. Но обещаю, что найду этого человека.

– Не понимаю, кому мог помешать ребенок? Это что, месть мне? Но за что?

– Соня, я выясню это.

– Можно мне к ней?

– Уверена, что уже можешь встать? Голова не кружится?

– Уверена. Я себя нормально чувствую. Просто хочу к своему ребенку.

Я кивнул. Спорить не видел смысла. Соне нужно было лично убедиться, что с ее девочкой все в порядке. Она и так за нее переживала с учетом болезни Насти, а тут еще и такая ситуация. Кто-то намерено переключил датчики. И хоть Настя могла сама нормально дышать, ее необходимо было подпитывать. Мы начали проводить ей процедуры. И сегодня для лучшего обеспечения жизнедеятельности ее сердечка мы подключили аппарат. Мне нужно было посмотреть показатели, и я черт возьми даже думал о том, чтобы на время выписать девочку домой. Если бы все анализы были в норме насколько это возможно в ее положении, то уже через неделю она могла быть поехать домой. А теперь я вообще не понимал, где ей будет лучше, и кто может угрожать ее жизнь. Настоящий сюр, решать проблемы через детей. Да еще и каким способом! Ну не мог же это быть ее муженек? Не мог?!

София поднялась с кровати, и мы вместе пошли в кардиологическое отделение. Юляшка шла впереди, я же поддерживал девушку под руку, желая убедиться, что она не упадет и ничего себе не повредит. Ее бедро и так еще не зажило, нового ушиба не хватало. В ее состоянии это возможно, как бы Соня не храбрилась, но она все еще слаба.

– Пойдем дальше. Настя в реанимации сейчас.

Заметил, как она прикусила губу и кивнула. Ее тело напряглось, но София не остановилась, желая поскорее добраться до дочери.

– Я не понимаю кому может мешать одиннадцатилетний ребенок. Я уверена, что Виктор этого бы никогда не сделал.

Я плотно сжал губы вспоминая, как он себя вел тогда в палате и не был так уверен, как София. Если он смеет поднимать руку на женщину, тогда…

– Мы пришли. Только прошу очень тихо. И не нервничай, Насте правда уже лучше. Но ей нужен отдых. Как и тебе.

– Спасибо. Спасибо, Максим за заботу.

Я открыл двери и пропустил Соню в реанимацию, сам же остался стоять в коридоре. Юля взяла меня за руку и потянула, привлекая к себе внимание.

– Что, малышка?

– Пап, а она хорошая и ей очень больно.

Я плотно сжал губы и присев напротив дочери, заглянул ей в глаза.

– Я знаю, Юль. Там за дверью ее ребенок. Она любит дочку так же сильно, как я тебя.

– Пап, все будет хорошо, - вдруг улыбнулась малышка и маленькими пальчиками поправила волосы, упавшие на мой лоб, - ты же видел, какая красивая тетя Соня?

– Видел. А при чем здесь это?

– Ну ты чего, папуль, не знаешь, что ли?

Я нахмурил лоб и пожал плечами не до конца понимая, о чем она говорит.

– Объясни, пожалуйста.

– Ох, вроде взрослый, а простого не знаешь. Красота спасет мир, пап. А тетя Соня ооочень красивая, а значит и Настю спасет.

Как бы мне хотелось, чтобы дочка оказалась права, но в данном случае красоты Софии будет мало. Здоровью ребенка это увы никак не поможет. Как и наказать ублюдков, которые хотели убить девочку.

Кафе на сегодня отменялось. Настроение было ни к черту, и я решил заказать мороженное и перекус прямо в клинику. Соне необходимо отвлечься после пережитого, да и Юле обещал мороженное.

– Пап, мы можем не ехать сегодня в кафе. Ничего страшного.

Я улыбнулся и поцеловав дочку в лоб, достал из кармана телефон.

Сделав заказ, я вернулся в палату и заметил, как Юля лежит рядом с Соней и о чем-то мило беседует. Очень необычная для меня картина. Нана, это одно, к тому же она женщина постарше. А тут София, молодая красивая девушка, которая с удовольствием болтает с моей дочкой. Внутри что-то заиграло, забурлило от вида этой картины. Юля счастливая, расслабленная. Я знаю как ей не хватает матери, только та и не думает принимать участие в жизни дочери. Материнский инстинкт в ней не проснулся. А из-за нее страдает моя девочка.

– Через час нам привезут вкусный обед и десерт, - улыбнулся я, привлекая внимание двух пар глаз.

– И мороженное?
– Юля тут же подскочила с кровати и подбежала ко мне, тут же обхватывая мои ноги и крепко к ним прижимаясь.

– Да, малышка, и мороженное.

– Ура! Тетя Соня, папа у меня самый лучший.

Юля захлопала в ладоши, я склонился и получил свой поцелуй.

– Мы будем обедать, -продолжая радоваться, малышка вприпрыжку побежала к Соне и снова улеглась ей под бок.