Рефлекс свободы
Шрифт:
К вечеру домик под ярко-красной крышей светился множеством окон. Большущая надпись «ОПЛОТ ВЫЖИВАНИЯ» на фасаде, в цветах государственного флага, была дополнена гербом. Под ней на экране чуть не во всю стену шла непрекращающаяся трансляция телепрограмм Центрального канала. Строение обнесли заборчиком и устроили небольшой двор со скамейками. Поверить в то, что ещё утром на этом месте парковались машины, было невозможно. Строительная техника уехала вместе с рабочими. Стало как-то особенно тихо. Мир готовился к понедельнику новой жизни.
– Куда без очереди! (противный женский голос из соседнего окна)
– Я ж не знаю, что тут у вас очередь! Никого ж не видно! (ещё более противный женский голос с улицы)
– А кого должно быть видно, если все прячутся? Мы записываемся! Вон списки на доску повесили. Вышел, записался и сиди дома, жди своей очереди! (противный из окна)
– Так как об этом узнают-то? (более противный с улицы)
– Теперь уж все знают! (мужской голос из дальнего окна)
– С чего это все, если у половины жильцов окна на другую сторону дома выходят? У меня, например. Я как должна понять, что моя очередь подошла? (противный с улицы)
– Догадаться или в подъезде ждать! (первый женский противный из окна)
– Да пошли вы! (более противный с улицы)
– Куда попёрла! А ну, стой! (противный из окна)
– Не твоё собачье дело, ярешиха! Сама знаю, куда мне идти! (противный с улицы, скрываясь в оплоте)
– Поздно, уже вошла в здание. Не работает ваш схематоз, Наталья Андреевна, надо что-то получше придумывать! (мужской голос из окна)
– Видимо, надо будет записывать на конкретное время. (первый противный женский голос из окна)
«Вашу ж мать! – подумал Наив. – Достойное начало понедельника! Вот как, видимо, жили люди в те далёкие времена, когда телефонов ещё не было. О-ра-ли».
Скоро у новенького домика образовалась огромная толпа страждущих «Оплота выживания». Ни дать ни взять карнавал: мелькали и шапочки из фольги, и плащи из фольги, и мумии из фольги, и люди в целлофановых пакетах, и разноцветные зонты, и римские тоги из простыней, и просто люди, крутящие пальцем у виска. Наив, конечно, не пошёл, но свысока за столпотворением наблюдал с каким-то ехидным удовольствием, словно самого его это не касалось. Скоро из громкоговорителя полилось ласковое:
«Уважаемые граждане! Просьба соблюдать тишину и спокойствие! Наш “Оплот выживания”, обслуживающий все корпуса домов 109 и 111, сегодня начнёт свою работу в 10:00 утра. Далее он будет доступен круглосуточно для решения срочных вопросов и в соответствии с графиком поподъездного обслуживания для текущих вопросов. Сегодня наши сотрудники пройдут по всем квартирам, выверят списки находящихся в жилищах, ознакомят вас с порядком и графиком работы. Сейчас всем необходимо вернуться в свои квартиры, чтобы не подвергаться риску облучения, и ждать визита наших специалистов. Заявки на связь с близкими и родственниками, продукты и лекарства также примут наши сотрудники, которые к вам придут на дом. Расходитесь!»
От карнавальной толпы отделились и юркнули в подъезды несколько человек, остальные упрямо стояли, чего-то ожидая. Громкоговоритель смешно хрюкнул и продолжил немного напористее:
«Повторяю. Необходимо немедленно вернуться в свои жилища для вашей безопасности и ждать визита персонально к вам нашего специалиста сегодня в течение дня. Расходитесь!»
Ещё несколько человек разошлись по домам, остальные стояли соляными столбами, некоторые выкрикивали: «Нам срочно! Нам скорую! У меня сын пропал! У меня унитаз сломался! У меня кошка рожает! Мне домой ехать надо!»
На небольшой козырёк подъезда оплота из окна вылезли трое в костюмах, похожих на химзащиту. Двое с автоматами, один с рупором. Тот, что с рупором, поднял руку в перчатке, требуя тишины, приложил мегафон к месту, где должен быть рот, и рявкнул низким женским голосом: «Вы видите, как мы защищены? А вы? Облучиться все хотите? Марш по домам, быстро! Сидеть дома и носа не высовывать, ждать, пока к вам придут!»
Рявк оказал магическое действие: толпа рассосалась моментально. Только одна женщина осталась, та, которая кричала, что сына найти не может. К ней вышел человек в защитном костюме и увёл в «Оплот выживания».
По телевизору сообщали, что продолжают изучать ситуацию, детей и стариков в других странах всё же обнаружили в отдельных лагерях, тоже в неадекватном зомбированном состоянии. 24/7 в эфире стал работать канал, на котором транслировали молитвы во здравие, спасение и за победу над мировым злом, и соседям он явно пришёлся по вкусу. Наив спрятался в наушники и вернулся к игре. К ужасу своему, он проходил её слишком быстро – был уже на предпоследнем уровне. А потом что? Установлены ещё пара игрушек-симуляторов, где на машине и на самолёте можно погонять, но они надоедают, как жвачка, потерявшая вкус. И к тому же, когда играешь, неплохо что-то жевать, но у него уже и хлеб, и колбаса закончились. За окном стемнело, а «персональных менеджеров» из оплота так и не было. В голове у Наива мелькнула странная мысль: «Что если попробовать улечься с книгой на диван? Сразу явятся, как вчера?» От скуки чего не сделаешь – лёг, начал читать, и точно: звонок в дверь! Явились.
– Нам лучше пройти и сесть за стол. Писать много придётся, – сказал оранжевый скафандр без лица, второй скафандр без лица кивнул в подтверждение.
– Проходите, – немного помедлив в нерешительности, пригласил Наив.
Сомнительные, конечно, персоны, безликие, но теперь-то что терять? Их защитные костюмы издавали отвратительное шуршание.
– Как вы в них весь день ходите? – не удержался от вопроса Наив, провожая визитёров на кухню.
– Мы в них первый день, но уже хочется кого-нибудь убить. Желательно того, кто их придумал, – честно ответил скафандр. – В них ещё и дышать практически нечем, и мокнешь как мышь. То ещё испытание! Так что давайте закончим поскорее.
– Так вы снимите пока в квартире-то, не должно ж проникать излучение сквозь стены! – искренне пожалев несчастных, предложил Наив.
– Нам нельзя. У нас один записывает данные, а другой фиксирует всё происходящее на видео, для отчётности. Начнём?
Один скафандр устроился на кухонном столе с планшетом, другой встал поодаль.
– Я буду задавать вопросы, вы отвечаете, я отмечаю ответ. Потом дам вам проверить. Сколько человек было в помещении на момент объявления об особом положении? Перечислите поимённо с паспортными данными.
«Это надолго», – подумал Наив и, заранее смирившись, пошёл за документами. Это точно было то, чего он не может изменить, тем более что торопиться по-прежнему некуда.
Он отчитался обо всём вплоть до группы крови и частоты посещения санузла, потом ещё долго проверял внесённые в анкету данные и исправлял ошибки и даже забыл про недостающие продукты, но ему всучили каталог «Предметы и продукты первой необходимости» для заказа. Типа интернет-каталога плохонького супермаркета со скудным выбором и завышенными ценами, но всё необходимое для жизни там было.