Реальность Мариэ
Шрифт:
— Вот документы, отбери приличные наряды, Тамилу взяли на кухню, но имей ввиду-это он девочке, — ты сирота, никаких разговоров о папе с мамой.
— Даже если я сирота, меня же не феникс принёс. — возразила Тами.
Парни заулыбались:
— Конечно, но всё-таки помни об этом. — смягчился брат. — Леся, тебя берут личной служанкой королевы, надеюсь этикет ты помнишь? Конечно помнишь. — ответил он сам себе. — Конечно, ты не единственная претендентка, но проблем возникнуть не должно. Расписание дадут на месте, следи за всеми и отмечай странности. Тебе надо втереться в доверие, к… да практически ко всем. И как будет возможность, осторожно расспроси королеву и постарайся всё объяснить.
— Мы что идём прямо сейчас? — удивилась я.
— Нет, только в первый день, принимают на работу. — я припомнила, какой день сегодня и поняла, что ждать ещё два дня.
— Я всё поняла, — решительно сказала я, — осталось уладить один вопрос.
Брат без слов понял о чём я и нахмурился. Потом встал и отвёл меня в сторону.
— Леся, ты должна знать, — разговор начался неприятно, — Стас, он… Он не тот человек, что тебе нужен. Да, если так сложилось, пусть он поможет, но никому об этом не говори. При дворе свои порядки и поцелуи без кольца на пальце, осуждаются.
— А ты всем одевал кольцо, перед поцелуем? — съязвила я, это было мне не свойственно. Магия говорила за меня.
— Леся, ну что ты передёргиваешь? Просто ты же не такая, ты всегда мечтала о семье, о любви, о чем-то настоящем. И я просто боюсь, что тебе будет больно.
— Почему ты считаешь, что должен меня защищать от моих же ошибок? Я уже выросла, Кир. И даже от всего мира, со всем его злом, ты больше защищать меня не обязан. А уж если я захочу обмануться и разбить себе сердце, от этого ты всё равно не сможешь меня уберечь. К тому же, это просто поцелуй, у нас в деревне все целуются. И почему тогда, ты отправил его ко мне?
Кирилл вздохнул:
— Он понравился тебе, да?
— Я не знаю, — я почувствовала, что краснею, — у меня никого не было. Но ещё в деревне он стал мне дорог. — брат как-то сочувственно улыбнулся. — Не беспокойся, я не буду строить иллюзий. — я тоже улыбнулась.
Мы вернулись на поляну, Тамила укуталась в платье, как в кокон. Стас смотрел только на Кирилла.
— Мы договорились, — сказал он Стасу.
— Я рад, — как-то зло улыбнулся Стас.
Кирилл стал укладываться на ночлег, лег поближе к огню подбросил ещё веток и закрыл глаза. А я смотрела в жёлтые глаза Стаса.
— Знаешь, голубые нравились мне больше.
— Тебе карие тоже больше идут. — в тон мне отозвался парень.
— Может отойдём? — спросила я с надеждой.
Он тепло улыбнулся:
— Хорошо, — он встал, и мы двинулись в темноту леса, — тебе страшно?
— Из-за поцелуя? — удивилась я, — Нет, я немного смущена и не знаю чего ожидать от магии. Но не боюсь.
— Твой брат рассказал тебе, что я не твой вариант? — и вроде он не хотел грубить, но получилось зло, и как-то грустно.
— Мой брат, много чего сказал мне. Но решать только мне.
Мы остановились у того самого ручья, к которому ходили Герман с Тамилой.
— Мои глаза теперь всегда будут такими? — спросила я, не глядя на своего спутника.
— Я не знаю, оказалось, что мы вообще мало знаем о природе нашей магии. Я вот до встречи с тобой, не знал, что у меня они голубые.
Он развернул меня к себе.
— Сначала отпусти звериную часть, это сделать легко, — он положил мою руку, себе на солнечное сплетение, — эта часть магии сосредоточена здесь, потом она будет высвобождаться сама, или по призыву, но ты должна научиться. Просто почувствуй, представь её себе и отпусти.
