Скажу спасибо февралюЗа то, что в этот месяц снежныйРодился тот, кого люблю,Родной, любимый, умный, нежный.
1. Селедка «Неведомая сила»
Селедку сначала превратить в селедочное филе, потом порезать, положить в блендер (или через мясорубку), туда плавленый сыр, небольшую луковицу, пару вареных морковок, кусок сливочного масла (большой или маленький – решайте сами, но с большим – вкусней) и все перевернуть или прокрутить блендером. А потом можно намазать на хлеб, или положить на разрезанные крутые яйца. Кто-то может подумать, что это красная икра. Не разубеждайте. Вкус действительно похож.
2. Пончики «Золотые шары»
Как делать сырники (моя бабушка говорила «творожники») вы ведь знаете? – творог, сырковая масса с изюмом (чтобы сахар не класть), яйцо, мука. А чтоб получились пончики, все так же, но муки побольше. Скатайте небольшие шарики и жарьте во фритюре. Они раздуются, станут оранжевыми и очень вкусными. Просто сырники – это обычно, а пончики – оригинально.
А потом все сначала
Ты обещал прийтиОколо десяти.Десять, двенадцать, час,Так и не дождалась.Я не спала всю ночь.Я сочиняла речь:– Все, уходи ты прочь,Больше не будет встреч.А потом все сначала —Я ждала и скучала,Прогоняла, прощалаИ назад возвращала.А потом все сначала —Что-то в трубку кричала,И на стрелки смотрела,И ревела, ревела…Снег так похож на дождь,С правдой похожа ложь,Занят, долги, дела,Сердце тоска свела.Город ночной – мой враг,Как же ты можешь так,Ты же не изменял,Ты предавал меня.
«Она любила вишни…»
Она любила вишни,А я ее любил.Но это было лишним,Я ей не нужен был.Она косила взглядыСовсем не на меня.Отравлен этим ядом,Я жил, судьбу кляня.А время летнее,Погода лунная,И безответнаяЛюбовь безумная,Тарелка, полнаяВишневых косточек,И песня моднаяИз летних форточек.Ложилась ночь на крыши,Катился диск луны.Любительница вишниС другим смотрела сны.Был этим грустным летомЯ сам себе не рад.Один встречать рассветыХодил в вишневый сад.Ложился снег неслышноНа вишни в декабре.И ждали лета вишниВ блестящем серебре.И в зимнем настроеньеЯ тоже лета жду,Вишневое цветеньеБывает раз в году.
«Он жил в высотке…»
Он жил в высотке на последнем этаже,Он мне плеснул глоток шампанского в фужер.На белых стенах кабинетаПортреты женщин неодетых,И я сама уже почти что в неглиже.Ну что он смотрит сверху вниз,Исполню я его каприз,Он птица важная – я вижу по полету.А я не то что влюбленаИ от шампанского пьяна,А просто так – сопротивляться неохота.Печальный опыт я имела столько раз!Вот на часы он должен посмотреть сейчас.Зевнет и скажет: – Время – деньги,Пойдем, хорош глазеть на стены, —И холодком плеснет из светло-серых глаз.Но что случилось на последнем этаже?Он так запутал мной придуманный сюжет,И поняла я, что пропала,В высотный плен навек попала,И сам он тоже не торопится уже.Уже не смотрит сверху вниз,Уже в глазах погас каприз,И загорелось очень ласковое что-то,А я не то что влюбленаА просто так давно одна,Что мне совсем сопротивляться неохота.
