Чтение онлайн

– На твоём месте я бы выпорол Марка. И хорошенько. Плетью да по заднице, –нахмурился Крэнстон.

– Зачем же так строго? Проступок того не стоит, – возразил Витор.

– Не согласен. Хотя бы за то, что он сразу не признался, его стоило выпороть. Хакан бы сразу это сделал. Прости, конечно, но я считаю, что ты должен быть куда строже к своим братьям.

Витор не любил, когда в житейских ситуациях ему в пример ставили отца. Если сравнения были похвальными, то он их принимал. Но ежели шла критика, то тут уж всё внутри у него закипало. Витор не хотел быть похожим, он хотел быть собой, поэтому часто принимал решения, расходящиеся с тем, чего от него ожидали окружающие.

– Я не буду этого делать, – твёрдо ответил он. – Вернее, уже не сделал, когда следовало. И не жалею об этом.

– Наверное, потому что ты не Хакан, – улыбнулся Крэнстон. – Расслабься. Помню, твой отец в юности делал всё, что ни попадя, лишь бы избежать сравнений с твоим дедом. У вас, Нуйо, судьба такая – слишком уж известная для Саноура фамилия. А так как ты недалече окрестил меня стариком, я должен следовать канонам и утверждать, что в наше время трава была зеленее, а молодёжь нынче пошла не та. Старческая демагогия, знаешь ли, приятная штука.

– Да не старик ты. Пошутил я.

– Так-то лучше, – Крэнстон осушил свою кружку с вином и, взяв кувшин, снова налил её доверху. – Что тебе хоть подарили-то?

– Честно говоря, пока не знаю. Мы решили отложить церемонию до вечера, так что подарки я не открывал. Хотя кое-что у меня есть с собой.

Витор опустил руку в карман камзола и вынул из него коробочку Марка и письмо от Фиби. Амулет Бабули он пока решил не показывать.

– Угадай от кого? – спросил Витор, продемонстрировав Крэнстону коробочку с синим бантом.

– От тётушки Нейбл? – наугад предположил трактирщик.

– Нет, от Марка.

Синий бант, тщательно и аккуратно прикреплённый к коробочке, был варварски сорван. Витор торопливо открыл крышку и его взору предстал небольшой блестящий компас – изобретение храмовников, которое они даровали людям для определения сторон света.

– Как мило! – Крэнстон изобразил возглас точь-в-точь такой же, какой издала бы тётушка Нейбл при виде компаса. – Теперь не заблудишься, возвращаясь из моего трактира домой.

– Между прочим, очень полезная вещь. И довольно дорогая. Интересно, где Марк раздобыл его.

– Для твоей работы в самый раз. Братишка постарался. Возможно, ты был прав, что не выпорол его. Подарок стоящий. А это что за конверт?

– Это от Фиби. Мать сказала, в нём что-то важное.

– Ещё не читал?

– Нет. Но, кажется, я знаю, что она будет в очередной раз восхвалять Храйхорф.

– У тебя предвзятое отношение к этой стране. Сейчас раскричишься, но это у тебя от Хакана. Он вечно возмущался на эту тему, будто мы, логгеры, какой-то избранный народ. Если бы это действительно было так, то мы бы не прозябали среди убогих песков, а нашли себе земли поприличнее.

– Я просто считаю, что Фиби могла найти себе хорошего мужа из местных. Это не значит, что я презираю Храйхорф, – возразил Витор, вынимая письмо из конверта.

– И, между прочим, – добавил Крэнстон – Не забывай, что лучшим другом твоего отца, после меня конечно, был Трогвард – парень из Храйхорфа, который сражался с нами бок о бок за Саноур.

– Мужу Фиби далеко до Трогварда. Эрик – обычный хитроумный торгаш. И я не знаю, что должно произойти, чтобы я изменил своё мнение о нём.

– Ладно, – махнул рукой Крэнстон. – Читай своё письмо, а я пока пойду проведаю девиц на кухне. Что-то мне подсказывает, что они там развели болтовню вместо того, чтоб делом заниматься.

Витор принялся за письмо. Фиби писала обычно много, и этот раз не стал исключением. Как и ожидалось, сестра расплывалась в комплиментах Храйхорфу и своему мужу, рассказывала, как хорошо ей живётся, и всё в таком духе. Безусловно, Витор был рад за сестру, но виду не подавал, оставаясь с каменным лицом на тот случай, если вдруг Крэнстон наблюдает за ним. После их разговора о чужеземцах Витор принципиально боялся проявить слабину. Но, прочитав последние строки, он буквально обомлел и уже не мог сдержать радость.

– Внезапно полюбил Храйхорф? – спросил Крэнстон, вернувшийся с кухни. – Девки меня удивили – всё блестит и сверкает. А у нас тут пополнение.

– Откуда ты знаешь про пополнение? – удивился Витор.

– Хм… Наверное, потому что у меня есть глаза.

Читая письмо, Витор не заметил, как в трактире появились ещё несколько посетителей. Служанки забегали взад-вперёд между столиков. Заведение оживало.

– А-а… ты об этом.

– А ты о чём?

– До сих пор прийти в себя не могу, Крэнстон. Фиби родила тройню!

– Итить – колотить. Вот это да. Вот это новость. Алисия наконец-то стала бабушкой. За это надо выпить!

Крэнстон подлил себе и Витору вина и поднял над головой свою кружку.

– За Фиби и её детей! До дна!

Стукнувшись кружками, они вмиг выпили всё содержимое.

– Кого родила-то?

– Мальчики. Все трое.

– Отлично. И как назвала?

– Тарк, Том и Трэвис.

– Ну, имена так себе.

Витор вопросительно посмотрел на трактирщика.

– Я бы назвал всех троих Крэнстонами. По-моему, имя что надо. Ха-ха-ха. Шутка. Я точно знаю, что в вашем роду уже были такие имена.

– Верно. Так звали моих предков по маминой линии. Это в их честь. Лет сто назад они много чем заправляли в Логгерсхорфе.

– Вот видишь, Фиби помнит свои корни. О чём я тебе и говорил. И теперь меня мучает только один вопрос, Витор: когда детишками обзаведёшься ты?

Витор аж поперхнулся от неожиданности.

– Я-то тут причём?

– Сколько ты там уже гуляешь с Нуахили за ручку? Пару лет?

– Чуть больше года.

– Не моё, конечно, дело, но вам бы уже в пору и свадьбу сыграть.

– Да брось ты. Нуахили ещё не готова.

– Нуахили не готова? Или, может быть, ты?

– Или, может быть, я, – не стал кривить душой Витор. – Сейчас отцом семейства я стать не готов. У меня и так забот по горло.

– Дело твоё. Я ни к чему не призываю. Но не забывай, что иногда можно упустить свой шанс, а другого уже не получить, – грустно заметил Крэнстон.

Трактирщик намекал на себя. Когда-то он очень старательно ухаживал за Нейбл, но позвать её замуж не отваживался, всё время откладывая предложение. Время шло, и Нейбл предпочла ему более решительного человека. С тех пор отношения у Крэнстона так и не сложились. Он стал заядлым холостяком, и чем старше становился, тем больше сожалел об этом.