Я закрыла глаза, и представила лису, нет, это не то. Я увидела энергию, магию, которая была лисой и отпустила. Открыла глаза, Стас улыбался.
— Ты молодец, я думал придётся звать иркала на помощь.
— Он что же мог сам её вызвать? — удивилась я.
— Странно, но да.
Стас приподнял моё лицо, за подбородок. Провел большим пальцем по губам, чуть приоткрывая их и поцеловал. Это было так приятно, что я разучилась дышать. И когда я уже думала, что задохнусь он поделился своим дыханием. Меня окутала сила вперемешку с теплом. Стас провёл пальцами от уха до ключицы, и я не сдержала вздох, стало стыдно, но он будто не заметил. Только углубил поцелуй, не теряя нежности. Я прижалась к нему всем телом, но он придерживал только чуть-чуть, что я в любой момент могла отстраниться. Я не хотела, я хотела, что бы он прижал крепче, по телу расходился какой-то жар, не знаю магия ли это или мои чувства. Он оторвался от меня и втянул носом воздух. Я открыла глаза, его глаза были закрыты. Моя лиса лежала, свернувшись клубком, рядом, овивая её хвостом, лежал иркал. Они светились. Стас открыл сияющие глаза.
— Ты светишься, — сказал он шёпотом.
Больше не говоря ничего, он взял меня за руку, и мы вернулись к огню. Кирилл уже спал, и я была этому рада. Потому что обещала не строить иллюзий, но они упорно строились без моего на то желания. Этот поцелуй, безусловно, помог моей магии, но ещё зародилось сильное и глубокое чувство, которое непроизвольно вызывало улыбку. Уснула легко и быстро, краем глаза отмечая, что лиса устроилась спать у огня.
— Можно тебя погладить? — услышала сквозь сон, голос Тамилы. Уже рассвело. Вдруг почувствовала, как по всему телу прошёл электрический разряд. Села, увидела, что Тами гладит лису.
— Очень бодрит, — сказала я, улыбаясь.
— Ой, я тебя разбудила? Просто она такая приятная, — она подтащила её голову к себе на колени. Животное обречённо посмотрело на меня. Правда попыток вырваться не делало. — Что ты почувствовала?
— Сотню крошечных молний в теле, — девочка задумчиво посмотрела на меня. — и сейчас чувствуешь?
— Нет, уже прошло. Я хочу дать ей имя, как думаешь, можно? — лиса подняла уши.
— Нужно, — сонно откликнулся Кирилл.
— Тогда я назову тебя Огонёк. — лиса подошла ко мне. — Это значит, что ты пробудила во мне огонь, что ты даёшь свет и тепло. — она прислонила голову к моим ногам.
"— Мне нравиться." — это услышала только я и вопросительно посмотрела на Огонёк."-Нам нужно научиться общаться."
Я кивнула и сразу же задала Кириллу вопрос:
— Как ты говоришь со своим зверем?
— Его зовут Остин, никак, мне кажется, он и так всё понимает.
— Остин? Откуда такое имя? — удивилась я.
— Да всё Кирины книги, — пояснил, поднявшись, Стас.
— Он ведь у тебя давно? Ну явно дольше, чем у меня, и ты никак не говоришь с ним? — не унималась я.
— Да с чего ты взяла, что они вообще могут говорить? — спросил Стас.
— Потому что я слышу её. — озадаченные взгляды всех троих скрестились на мне. — Ну мысленно, — попыталась объяснить я. — я думала у тебя так же.
Кирилл явно не особо мне поверил, но рядом с ним появился медведь. Огонёк подбежала к нему.
— Ладно, я не знаю, что делать и чувствую себя глупо, но — он повернулся к медведю, — Остин, ты можешь говорить?
Моя лисичка немного засветилась.
— Да, просто ты не шёл на диалог. — голос был грубый, низкий и как будто шершавый. Оглянулась, поняла, что услышали все. Кирилл так вообще был в шоке.