Женщина гуляет с собакой
Женщина вечером бродит с собакой.Глаза у нее почему-то заплаканы.Она одинока совсем, наверно,А, может быть, муж у нее неверный.А, может, он просто большой начальникИ на работе пропадает ночами.Нет, может, все и совсем по-другому.Она поплакать вышла из дому,Дома семья, то есть муж, дети,И слезы ее могут сразу заметить.И что в оправданье тогда им скажет?Ведь тут ничего не придумаешь даже.И муж хороший, и дети чудные,А вот она – их мамаша блудная.Влюбилась, как девочка, в ее-то года,Ну ладно б, была бы еще молода.А тут ведь попутал же бес игривый,Насчастной стала она и счастливой.Герой моложе почти на тридцать.Почти как у главной нашей певицы.От рук его и от запаха кожиОна сама стала как будто моложе.Он ей присылает эсэмэски горячие.И она бродит с собакой и плачет.Не может забыть той единственной ночиИ с мужем в постель ложиться не хочет.И бродит с собакой, рыдает дуреха.Не знает, как быть одинокой-то плохо.А этот пацан с ней совсем не надолго,Но я ей завидую даже немного.Давно мое тело забыло о страсти,И сердце забыло, как выглядит счастье.Но я же не плачу. Да некому плакать.И все же так жалко мне эту с собакой.Назойливый дождь барабанил по стеклам.И было нас двое на улице мокрой.Она со своею бедою горючей,И я. И не знаю, кому было лучше.Мы друг мимо друга могли бы пройти,Но как-то скрестились вдруг наши пути.Она улыбнулась, как старой знакомой, —А что ж вы так поздно, и в дождь, и не дома?Мы ж с вами соседи. Подъезды-то рядом.Вы к нам заходите, мы все будем рады.Мы вас очень любим, стихи ваши знаем.И вслух их порой всей семьею читаем.Живем мы хоть просто, зато очень дружно.Я с дочкою вас познакомлю и с мужем.Она телефон из кармана достала,И долго-предолго там фото листала —А вот мы на даче. Вот муж на рыбалке.Вот дочка. А вот мы все вместе на пляже.И мне вдруг саму себя стало так жалко,Как сердце заныло, в словах не расскажешь.И дальше, и больше, и куча вопросов.Назойливый дождь лил то прямо, то косо.Казалось, не будет конца разговору —А как там Малахов? А что там Киркоров?Аллегрова замуж не вышла? Как жалко,И правда поссорились Басков и Галкин?Хотела все знать, все ее волновало,И слез на глазах будто и не бывало.А я-то, дуреха, ее пожалела.Мне все же хотелось узнать, в чем же дело.И я задала ей нескромный вопросПо поводу ранее пролитых слез.А что ж вы так плакали? Все же прекрасно.И вашей печали причины не ясны.И женщина эта, совсем мне чужаяОбычная тетка, соседка по дому,Ладошку мою вдруг так горестно сжалаИ просто сказала: – А как по-другому.Я часто смотрела на вас из окна,Как бродите вы вечерами одна.Я вышла с собакой, увидела вас,И слезы вдруг сами полились из глаз.Ведь вы, как рентген. Все вам видно насквозь.Совсем без причины не может быть слез.И мне поделиться так хочется с вами.Мой горький рассказ, может, станет стихами.На фотках-то жизнь распрекрасная вроде.Но муж мой порой ночевать не приходит —Питает к рыбалке он дикую жажду.И щука его мне звонила однажды.А дочке под сорок. А мужа все нету.Она женихов ищет по интернету.Пока подходящих в мужья не видали.Хороших давно по хорошим раздали.И дома давно уж мы все, как чужие.Забыли, как раньше мы радостно жили.Уже не вернутся к нам те времена.Хоть я и в семье, совершенно одна.Скажите мне, что, разве не о чем плакать?Отрада моя только эта собака.А вы, хоть одна, но, поверьте, вам лучше —Никто не терзает вам сердце и душу.И вам уж давно не нужны женихи.Живите спокойно, пишите стихи.А дождь припустил все сильней и сильней.И мы, как подруги, вдруг обнялись с ней.Две разных судьбы по домам разошлись.В свою одинокую, грустную жизнь.
Богач
Наша жизнь – сплетенье крахов и удач.Как-то раз все деньги проиграл богач.Все богатство мигом по ветру пустил.И своей любимой он сказал: – Прости!Она ему сказала: – Милый мой, не плачь!Пока любовь жива, ты все равно богач.Ты все равно богач, и, сколько ни живи,Нет ничего сильней моей к тебе любви.От ее улыбки и от этих словВдруг запели скрипки песню про любовь.Что не в деньгах счастье, понял он тогдаИ таким счастливым не был никогда.Она ему сказала: – Милый мой, не плачь!Пока любовь жива, ты все равно богач.Ты все равно богач, и, сколько ни живи,Нет ничего сильней моей к тебе любви.Но на этом месте кончилось кино.Он с любимой вместе едет в казино.И сказала мило девушка ему: —Деньги – это сила, риск нам ни к чему.Она ему сказала: – Ты их зря не трать,Пока любовь жива, ну а без них – как знать?Ну а без них как знать, ведь, сколько ни живи,Когда мешали деньги дружбе и любви?!
