Чтение онлайн

Пришло время идти к полковнику.

— Еще две минуты, — взглянув на часы, шепнул Альке Гунтис, когда они подошли к дверям 36-й квартиры.

— Подождем, — так же шепотом ответил Алька. — Полковник любит точность.

Секундная стрелка медленно обошла два круга. Алька нажал кнопку звонка. Дверь тотчас распахнулась.

— Я в замочную скважину видел, как вы там шептались, — тихонько сказал ребятам Вовка и тут же громко: — Пап, Алька с Гунтисом пришли!

Полковник сидел у стола без кителя и выглядел очень по-домашнему.

— Ну, делегаты, садитесь. — И он указал на мягкий диван. Мальчики застенчиво присели на самый краешек.

— Вовка рассказал мне про ваше знаменитое собрание.

Гунтис подал переписанный протокол. На самом верху крупными буквами было написано: «Протокол № 1 бригады мальчиков имени полковника Воробьева».

У полковника вокруг глаз легли сотни мелких морщинок.

— Моего имени не надо, — сказал он. — Можно назвать так: «Детская бригада дома № 46». Ведь в вашей бригаде девочки тоже будут?

— Пока без девочек. А там посмотрим! — Алька принципиально был против девочек.

— Что же вам неясно?

— Ребята не хотят никаких правил. Они хотят совершать подвиги и чтобы вы помогли.

Полковник подумал и сказал:

— Вот что, друзья, о героических подвигах нам надо потолковать. Наверно, вам приходилось слышать, например, про Александра Матросова?

— Слыхали, — поспешил ответить Алька. — Он своей грудью закрыл амбразуру вражеского дзота.

— Верно. А как вы думаете, неужели он отдал свою бесценную жизнь только затем, чтобы совершить подвиг?

Воцарилось глубокое молчание. У ребят нашего двора никогда не хватало времени на размышление о столь сложных вещах.

— Пусть Гунтис ответит, он больше читает, — сказал Алька.

— Он это сделал затем, чтобы товарищи победили, — довольно-таки неуверенно сказал Гунтис.

— Правильно, только это еще не все. Ведь товарищи Матросова, так же как и он сам, сражались за Родину. Вот и выходит, что настоящие герои не ищут подвигов, а героически борются во имя какой-нибудь великой идеи, во имя науки, во имя счастья народов.

— Где же нам сражаться? Сейчас войны нет, — с неудовольствием возразил Алька.

— В нашей стране за счастье народа борются на трудовом фронте, — сказал полковник. — А чтобы на этом фронте быть бойцом полезным, вы должны хорошо учиться. Все зависит от того, как вы справляетесь с этой главной задачей — как герои или как трусы.

Гунтис украдкой подтолкнул Альку локтем и шепнул ему на ухо:

— Говорил я тебе!..

Полковник дочитал протокол и продолжал:

— На вашем месте я бы написал так. Первый пункт. Члены бригады не должны иметь плохих оценок. Если кто-нибудь получает двойку, за это в известной мере отвечают все. Кто отстает в учебе, того не принимать ни в футбольную команду, ни в другие игры. Может быть, стоит выпускать собственную стенгазету и там протягивать двоечников. Тогда все жильцы узнают, кто у нас лентяй.

— Тогда у нас целых полгазеты будет все только про двойки. — Алька совсем приуныл.

— Неужели вы так плохо начали новый учебный год?

Алька опустил голову. Что тут ответишь, когда у самого двойка по латышскому языку?

Полковник, взглянув на Альку, усмехнулся и сказал:

— Так вот, первый подвиг бригады — преодолеть лень, когда она нашептывает: «Что ты корпишь над уроками, на дворе ребята гоняют мяч! Уроки успеешь потом!» Друзья мои, вспомните великого русского полководца Суворова. Он часто напоминал своим солдатам: «Тяжело в учении, — легко в бою». Но я вижу, у вас дела запутались так, что на исправление двоек понадобится целая неделя?

— Да, неделя, не меньше, — сказал Алька и вздохнул с облегчением.

— Вы все из разных классов?

— Точно так, — ответил Гунтис. Разговор о двойках к нему не относился: он был отличником.

— Прекрасно! Значит, старшеклассники могут помочь младшим, объяснить им непонятное и с двойками вы быстро справитесь.

— Запиши, Гунтис, — напомнил Алька.

Гунтис достал из кармана авторучку, пристроил на колене блокнот и стал записывать.

— Иди к столу, будет удобнее, — позвал полковник, но Гунтис отказался.

— Он всегда так пишет, привык, — подтвердил Алька.

— Итак, об учебе всё, — полковник вернулся к начатому разговору. — Вы оба лично отвечаете за то, чтобы двойки были исправлены. О результатах доложите мне.

— Есть доложить вам! — Алька вскочил и вытянулся в струнку.

— А если кто-нибудь нас не послушается? — усомнился Гунтис.

— Такого упрямца присылайте ко мне, я сам с ним поговорю, — обещал полковник.

— А у меня двоек нет, у меня двоек нет! — Вовка от радости запрыгал вокруг стола на одной ноге. Отец поглядел на него.

— Владимиру в течение двух месяцев научиться читать! Иначе — вон из бригады. Запишите это.

Гунтис записал, а Вовка сразу скис.

— Пошли дальше. По-моему, ребята, надо ввести еще такой пункт: помогать пожилым людям. Тимур тоже помогал старшим, помните?

Мальчики в знак согласия кивнули головами.

— Например, позаботиться о дровах для плиты бабушки Заринь. Да мало ли в нашем доме пожилых людей, которым некому помочь! Вот вы и услужите им.

— Они не поверят, что мы всерьез, — возразил Алька.

— Вы добейтесь, чтобы поверили. И вот еще нужный пункт: запретить шуметь во дворе, на лестницах и в квартирах, когда другие жильцы спят. Кстати, кто это у вас так ужасно свистит?

Алька покраснел.

— Кроме того, обязательно надо запретить бранные слова. Их нельзя употреблять ни между собой, ни в разговоре со старшими. Управдом мне кое-что рассказала по этому поводу.

Оба мальчугана усердно разглядывали носки своих ботинок.