Чтение онлайн

У родителей отца было большое хозяйство: несколько коров, овцы, кролики, а птичий двор и вовсе был неисчисляемым. Не знаю, как баба Валя справлялась со всем этим добром. Мне кажется, что она и не спала вовсе. Вообще ни разу не видел ее отдыхающей. Если не управка, то готовка, если ни готовка, то стирка, побелка, прополка… Зато я, и еще двое моих двоюродных братьев были взращены исключительно на натуральных продуктах. По крайней мере за лето мы отъедались на год вперед. Чтобы потом спустя осень, зиму и весну явиться к бабе с дедом на откорм и на помощь в их сельхоз угодьях. Вкус бабушкиного творога и сыра навсегда врезался в память как эталон. А домашняя лапша на курином бульоне на всю жизнь стала моим любимым блюдом.

Нет правда больше моих стариков. Ушли друг за другом больше двадцати пяти лет назад, унеся с собой прекрасное время. Время моего детства и юности.

Острый диск Серегиной косы срезает буйную поросль у самого основания. Еще пару заходов и двор Нины будет полностью выкошен. Нужно попросить у нее грабли и убрать скошенный бурьян. Двор прилично запущен, кое где пробивались лозы фруктовых деревьев их я тоже скосил, не будет из них полноценных деревьев. Сад небольшой и старый, хорошо бы посадить здесь пару свежих саженцев. Грушу можно… Вот как раз вместо той, которую она пыталась спилить.

В большую старую грушу со стволом в виде рогатки, по весне ударила молния. Молния рассекла дерево пополам и одна из частей упала прямо на дорожку перед домом, чудом не задев низко идущие электрические провода. Сегодня утром именно эту часть дерева Нина пыталась распилить и убрать.

Но просить эти самые грабли не пришлось, потому что хозяйка двора появилась, как только я заглушил косу, неся в руках широкие деревянные грабли.

— О! Отлично! Давай их сюда, — снял Серегину маску, потянулся за инструментом.

— Нет! Нет! Дальше я уже сама, — несколько смутившись произнесла Нина. — У тебя сейчас свих хлопот хватит. Полицию нужно вызвать, может найдут вора.

— Потом! — отмахнувшись, забрал у нее из рук длинный черенок самодельных грабель. — Лучше посмотри повнимательнее у тебя то ничего не пропало?

— Ой! Да чему тут пропадать, — отмахнулась она, — здесь прабабушка моя жила, она старенькая совсем была. У нее из ценного только двадцатилитровая алюминиевая кастрюля была, да две сотни трехлитровых баллонов для консервации.

Я посмотрел на хиленькую деревянную дверь ее дома. И невольно представил, как предполагаемый преступник одними резким рывком вырывает слабенькую конструкцию. Мне кажется, что тут даже силу применять особо не нужно.

— Нин, а сколько ты здесь жить планируешь? Я так понял, ты на время отпуска сюда перебралась.

— Да нет, я планирую здесь жить постоянно, — прихрамывая соседка направилась под яблоню, и облокотившись спиной на ствол шершавого дерева с улыбкой осмотрелась вокруг. — Спасибо! Я дума с этими джунглями неделю бороться буду. А тут оказывается дел, всего на полчаса…

Воздух пах солнцем, терпким запахом сочной скошенной травы и тонким едва уловим ароматом осыпавшихся и разбившихся яблок. Раннее яблоко неизвестного мне сорта, давно вызрело и осыпалось, застилая ковром из своих плодов землю под кроной раскидистого дерева.

Нина стояла под яблоней, на ее лицо падали тени от листвы, на губах играла легкая улыбка. А по моим венам растекалось тепло, и я как зеленый мальчишка пялился на нее во все глаза и не мог отвести взгляда.

Общение с местным участковым так ни к чему и не привело. Крупный дородный мужик лет тридцати пяти, нехотя явился на вызов сетуя на то, что ему даже в день своего рождения покоя нет, да еще и в воскресенье. Честно говоря, меня не слишком то заботило то что мой гараж, а как выяснилась позже и двор изрядно подчистили чужие руки. Больше меня волновал вопрос безопасности моей новой знакомой. Что если закончив с моим двором они переключатся на ее. На безрыбье и рак рыба… Вот не будет на бутылку хватать, там и алюминиевая кастрюля в ход пойдет. А учитывая то что она здесь жить собралась, ее личные вещи: телефон, деньги, какие-то украшения в конце концов, могут привлечь воришек куда больше, чем металлолом который они до сего дня выносили. На заднем дворе обнаружилось пару мест где копали землю.

— Наверное с металлоискателем здесь прошли, — заявил участковый.

А я отмахнулся, вспомнив что в этом месте когда-то лежал трос от металлической лебедки… Этот металлолом остался от прошлых хозяев. У мужика был «Уазик», возможно лебедка имела к нему самое прямое отношение. С годами она проросла травой, а дожди немного утопили ее в земле. Поэтому тому, кто ее утянул пришлось поорудовать лопатой.

— В доме все цело? Следов взлома не замечали?

— Маскитки с окон сняли, но это легко делается снаружи. Дом я открыл ключом. Да я, наверное, и сегодня бы не заметил, что тут кто-то похозяйничал, если бы мне коса не понадобилась.

— С соседями разговаривали? Может они видели кого… — тяжело вздохнув, участковый промокнул плешь на затылке измятым носовым платком.

Твою мать! Шел бы он уже… Как будто сам не в курсе, что здесь на всю улицу живёт от силы три семьи. Это те что постоянно. Я, Нина и Серегино семейство, здесь залетом. Я вон за семь лет владения этим домом с Ниной первый раз пересекся. И то случайность. Могли каждый на своей территории за забором месяц просуществовать и не познакомиться.

— У соседки ничего не пропало, — раздражённо ответил я, надеясь, как можно быстрее выпроводить этого увальня.

Мне и самому ясно, что это басота какая то поживилась. Я сюда полгода не заявлялся. А они тянули по тихой, не думаю, что все разом вынесли, скорее всего частями.

— Вы бы камеры что ли поставили! — оглядевшись вокруг, выдал участковый. — Почти все ваши соседи уже давно свои дачи под видеонаблюдением держат и проблем не знают, — снова тяжело вздохнул, — эх… жарко сегодня!

— Ну вот и посмотрите по тем камерам, может кто попадется. Они же не только внутреннюю часть дворов обозревают, но и внешнюю.

— Бесполезно… Воришки что, дураки под камерами лазить! Все ваше добро огородами вынесли. Вон даже тропинка натоптана, — указал на слегка примятую траву, дорожка по которой уводила к сетке рабице затянутой плетьми живой изгороди.

За изгородью начиналась лесопарковая зона. Парк был старым и не особо ухоженным, поэтому больше походил на лес. Перемахнуть через эту изгородь не составляло труда, там даже сетка была немного продавлена в одном месте. Я преодолел это препятствие в один прыжок. С чего-то я решил, что страж порядка последует за мной. Но он по понятным причинам остался у меня во дворе. Ну и к лучшему. Еще не хватало забор чинить после этого медведя… Пробравшись через заросли дикой малины я наткнулся на небольшой прудик, обрамленный камышом. В пруду плавали дикие селезни и лысухи. Одно семейство белоголовых птиц гнездилось прямо посреди пруда. Птица мать свила гнездо поверх раскидистых листьев кувшинок. Из гнезда выглядывало четыре желторотых пушистых птенца. Вокруг пруда была отсыпана неширокая дорожка, за ним парк приобретал более цивильный вид. Видимо кусочек дикой природы был сохранен для птиц, поэтому не выкашивался и не расчищался.