Виртуоз
Ночь упала темной шалью,Долгий день догорел и погас.Вы играли на рояле,Я скучала и слушала вас.Ваша легкая рукаНоты путала слегка.Мне, поверьте, скушноВаш полночный слушатьАккомпанемент.Зря не тратьте силы,Женщины, мой милый,Сложный инструмент.Шли минуты, почему-тоЯ ждала, но вы не подошли.Ваши гаммы в сердце дамыНикакого огня не зажгли.Было грустно мне до слез,Мой несмелый виртуоз!
Огонь
За крышей месяц притаился, словно вор,Хотел подслушать наш полночный разговор.А мы с тобой не говорили ни о чем,Мы целовались и дышали горячо.И, нарушая траекторию слегка,Плыла твоя неосторожная рука,И замирала вдруг, сводя меня с ума,Качая месяц, и деревья, и дома.И жар огняСжигал меня,Ведь на земле никто любовь не отменял.Ты, как оркестром, дирижировала мной,А я заложником был музыки ночной,А эта ночь накалом в тысячу свечейПеречеркнула прежних тысячу ночей.Разведчик-месяц не разведал наш секретИ закатился тихо в медленный рассвет,А то, что было между мною и тобой,В обычной жизни называется судьбой.И жар огняСжигал меня,Ведь на земле никто любовь не отменял.
Колокольчик детства
Колокольчик детства моего —Я опять услышала его.Он забытым голосомМне опять напомнил все,Колокольчик детства моего.Там остался мой далекий дом,Нежный дым сирени за окном.Где с утра до вечераПели птицы певчие,Там остался мой далекий дом.Жаль,Уносятся вдальОт взрослой порыДетства милые дворы.Жаль,Но эта печальНежна и легка,Словно детская рука.Колокольчик, тайну знаешь ты,Знаешь, где сбываются мечты.Где прощают шалости,Нет обид и жалости,Колокольчик, тайну знаешь ты.Колокольчик мой, звучи, звучи,Быть меня счастливой научи,Чтоб мне птицей певчеюПеть с утра до вечера,Колокольчик мой, звучи, звучи.
Мы в садовников играли…
Помнишь мир одноэтажный старого двора?Нам казалась очень важной детская игра.Все тогда казалось тайным,Все казалось неслучайным.Цвел наш сад, и приближаласьНашей юности пора.Я садовником родился,Не на шутку рассердился.Все цветы мне надоели,Я смотрела на тебя.Мы в садовников играли,Мы друг друга выбирали,И казалось в самом деле,Что решается судьба.Повзрослели игры наши с тех далеких пор.Стал давно многоэтажным детства старый двор.А в метро на переходеКто-то вдруг ко мне подходит,Незнакомый и знакомый,Начинает разговор. Я садовником родился, Не на шутку рассердился. Все цветы мне надоели,Я смотрела на тебя.Мы в садовников играли,Мы друг друга выбирали,И казалось в самом деле,Что решается судьба.Знаешь, прежними осталисьГолос твой и взгляд.Будто мы вчера расстались,А не век назад.Будто не в метро мы вовсе,А на улице не осень,Мы в садовников играем,И цветет наш старый сад.
Я боялась
Этот мир подлунный вечен,Чередой то свет, то мгла.Я боялась этой встречи,Я боялась и ждала.Я боялась быть ненужной,Я боялась нужной быть,И остаться равнодушной,И безумно полюбить.А ты будто мысли подслушал,А ты заглянул прямо в душу,А ты обжигал меня взглядом —Не надо бояться, не надо.То, что в жизни неизбежно,Называем мы судьбой.Я боялась слишком нежнойИ послушной быть с тобой.Я боялась губ горячихИ твоих безумных рук,Я боялась, что заплачуИ что ты заметишь вдруг.Этот мир подлунный вечен,Чередой то свет, то мгла.Я боялась этой встречи,Я боялась и ждала.А теперь безвольной птицейЯ в твоих объятьях бьюсь,И, что это только снится,Я боюсь, боюсь, боюсь.