Ребенок (не) от тебя
Шрифт:
Какое еще с “чистого листа”?!
Первая реакция - недоумение и шок.
– Подумай, Лера. Я...
Аронов тоже встает видя мое изумление и как будто нехотя мою руку отпускает.
– Завтра об этом поговорим.
– Начинаю суетиться, потому что не готова вступать в этот болотистый разговор вот так неожиданно.
– Уже поздно и я устала. Ты тоже устал. Еве завтра рано вставать. Я хотела отвести ее на мастер-класс по мыльным пузырям и вообще дел много завтра.
– Хорошо. Я понял.
– Мужчина мой поток слов прерывает.
– Я спать пошел. Завтра еще вернемся к этой теме.
Крис избавляет меня от неловкости и выходит из кухни, когда вдруг останавливается в дверях и говорит внезапно.
– Отмени, пожалуйста, купленные сегодня билеты.
– Нервно закусываю губу, глядя ему в глаза и снова ощетиниваюсь.
– Я не требую. Искренне прошу, Лера.
Его слова прочно засели у меня в голове.
Он знал о билетах. Возможно это вынудило его приехать и все мне рассказать. А еще... он просил.
Аронов никогда раньше так не поступал. Все, что угодно: требовал, давал указания, настаивал, но никогда не просил.
Я его в последнее время совсем не узнаю. Как будто подменили и это не похоже на игру на публику.
Разве развод - это шутка?
Я еще долго просила на кухне. Старалась разобраться в своих ощущениях. Хотелось ему довериться, но я очень боюсь обжечься.
От устали начинают слипаться глаза, за окном вдали встает солнышко. Мне бы поспать пару часиков и я иду в комнату.
Дверь в спальню открываю и замираю на месте, когда вижу там сонного Криса.
В растерянности не знаю как поступить, потому что во мне борются два состояния. В голове рисую два сценария. В одном я остаюсь здесь, а в другом иду спать в комнату Евы.
Если тут останусь, то это будет моим ответом Аронову, а я пока что не готова бросаться в омут с головой.
Бережно закрываю дверь и захожу в комнатку дочери.
45
– Кристиан, мы не можем игнорировать работу.
В последние несколько недель я не появлялась в офисе, а именно я для этого вернулась в эту страну изначально.
– Ее никто не игнорирует, Лера.
– Мужчина отвечает сдержано и ставит чашку на стол.
Ни для кого из нас эта тема неприятна, но неизвестность еще хуже.
Так жить как мы сейчас живем можно, но к чему это приведет?
– Я могу брать часть работы и выполнять ее дома.
– Тебе надо заниматься ребенком и уделять время ей.
– Он непреклонен по какой-то причине и я знаю, что убедить его в обратном будет сложно.
– Ты должен понимать, что я так не могу. Я привыкла работать и нести ответственность за свою жизнь и жизнь Евы.
– Оставь эту ответственность мне. Теперь тебе не о чем переживать.
– Стоит мне открыть рот, чтобы возразить как он продолжает тут же.
– Я уже отдал все нужным специалистам и проблема решается.
– В твою или мою пользу?
– Хмыкаю и делаю глоток кофе.
Ева еще спит после вчерашнего эмоционального и событийного дня, а мы завтракаем и пользуемся возможностью, чтоб поговорить.
– В твою. В вашу.
– Он сам себя на полуслове поправляет.
– Фирма твоего отца - она изначально была предлогом.
– Предлогом для чего?
Аронов откровенничать начинает, и я напрягаюсь. Сколько и какой еще правды он на меня вывалить собирается?
– Я знал, что ты приедешь...
– То есть ты все это подстроил?
Вскакиваю с места, когда он бессовестно мне в глаза смотрит. Во взгляде ни грамма раскаяния.
– Не все. Точнее я ничего не подстраивал, но не мог упустить возможности воспользоваться своим шансом.
– О каком шансе речь?
Сдерживаться стараюсь, чтоб голос не повысить. Сложно это.
Так и хочется схватить чашку и содержимое ему в лицо выплеснуть.
– Я долго, часто думал. О тебе.
– Начинает сдержано, а я перестаю дышать. Глаза распахиваю и слушаю.
– Я вскоре пожалел, что на Милане женился и когда твой отец пришел ко мне за помощью, я увидел в этом возможность. Рано или поздно эта фирма должна была достаться тебе, так что я...
– Решил ее обанкротить, чтоб иметь возможность на меня надавить?!
– Нет. Плачевное состояние компании обусловлено ужасным руководством твоего отца и не имеет ко мне никакого отношения.
Во рту все пересохло.
– Я знал, что ты не захочешь меня видеть, если я бы просто в твоей жизни объявился. Знал, что ты живешь заграницей, но старался не влезать. Не вмешиваться. Знал, что ты меня не просто так не простишь за мое решение четыре года назад. Но я не знал о дочери.
– Он останавливается и как будто с силами собирается.
– Я хочу и хотел тебя вернуть и дело не только в Еве. Как только я узнал, что у нас есть общий ребенок это желание просто во сто крат увеличилось, но ни на что не повлияло.
Он осторожно кладет свою ладонь мне на руку и кожу в этом месте как током пробивает. Сердце гулко стучит, в висках пульсирует.
В это время на кухню как ураган влетает Ева и возвращает нас в реальность. Надо изображать из себя нормальных, поэтому я действую на инстинктах, пользуюсь возможностью прервать разговор.
Чищу дочке зубы, переодеваю ее.
– Я в офис.
– Пока я делаю вид, что очень занята, в дверях появляется Крис.
– Я в офис. Сегодня надо сделать несколько крайне важных дел.
Я киваю, а Ева что-то лепечет и спрашивает, когда Аронов придет. Мол, ей без него скучно будет играть.
– Пришлю за вами водителя в обед. Хорошо?
Ева активно кивает головой, ну и я тоже. Раз. Потому что слова не лезут.
46
После сказанного Крисом долго прийти в себя не могу. Аронов просто берет и вываливает на меня тонны информации такой, которую переварить не так уж и просто.
Мой мир из-под ног уходит и такое ощущение, что я вообще никак противостоять не могу этому.
Проходит несколько часов, а продолжаю об этом думать и никак переключиться не могу.
Чувства в какой-то гремучий коктейль смешиваются. Я вроде как верю в чистоту его намерений, ведь он это делом подкрепляет. И все же на другой чаше весов есть чувство, что это очередная игра и мы с Евой пешки.
После завтрака Ева полна энергии и пытается на себя мое внимание привлечь. Увлекает играть, а я не могу сосредоточится на чем-то одном. Все валится из рук целое утро.
– Да! Умеет Аронов ставить в неловкое положение, что уж там! Берет и врывается в нашу жизнь как само собой разумеющееся. Меня он вернуть хотел теперь оказывается, а как про Еву узнал так...
– Пытаюсь отмахнутся от этих мыслей, но тщетно.